WrongTech

Ищу всякие кейсы, когда искусственный интеллект что-то натворил и был наказан.
Один такой пример прислал замечательный Алексей (привет, @TeplitsaPRO). Год назад алгоритму ИИ (а на самом деле аспирантам из MIT) доверили решить проблему недосыпа подростков Бостона, а для этого решить логистическую задачу: просчитать маршруты школьных автобусов и - в связи с их оптимизацией - изменения в часах начала занятий в начальной, средней (этим пораньше) и старшей (этим попозже) школах. Там, конечно, должны были заодно решиться кое-какие социальные вопросы (в т.ч. связанные с неравенством), но нет, не всё так просто.
Помните, что датасеты, которые делают вид, что отражают реальность, не так полны и адекватны, как хотелось бы? Оптимизируя и уравнивая шансы учеников высыпаться на данных исследований школ, разработчики едва учитывали социально-экономические и расовые/этнические неравенства. Например, тот факт, что противниками нововведений стали семьи "белых", а их дети составляли всего 15% учеников, заставил обратить внимание на разные жизненные обстоятельства и социальные положения семей (и последующие экономические потери этих семей, особенно если дети учатся одновременно в старшей и младшей школах). И эта идея "мы всё посчитали" вызывает особенно враждебную реакцию, если не доносить до аудитории, что именно, как, и главное, зачем посчитали. Если старшие дети будут учиться позже, младшие начинать раньше и возвращаться домой днем, а родители непонятно когда работать, то когда семья будет проводить время вместе? И в чем собственно попытка нивелировать социальное неравенство, если исходные условия у всех семей неравные?
Получается, что сдвинуть время начала занятий - это не про логистику автобусов, а про изменение логистики жизни семей и учителей (со своими семьями), к которой нельзя так просто приспособиться одномоментно и которая ведет за собой экономические и временнЫе потери семей (даже если государственный бюджет экономится).
Как в названии одной из этих статей "Компьютер может решить вашу проблему. Только ответ может вам не понравиться"

https://www.wired.com/story/joi-ito-ai-and-bus-routes/
https://apps.bostonglobe.com/ideas/graphics/2018/09/equity-machine/

Наши истории с конференции (бэкстейдж)

На прошлой неделе отшумела конференция Russian User Studies. Вот захотелось добавить еще пару штрихов о ней на память.

Начало конференции провели в духе team building. Когда вы в последний раз устанавливали прессволл (такой большой плакат с названием мероприятия и логотипами партнеров, на фоне которого все фоткаются)? Вот и мы в первый раз. Мы как-то очень быстро привыкли к модели “икеа”: в комплекте есть всё, включая инструкцию. Но мало того, пришлось покупать крепежи отдельно (и мы не угадали с размерами), так еще и для сборки рамки очень нужен шестигранник. Как продвинутые пользователи, мы сделали крепежи двойными, а для сборки приспособили ключи и швейцарский нож. Главное - не пораниться, совершая бессмысленные манипуляции с крепежами, как это было с нашим переводчиком Димой Безугловым. Помните, что пользователи, конечно, изобретательны. И чем меньше им давать входных данных и ограничений, тем больше они найдут сценариев развития событий, вплоть до ранений.

Как и полагается всем конференциям про технологии, первые полчаса мы преодолевали и другие технические барьеры - опытным путем установили, что подключение к одной из розеток вырубает электричество во всем здании. Сейчас на этаже идет ремонт, и все коммуникации стали использоваться совсем недавно. Как выяснили мы в одном из подпроектов, тестирования всех инфраструктур и сервисов может и не происходить, и задача отдается на откуп пользователей: только они, дотошные, тыкая на кнопочку или вставляя шнур в розетку много-много раз, могут выявить неочевидные ошибки.

На завершающем первый день конференции кофе-брейке участники немного рассказали о своих исследовательских группах и проектах (например, Лаборатория экономики инноваций ИСИЭЗ ВШЭ, этнометодологи EMCA_ru, Научно-учебная лаборатория когнитивной психологии пользователя цифровых интерфейсов ВШЭ, коллеги из Белорусского государственного университета). Обычно нет времени говорить об этом во время доклада, а здесь все узнали, кто откуда собрался, с кем что можно обсудить, и какие могут получиться совместные проекты.

Вспомнили Суперсерию СССР — Канада 1972 года. Ее упомянула в начале своего доклада Салли Уайатт (как первое, что она узнала о России), и про нее же вспомнил Денис Сивков (хотелось бы предположить для симметрии - как первое, что он узнал о Канаде). Говорят (в википедии), что народный интерес к матчу был настолько высокий, что даже “монреальская торговая биржа фиксировала резкий спад торговли”. И это до всякого интернета!

Мы рискнули (не доверяя технологиям) и организовали доклад по Skype. Ничего не упало и не сломалось, доклад оказался отличным: был обзор того, как выстраивается работа индустриальных или корпоративных исследователей, на контрасте с академическими. Докладчица даже приняла активное участие во всей секции, неожиданно задавая вопросы, исходящие откуда-то из динамиков.

В финальной дискуссии о том, какими бывают взаимодействия технологий и пользователей, спонтанно сыграли в буллшит интеллектуальное бинго. Участникам предложили назвать возможные концептуальные альтернативы понятию “пользователь”. Различные варианты участников (например, актор и киборг) сравнивали с теми, которые на своей открывающей лекции представила в виде таблицы Салли Уайат. Где-то участники “отгадали” уже предложенные варианты, а где-то привели собственные. И вся конференция, и эта дискуссия в частности показали, что RUS стала отличной отправной точкой, чтобы говорить дальше более глубоко и сфокусировано о пользователях.

Спасибо всем, кто с нами! Дальше - больше!

Вчера возвращался из Москвы в Петербург. На поезде приехал поздно и пришлось вызывать Яндекс.Такси. Время было уже около часа ночи и приехавшему таксисту я сказал, что хорошо бы поторопиться, чтобы успеть проехать через мосты. Таксист ответил, что волноваться незачем, мосты с 1 декабря не разводят. И дальше мы зацепились за эту тему и всю дорогу о ней говорили. Пишу я это здесь не потому, что перепутал свой дневник и пост в телеграме, а именно потому, что наш разговор с таксистом был о проблемах Яндекс. такси. Или, как мы любим говорить на нашем канале, о барьерах.

Как говорит нам Гарольд Гарфинкель, люди – те же социологи, те же эксперты по созданию порядка в обществе. Если его перефразировать, можно сказать, что пользователи – лучшие исследователи барьеров цифровых технологий. Пока мы ехали, таксист рассказал о трех главных барьерах, которые существуют в Яндекс. Такси. Первый и самый важный – Яндекс не видит мостов Петербурга! Он может смело послать водителя на тот берег, хотя проезда уже нет. Я был удивлен и несколько раз переспросил. Да, ответил он, Яндекс не учитывает мосты. Поэтому мой таксист избрал тактику вообще не бывать в центре в то время, когда разводятся мосты, чтобы не попадать в ситуацию, когда нужно каким-то образом доставить человека на другой берег, но приходится делать большой объезд через Вантовый мост (кто не из Петербурга – это очень далеко). И за те же небольшие деньги.

Вторая проблема для таксистов – это странное ценообразование. Это и плюс и минус для таксистов. Скажем, программа может построить длинный объездной маршрут и запросить за него 800 рублей. А водитель может поехать по своему, более быстрому, маршруту, выиграть время и получить больше денег за маршрут, который стоит по факту 500 рублей, если ехать короче. Хотя пассажиры, как говорит таксист, знают об этой особенности построения маршрутов и потому ставят промежуточные точки на пути, чтобы маршрут проложился определенным образом – и, конечно, был для них дешевле (кстати, лайфхак Вам).

В третьих он отметил «безответственное» поведение технической поддержки. Он сказал, что там сидит робот, который отвечает на вопросы таксистов, но отвечает совсем не то, о чем его спрашиваешь (как удивительно! – привет @alice_mcx). В итоге у моего таксиста был случай, когда одна из пассажирок вышла из машины, не заплатив. Таксист попытался позвонить и потом написать в службу поддержки, что ему делать в этом случае (и получить телефон, чтобы позвонить этой пассажирке), но техническая поддержка начала ему говорить про совершенно другой случай. Он плюнул и решил дальше не пытаться это решить.

В общем, в этом посте хотел лишь сказать, что когда Вы ждете такси и оно скачет на карте прилоения так, что не ясно, подъехала машина или она еще в пути, то помните, что у таксистов, с другой стороны, тоже много барьеров цифровизации.

Sally Wyatt начинает с великого хоккейного противостояния Канада-СССР в 1972

Через два дня начинается конференция Russian User Studies, поэтому решил поделиться личным ТОП-3 самых интересных докладов. Не то, чтобы другие доклады не интересные. Нет. Просто эти как-то отзываются лично во мне.

Лидия Ятлук «Первому игроку приготовиться: конструирование опыта виртуальной реальности»
Доклад обещает пролить свет на то, какие первичные впечатления возникают у пользователя VR. Помимо первых впечатлений, очень интересно, как после повторного опыта у пользователя формируется устойчивое ощущение VR. Мне это очень напоминает опыты представителя школы шотландского здравомыслия – Томаса Рида, который много времени уделил тому, как у младенцев формируется ощущение зрения. Горький опыт тактильных проб и ошибок формирует сначала границы тела, а они уже сообщают о расстояниях и визуальных параметрах окружающих объектов. Так ли оно в VR?

Анна Каллина «Здравый смысл или теория: кто завоет UX-исследования»
Ну уже в названии есть провокация. Entweder oder, так сказать. Да еще угроза завоевания! Однако, судя по абстракту, завоеванием тут не пахнет. Здравый смысл силён, как никогда. Но довольно ущербен. Допущение «я думаю, как мой пользователь» является пока ключевым инструментом экспертов «правильного» дизайна. С другой стороны, мнимая альтернатива в виде теории аффордансов уводит куда-то в дебри, далеко-далеко от живого пользователя. Что же лучше?

Леонид Юлдашев «Мир Тонета веселый, простой и уютный. Историческое исследование пользователей томского Narrow Web»
В этом докладе меня манит ламповая атмосфера Узко-Глобального Интернета (а-ля картонные стаканчики, ну или форум локалки одного провайдера) и методов web history. Сразу вспоминается, что, когда я был в 5 классе, папа повёл меня подключать домашний Интернет, я очень сомневался – а нафига он мне?! Папа тогда сказал мне: «Вот увидишь, потом сам будешь бегать платить» (тогда надо было приходить в офис, называть номер договора и оплачивать следующий месяц). Надеюсь, папа не имел в виду специфику грядущего подросткового сексуального взросления, а то, что мне реально будет интересно в Интернете. Наверное, там стало интересно только после появления icq, моего мира (да-да, топовая вещь, еще до контакта работала) и вконтакте. А как было в Томске, в те времена, когда вообще не алё?

Вы же помните, что в эту пятницу у нас стартует самое главное (яркое) событие года?! И только посмотрите, сколько всего разного-интересного нас ждёт на эти два дня Russian User Studies! Сейчас будет несколько ссылок:

- русская версия программы с абстрактами
http://socinst.ru/wp-content/uploads/2018/11/Conference_SI-RAN_ru.pdf

- английская программа с абстрактами
http://socinst.ru/wp-content/uploads/2018/11/Conference_SI_RAN_en.pdf

- ссылка на регистрацию! запишитесь до утра четверга
https://goo.gl/forms/4czyuCFIbMMyUgbe2?fbclid=IwAR3rkglBJZFDMI77y9gSf1zViPRsRa4BkCbkewVGC9vBrwWp4DKQ-MED5rA

Я больше всего, наверное, жду, что нового нам расскажет Sally Wyatt про то, что изменилось за последние 10 лет в понимании (не)пользователей

Гостевой пост от наших коллег (@maria_erofeeva), которые запускают новое исследование VR. За всеми подробностями по ссылкам внизу. Сам пост раскрывает программную позицию исследования.

Насколько речь является необходимым ресурсом для коммуникации? Мы сразу можем вспомнить о языке глухонемых, шрифте Брайля или азбуке Морзе – все эти искусственные ресурсы помогают нам взаимодействовать в отсутствие речи. Но ограничивают ли они нашу способность коммуницировать?

С похожим вопросом сталкивается современная микросоциология. Когда создавались микросоциологические подходы, социальное взаимодействие происходило в физически ограниченном пространстве. Сегодня такие технологии, как смартфоны и Интернет, усложнили социальную ситуацию. Мы разделяем цифровое соприсутствие с людьми, которые могут находиться за тысячи километров.

Для классиков микросоциологии опосредованное взаимодействие было скорее исключением, чем правилом. Например, Эрвинг Гоффман трактует его как редукцию «первичной реальной вещи» (Goffman, 1983: 2) - интеракции лицом к лицу. В результате опосредованное взаимодействие стало рассматриваться как ограниченное: от «нормального» взаимодействия отняли зрение (телефон), или голос (чат), или одновременность (электронная почта). Насколько этот взгляд является продуктивным для изучения опосредованного взаимодействия?

В нашем исследовании мы смотрим на взаимодействие в виртуальной реальности. Этот тип взаимодействия можно было бы назвать очень ограниченным, потому что там у вас есть только голова (без трекинга глаз) и руки (без трекинга пальцев), которые вы можете использовать для невербальной коммуникации. Однако и возможность говорить в некоторых случаях отсутствует, например, если у одного из взаимодействующих нет микрофона. Об одном из таких взаимодействий идет речь в посте Нильса Кловайта – он рассматривает, как в условиях жестких интерактивных ограничений игрокам удается осуществлять очень сложные секвенции действий. Опыт виртуального взаимодействия говорит о необходимости пересмотра концепции опосредованного взаимодействия как ограниченного.

«… мы же не рассматриваем физическое взаимодействие как «взаимодействие в условиях, когда у нас нет четырех рук». Мы координируем действия с помощью того, что находится в пределах нашей досягаемости. Если один ресурс недоступен, возможно есть другие, которые могут выполнять аналогичную работу. Или, может быть, сама природа интерактивной работы может быть адаптирована к ресурсам в наличии» (из поста Нильса).

Современное движение в сторону мультимодальности (см. Goodwin 2000) – представлению о том, что необходимо рассматривать все наличные ресурсы для взаимодействия в совокупности (включая речь, интонацию, направление взгляда, жестикуляцию, положение тела и использование объектов), - может стать продуктивным теоретическим ресурсом для осмысления опосредованной коммуникации.

Ссылки:
Пост Нильса про виртуальное взаимодействие: https://www.vrstudies.ru/ru/masks_ru/
Статья Гудвина о мультимодальности: https://www.sciencedirect.com/science/article/abs/pii/S037821669900096X

Истории про то, что в Китае уже ввели систему рейтинга для жителей и к тому же создали тоталитарный режим, основанный на цифровых технологий, лишь подтверждает, что в Китае рынка и свободы нет, чего удивляться. Но эксперименты с цифровыми базами данных своих граждан начались не в Китае.

Одна из моих любимых статей в цифровой социологии - статья Эвелин Рупперт "Государственные топологии устройств хранения баз данных". Она совсем недавно была переведена в номере "Социологии власти" по дигитальной социологии. Несмотря на тяжеловесное название, это статья о крайне любопытной вещи. Дело в том, что в 2000-е гг. в Великобритании разрабатывались базы данных отдельных категорий граждан (например, детей). Когда ребенок взаимодействовал с государством, любая его транзакция (попадание в полицию, арест, посещение государственой клиники и т.д.) записывалась в базу данных. И их этих сотен транзакций создавался профиль ребенка. Затем машина обрабатывала этот профиль и на основании специальных метрик определяла, какую помощь (психологическую, социальную, экономическую) нужно оказать ребенку.

Рупперт говорит о том, что многие социальные ученые до сих пор думают о том, что люди - это про идентичности (и личности с правами). Но государство в данном случае видит их иначе: как динамические профили, основенные на транзакциях, которые нуждаются в ситуативной помощи, основанной на данных.
http://www.socofpower.ranepa.ru/files/docs/3_2018/8---.pdf

Вы сидите за столом с друзьями и разговариваете, но тут краем глаза видите, что на лежащий перед вами смартфон вам пришло сообщение, - бывало такое с вами? Что делаете в таком случае?
В недавней статье S.M.DiDomenico, J.Raclaw, J.S.Robles - Attending to the Mobile Text Summons: Managing Multiple Communicative Activities Across Physically Copresent and Technologically Mediated Interpersonal Interactions рассматривается именно такая проблема. Авторы на основе анализа видео показывают, что действия пользователя зависят от того, кем он является в конкретный момент. Поскольку текстовые сообщения не обязывают ответить моментально, как того требует звонок, пользователь может отсрочить просмотр сообщения и ответ на него. В ситуации разговора лицом к лицу человек, который является в момент получения сообщения «слушателем», предпринимает попытку одновременного включения в диалог в телефоне и лично; в отличие от этого говорящие откладывают момент переключения внимания на телефон или же могут сделать получение сообщения предметом разговора в ситуации соприсутствия. Авторы статьи описывают, как именно выстроено взаимодействие в подобных ситуациях (как люди «справляются» с ситуацией) и как в этом участвуют аффордансы мобильного телефона.
https://journals.sagepub.com/doi/abs/10.1177/0093650218803537

Чей лого круче?
anonymous poll

WrongTech - красавцы – 40
👍👍👍👍👍👍👍 68%

Я - Герман Клименко, и мне не нравится проходить опросы в Телеграм – 14
👍👍 24%

В Сбербанке работают боги дизайна – 5
👍 8%

👥 59 people voted so far. Poll closed.

Минутка автоэтнографии от @dysss. Когда я говорю коллегам свой ник в скайпе, чтобы созвониться, то люди обычно начинают тихонько похихикивать. Что смешного в adorno77 ? Чувак, - говорят, - сразу видно, что ты давно свой скайп завел. В самом деле, на заре социальных сетей было очень weird время анонимности-нежелания во все это ввязываться. Смутное ощущение опасности, про которое мы, к сожалению, забыли через пару лет, а то и месяцев. Например, я и многие мои знакомые ставили на свой первый аватар вк фотку себя, но фотку, на которой не видно лица. Тогда, в середине нулевых, мне даже в голову не могло прийти взять в качестве скайп-ника свое имя. Что придумать? adorno - имя философа, про которого я писал или только что написал диссер. А еще так звали собаку у Кортасара. Но имя занято. Кто-то ушлый опередил меня. Ну, ладно. Надо добавить год своего рождения к adorno, как предлагали тогда сделать многие почтовые сервисы. Voilà ! Такая вот ономастика интернета и соцсетей многое может рассказать о практиках использования всяких высокотехнологичных и дигитальных штук. А как вы придумали имя для своей первой почты и скайпа?

В детстве для вас делали пометки на косяке, чтобы отмечать, насколько вы выросли? Если да, то как часто? Что для вас значила эта пометка? Почему это было так важно и так волнительно?

Прочитал статью про теоретическую концептуализацию селф-трекинга. Часы, фитнес-браслеты, шагомеры и всякое такое. Основной контекст: что да, насчитанное кол-во шагов за день или ударов сердца в минуту конструируют наше переживание собственной телесности, что это может и хорошо (расширяем/улучшаем понимание себя), а может и плохо (тренируемся ради соответствия чуждой модели «идеального» человека). Даны к тому же всякие типологии, почему люди этим занимаются (документальные, вознаграждающие, диагностические и пр. мотивы), насколько болезненно переживают пройденное, но не учтенное расстояние, и всякое такое.

И всё бы ничего, да вдруг зацепился за ссылку на статью, которая помещает умные часы и фитнес-трекеры в исторический контекст измерения себя: весы, ростовые столбики, термометры, тонометры, глюкометры, пульсоксиметры, шагомеры, алкотестеры, тесты на беременность – и прочие давно имеющиеся устройства, которые что-то рассказывают нам о себе. Большая часть из этих устройств возникает в нашей жизни по необходимости, в силу опасений или хронических болезней. Но некоторые из них, в частности рост и вес, могут приносить чистое удовольствие от измерения. Возвращаясь к первым вопросам, не потому ли так волнительно следить за своим ростом, что высота столбика изначально ничем не ограничена, а каждое продвижение вверх символизирует становление взрослым (наверняка, на косяке выше недосягаемо выше располагалась папина черта)?

Мне мало верится, что когда-нибудь по синхронизируемой информации о качестве сна знакомых или пройденных ими метров мы будем предусмотрительно выстраивать более выверенные стратегии поведения (избегать невыспавшихся, заряжаться позитивом от активных). Мне кажется, более важно разобраться, о чем говорит этот невидимый столбик, незримая шкала, по которой мы продолжаем откладывать наш прогресс, чтобы достичь чего-то. Быть взрослым – как это было с ростом. Быть кем-то – как это происходит сейчас с нами в браслетах.

Когда вы в последний раз измеряли свой рост? Сколько вам было лет? С какого возраста вы несете представления о себе, как о взрослом человеке ниже среднего/среднего/высокого роста? Если детство мы мерили в сантиметрах (роста), юность и зрелость в метрах (расстояний), то старость в миллиметрах ртутного столба (давления) и миллимолях на литр (сахара в крови). Следующие после детства вопросы: чего я достиг и сколько мне осталось – также получают однозначный ответ.
@glazkovk

Ссылки:
Обзор - http://anthropologie.kunstkamera.ru/files/pdf/038/nim.pdf
Исторический контекст измерения себя - https://journals.sagepub.com/doi/pdf/10.1177/1367549415584857

Кто-нибудь тут смотрел сериал "Почти человек"? Fox выпустил только один сезон в 2013 году, нигде особо не гремел. Дальше снимать не стали, потому что сравнительно низкие рейтинги не позволили снимать так дорого (!). И сейчас, мне кажется, он бы лучше разошелся, просто потому что на повестке еще активнее искусственный интеллект, роботы, цифровизация, you name it.
Итак, действие происходит в 2048 году, когда киберпреступность и плохие последствия технологий зашкаливают, поэтому на помощь полицейским приходят (ну то есть их привозят) специально запрограммированные роботы, логичные и рациональные MX. Этакие солдаты-компьютеры, которые выполнят любой приказ и будут строго следовать правилам и протоколам. Но в главные герои попал, конечно, не такой робот. В помощь лучшему, но не очень стабильному после травмы, детективу предлагается Дориан (DRN) - представитель модели с синтетической душой, которую списали из-за их эмоциональной нестабильности. И вот эти двое нестабильных, естетственно, умудряются решать все высокотехнологичные квесты-задачки. Там вам и генномедифицированные люди, и искусственные органы, и дизайнерские наркотики, и самонаводящиеся пули, и слишком умные дома, и секс-боты. Наверное, одна из причин не зашкаливающей популярности сериала в том, что там всегда всё слишком хорошо заканчивается, не остаётся тревоги что ли.. как будто копы с роботами и правда смогут контролировать технологии, а точнее - людей, которые за ними стоят.
Как вы догадались из названия, основной замес в "синтетике" - они слишком не похож на других полицейских роботов: тонко шутит, знатно троллит, умеет сопереживать, да и вообще ведет себя как человек. Никакого тебе эффекта "Зловещей долины". Разве что пива с ним не выпить и не поплакать. Жанр бадди-муви удался хотя бы в том, чтобы заставить зрителей смеяться над шутками робота и считать трогательной заботу детектива.
А что касается технологий - мне понравилось, что создатели попытались изобразить разнообразное будущее. В отличие от другого сайфая, здесь беспилотные авто соседствуют с обычными, умные дома с глупыми, технологичная медицина с заброшенными помещениями, есть даже непреодолимая Стена, вполне себе физическая, не позволяющая (почти) трансфер материальных технологий. Но больше всего меня повеселил эпизод, когда детектив долго пытался найти бумагу (в Управлении-то), чтобы ручкой (которых давно нет в рутине) что-то написать (это у него без проблем вышло). Ну и добило меня то, что он потом пожаловался на бюрократию, которая - увы - сохраняется вне зависимости от технологичных решений. Это я к размышлениям о нашем будущем: цифровизация рутину в корне не поменяет

Сегодня утром обсуждали с коллегами по каналу, что для многих компаний в России исследование пользовательского опыта (UX) до сих пор остается чем-то диковинным. При любом кризисе или сокращении штатов первыми под нож попадают именно ux-еры. Почему это неправильно, хочется рассказать на конкретном примере.

Сегодня днем оппозиционный политик Алексей Навальный прорекламировал аггрегатор постов Trrrending, который сделал он и его коллеги. Trrrending собирает и показывает самые популярные посты в русскоязычных Инстаграме, Твиттере и Телеграме (считает лайки, комментарии, просмотры и ретвиты). Под видео в Youtube, где он рассказывает об аггрегаторе, набежало к вечеру уже под 3 тысячи комментариев. И я решил узнать, о чем же пишут в своих комментариях зрители этого ролика.

Вечером я выкачал все комментарии под роликом и посмотрел самые часто-употребляющиеся слова. Самое популярное слово – это «приложение» (люди хотят читать не на экране ноутбука, а на смартфоне, пока едут в транспорте до дома). Но другое популярное слово - это «сделайте»: «сделайте редизайн лого», «сделайте авторизацию», «сделайте блэклист», «сделайте, чтобы при скроллинге видео не останавливалось», ну и конечно «сделайте на андроиде и ios». Иначе говоря, реально интересную платформу (альтернатив я не нашел) создать получилось, но вот на реальных пользователях не протестили. И потому получили кучу комментов, что неудобно.

В ролике Алексей говорит, что trrrending они сами (он и его команда) тестили в течении недели. Это еще одна проблема, которую мы тоже сегодня обсуждали (спасибо @dysss). Разработчики тестируют платформу на себе и своих друзьях. Вот и получается, что замыленный и неискушенный взгляд многого не замечает.

Отсюда простая мораль: не только бизнесу, но и политикам остро как нужно учиться UX и вообще знать своих пользователей. Потому что довольные пользователи, кто знает, когда-нибудь могут стать и избирателями.

На днях коллеги обсуждали недавно вышедшую статью об оцифровке музейных коллекций в России. Исследование довольно простое: авторы показывают, какая доля объектов в фондах оцифрована и какая доступна онлайн. Результаты тоже не очень удивляют: несмотря на то, что музеи обязаны заниматься оцифровкой фондов и ежегодно отчитываться об этом, российские музейные коллекции оцифрованы в меньшей степени, чем европейские, и совсем небольшая доля оцифрованных объектов находится в публичном доступе. И все же выводы заставляют задуматься о разных способах и смыслах (не)распространения технологий. Для отечественных музеев сегодня возможность оцифровки так же, как и несколько десятилетий назад, является прежде всего развитием системы учета предметов, а не способом открытия их для аудитории. Не появляются категории пользователей и практики использования, большой объем частично описанного материала остается вне поля зрения ученых, студентов, профессионалов, популяризаторов, художников и простых интернет-пользователей.
https://academic.oup.com/dsh/advance-article/doi/10.1093/llc/fqy035/5104166

Сбербанк и цифровая колонизация https://telegra.ph/Gde-tut-Sberbank-11-05

В продолжение предыдущего поста – кейс из другой страны. Шведы активно вживляют в руки микрочипы, с помощью которых можно открывать двери, чекиниться, платить за проезд или покупки. История уже не очень новая, но сейчас о ней опять заговорили, поскольку практика становится массовой: похоже что несколько тысяч пользователей – это уже не просто группа активистов и биохакеров, а уже и обычные люди. Любопытно читать объяснения, которые даются явлению. Где-то более простые – шведы доверяют институтам; где-то более сложные – это не наивное доверие институтам, а сильные убеждения в позитивной роли технологий, которые в свою очередь способствуют распространению инноваций. Такие истории становятся поводом обсудить свойства технологий (на что способны микрочипы?), удобство и безопасность (в этом случае, помимо прочего, тесно связанную с телом пользователя).
http://theconversation.com/thousands-of-swedes-are-inserting-microchips-into-themselves-heres-why-97741
https://futurism.com/sweden-microchip-trend/
В конце ноября в Москве, кстати, будет фестиваль документального кино о науке и технологиях Политех360 (не спонсор!)): в программе фильмы про технооптимизм/технопессимизм, и про киборгов тоже.

Когда я сюда приехала, мне выдали служебный телефон. Увидела я его и обомлела, потому что это оказалась древнейшая раскладушка, которую в народе тут называют «gara-kei» - «галапагосский мобильник». Термин является вариацией «галапагосского синдрома», в свою очередь заимствованного у Дарвина, который писал про то, что экосистема Галапагосских островов в Тихом океане эволюционировала по своему особому пути за счет того, что архипелаг весьма прилично отдален от материка. Теперь этим термином описывают ситуацию, когда экономика или отдельная сфера в каком-либо регионе развивается отлично от мировых трендов и производит продукты, которые не находят распространения в мире или вообще непригодны для использования нигде, кроме этого региона.