⚡️
12 августа МЭА вновь снизило прогноз мирового предложения нефти на 2026 год. Причина не сводится к выпавшей добыче в Персидском заливе. Агентство отмечает, что соглашения, гарантирующего свободный транзит одновременно через Ормуз и Баб-эль-Мандеб, по-прежнему нет.
Обычно эти два пролива рассматривают как независимые риски. Ормуз связывают с экспортом нефти и СПГ из Персидского залива, Баб-эль-Мандеб с маршрутом через Красное море и Суэцкий канал. Но в текущем кризисе они образуют одну систему: ограничение в одном узле резко повышает цену сбоя в другом.
📊 Ормуз: проблема уже не только в добыче
В 2025 году через Ормуз прошло около 25% мировой морской торговли сырой нефтью и нефтепродуктами, а также примерно 19% глобальных поставок СПГ. В июле добыча стран Персидского залива всё ещё была на 8,3 млн б/д ниже довоенного уровня. Экспорт региона, включая маршруты в обход пролива, сократился до 15 млн б/д. В начале июля погрузки достигали 20 млн б/д, а затем опустились примерно до 12 млн б/д.
МЭА ожидает дефицит мирового нефтяного рынка на уровне 1,8 млн б/д в III квартале. Наблюдаемые запасы в июле уменьшились на 69 млн баррелей. При этом дефицит быстро смещается из сырья в нефтепродукты: нафту, дизельное топливо, авиакеросин. Именно здесь формируется новая волна издержек для транспорта, авиации и промышленности.
🌊 Баб-эль-Мандеб: когда обход сам становится риском
Баб-эль-Мандеб соединяет Красное море с Аденским заливом. Через этот коридор к Суэцкому каналу ежегодно проходит более $1 трлн мировой торговли. При угрозе судоходству танкеры и контейнеровозы уходят в обход Африки через мыс Доброй Надежды.
Это не просто более долгий рейс. По оценке Council on Foreign Relations, атаки хуситов добавляли к стоимости отдельных рейсов более $1 млн, а страховые ставки военного риска значительно выросли. Решение о транзите принимает не только капитан: его принимают страховщик, фрахтователь, банк, трейдер и владелец груза.
🧩 Дефицит логистической гибкости
Если ограничен лишь Ормуз, рынок может использовать запасы, перенастроить НПЗ, привлечь дополнительные грузы из Атлантического бассейна. Если одновременно небезопасен Баб-эль-Мандеб, перенаправление оставшихся объёмов становится дороже, дольше и рискованнее.
Проблема уже не только в доступности барреля. Физическая нефть может быть, но не оказаться в нужный момент у конкретного НПЗ. СПГ может быть законтрактован, но стоимость страхования и фрахта сделает поставку экономически бессмысленной. Запасы на суше могут быть достаточны, но не смогут быстро закрыть дефицит в отдельном регионе.
Доклад Исследовательской службы Конгресса США фиксирует важную вещь: даже одних угроз нападения достаточно, чтобы сформировать условия, близкие к фактическому закрытию пролива. Рынок останавливает не только физическая блокада. Его останавливает оценка риска.
🔑 Вместо выводов
Двойной риск Ормуза и Баб-эль-Мандеба показывает пределы традиционной энергетической безопасности. Резервы и свободные добычные мощности не гарантируют устойчивость, если маршруты доставки становятся непредсказуемыми. Главный дефицит этого кризиса, логистическая гибкость.
П.С. Можно ли считать энергетически защищённой страну, которая имеет доступ к ресурсам, но не контролирует маршруты их доставки? 🤔
Запечатленное время 2.0
#энергетика #геополитика #нефть #СПГ #логистика