С точки зрения последующей истории уголовного дела интересно определение СКЭС ВС РФ от 09.10.2026 № 305-ЭC26-709(2) по делу № А40-12059/2023.
Дано: приговор в отношении двух лиц по 159, размер ущерба около 17,5 млн. Один из обвиняемых получает семь с половиной лет реально, второй ввиду массы смягчающих всего лишь год. Гражданский иск без рассмотрения, дальше СОЮ с солидарным взысканием, и вот второй падает в личное банкротство именно из-за этого долга.
Имущества у него, понятно, нет, и процедура завершается с полным освобождением от обязательств, в том числе вытекающих из приговора.
Апелляция в этой части отменяет, кассация отменяет апелляцию и оставляет в силу первую.
В чём разошлись суды? В трактовке соотношения п. 58 Обзора о банкротстве граждан, пунктов 4 и 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве.
По существу, первая инстанция и кассация пересмотрели выводы уголовного суда в какой части – из приговора, по их мнению, следовало, что банкрот был номиналом, умысла на совершение преступления не имел и т.п. (за что, по их мнению, и получил всего лишь год). При этом в основу решения были положены не выводы суда, а показания обвиняемого о том, что был не виноват. Дальше последовал соответственно вывод, что умысел в его действиях не доказан, а потому можно освободить от обязательств. Ну и чего не оправдали своим решением, а?
ВС РФ отдал приоритет формальным положениям пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве (к сожалению, за переоценку выводов СОЮ следовало бы дать по рукам, конечно, нижестоящим судам, но ВС РФ этого почему-то не сделал). Напоминаю, что там освобождение от обязательств не допускается в том числе тогда, когда
доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.
При этом СКЭС указала, что права была в этом деле апелляция, но парадоксально отправил дело на новый круг по следующим мотивам. Приговор отправил в гражданку иск потому, что обвиняемый частично погасил ущерб (стандартная, как мы знаем, практика «замыливания» иска). И вот ВС РФ пишет:
Как отмечено выше, приговором указано на необходимость проведения дополнительных расчетов с учетом добровольного возмещения вреда должником. В то же время ни решение Таганского районного суда города Москвы от 16 мая 2019 г. по делу № 2-378/19, ни решение Арбитражного суда города Москвы от 22 мая 2023 г. по настоящему делу не содержат в себе указание на произведение таких дополнительных расчетов. Между приговором и впоследствии принятыми указанными судебными актами существует неустраненное к настоящему времени противоречие. Отказ должнику в освобождении от обязательства в той части, в которой причиненный вред уже был возмещен ранее, не соответствует отмеченному ранее принципу соразмерности и приводит к возложению на должника обязанности повторного возмещения вреда. Судом апелляционной инстанции не учтено указанное обстоятельство, являющееся существенным для рассматриваемого вопроса.
То есть фактически пересмотрено решение СОЮ (вступившее в силу) о размере ущерба, хотя для этого есть иные процедуры! Понятно, что это ВС РФ, вышестоящая и проч., но как-то лихо. Получается, что сейчас можно будет в банкротном процессе заново установить ущерб, подлежащий возмещению, и снизить его в сравнении со вступившим в законную силу решением СОЮ?!
Предвосхищая упрёки тех, кто напишет в комментариях – ну вот, мужик же был явно не виноват, в этом арбитраж разобрался, а не эти ваши
Так вот, у нас есть ещё и статья 6 УПК, там что-то про потерпевших говорится. И возмещение им ущерба должно тоже происходить. А так иначе это будет слишком лёгкая дорога через личное банкротство к освобождению от таких обязательств. Мужика мне, наверное, тоже жалко, но общее правило не надо подтачивать из-за него.
Ну и конечно: когда потом будем говорить про 90 УПК и игнорирование арбитражей со стороны СОЮ, нельзя, наверное, допускать и обратное игнорирование выводов СОЮ арбитражами.