WrongTech

Личная история одной нашей знакомой из Саппоро (см. репост, продолжение читай на канале Сан Саппоро).

Мы привыкли воспринимать Японию как страну передовых технологий. Именно поэтому многие исследователи (особенно из Австралии) в области изучения медиа и коммуникации выбирают регион Asia-Pacific под свои самые современные и дигитальные темы. Но в то же время Япония это и классный кейс столкновения самых передовых технологий с традицией.

История про «gara-kei» - «галапагосский мобильник» в Японии – это иллюстрация масштабного саботажа глобальных трендов на смартфоны. Пока западный мир переживает эру смартфонов и судорожно ищет дальнейшие варианты развития событий (можно вспомнить, что с 2017 г. Nokia возобновила выпуск обновленных кнопочных телефонов), японцы потягиваются со своими раскладушками и верны традициям. Кто от кого отстал – большой вопрос. Перспективы, что такое мобильный телефон, как он должен выглядеть, что делать – остаются туманными.

Вы верите, что технологии могут решить все проблемы человечества? Или научно-техническое развитие только усугубляет все опасения? А может у вас реалистичный взгляд на взаимодействие технологий и общества?
У каждой из этих позиций есть свои предыстории, евангелисты и последствия. Крутой @knifemedia дал возможность поразмышлять об этих насущных вопросах, показать плюсы и минусы, найти их отголоски в российской реальности.
Мы с @nck_rudie и Ольгой Бычковой, руководителем Центра исследований науки и технологий (Центра STS) Европейского университета в Санкт-Петербурге, старательно разбирались в технооптимизме, технопессимизме и технореализме.
Заглянуть стоит хотя бы для того, чтобы посмотреть советский диафильм про 2017 год, узнать про the loving resistance fighter и понять, в чем был когнитивный диссонанс Тони Старка.

https://knife.media/tech-changes/

WrongTech pinned «Друзья, спешим сообщить вам, что мы тут запилили целый номер по дигитальной социологии в крутом журнале “Социология власти”. Мы не очень понимали, что такое эта дигитальная социология, поэтому решили действовать методом Ленина-Наполеона: «Сначала ввяжемся…»

Друзья, спешим сообщить вам, что мы тут запилили целый номер по дигитальной социологии в крутом журнале “Социология власти”. Мы не очень понимали, что такое эта дигитальная социология, поэтому решили действовать методом Ленина-Наполеона: «Сначала ввяжемся в бой, а потом посмотрим». В итоге получилось очень даже хорошо. Помимо суперкрутецких теорий, исследований и рецензий, в номере есть два важных перевода. Текст Ника Сивера про Тарда и биг дату, а также текст Эвелин Рупперт про базы данных. Всем читать! Можно с функцией «фонарик» в телефоне под одеялом.

http://socofpower.ranepa.ru/ru/arkhiv-nomerov/67-3-2018-tsifrovaya-sotsiologiya

Любопытное исследование про барьеры пространства с использованием социометрического оборудования.
Исследователи Гарвардской бизнес школы проанализировали персонал крупной компании на предмет реакции на трансформацию офиса кабинетного формата в open space.
Для фиксации различных показателей 40% сотрудников в течение 6 недель (3 недели до реорганизации и 3 недели после с перерывом на три месяца) носили специальные сенсоры, которые могли считывать следующую информацию:
- С кем общается человек (сенсор сенсору в таком случае говорит привет)
- Где он находится,
- Стоит он или сидит,
- Разговаривает или нет (не фиксировалось что говорит, а именно факт говорения)
Кроме того, анализировались данные почты и мессенджеров с сервера компании.
Всего было проанализировано: 96778 взаимодействий и 84026 электронных писем.
Вопрос заключался в том, начинают ли сотрудники активно взаимодействовать и дружить в открытом пространстве?
Оказалось, что нет :) когда человека помещают в опен-спейс, его коммуникация лицом к лицу уменьшается на 72%.
Частично это взаимодействие переходит в общение в рамках электронной почты - при организации общего пространства сотрудники отправили на 56% больше писем и получили на 20% больше. Взаимодействие в мессенджерах также интенсифицировалось.
Остальная коммуникация теряется. 😒
Сотрудники защищаются от ситуации, когда они постоянно на виду, переходя в общение онлайн.

А вот и само исследование
http://rstb.royalsocietypublishing.org/content/373/1753/20170239?fbclid=IwAR2Qd3psTYm8YbJr4shuDA1QFefHTptHaW4I1X8G9wUC2GnUx4RL2F2OXG8

На прошлой неделе был на форуме "Открытые инновации" в Москве. Это ежегодный форум, где бизнесмены и чиновники из России и отовсюду обсуждают, как будут развиваться технологии в будущем. Хочу поделиться некоторыми находками:

- Самые популярные цифровые технологии в транспорте сегодня это маркет-плейсы (онлайн-платформы) и только потом датчики, передающие данные о состоянии вещей, и, на третьем месте, большие данные. Connecting people - как девиз не только Нокии, но и всей цифровой транспортной революции.

- Компания BCG провела опрос, какая самая инновационная компания в мире. Большинство ответило: Apple. На деле Apple лишь на 9 месте среди компаний по затратам на разработку и внедрение новых технологий, но первая - по представлениям. Вообщем, иди нахрен, Стивен Возниак.

- Яндекс.Такси хотят разработать автомобиль, который не будет зависеть ни от какой инфраструктуры и будет передвигаться без водителя по любым дорогам и местностям. Только представьте, 80 дней вокруг света на беспилотном автомобиле Яндекса. Если сумеете выехать из московских пробок.

- В России ученые гораздо консервативнее, чем за рубежом и позволяют себе только то, что может быть сказано с большой долей вероятности. Врите больше, инвесторы это любят.

- Компания Ниссан работает над технологиями brain to vehicle. Сигналы из мозга будут напрямую передаваться автомобилю. Благими намерениями и финансированием нейронаук выложена дорога в Кармагеддон.

- Большинство цифровых двойников в России - это только еще цифровые тени. Вряд ли Ваша жизнь теперь будет прежней.

И под конец лайфхак от компании "Cognitive technologies", как решить проблему замены рабочих мест людей роботами? Просто подождать. Предыдущее поколение уйдет на пенсию (пффф!), а последующее сразу будет обучаться новым творческим профессиям. Шах и мат, лудиты!

Рубрика "Воскресное хвастовство"

- Какие существуют наиболее распространенные комбинации используемых зарядных устройств?
- На каком проценте зарядки пользователи начинают беспокоиться, что их телефон скоро разрядится?
- Кто сильнее переживает, что телефон разряжается: мальчики или девочки?
- Есть ли счастье в портативной зарядке, снимает ли она все тревоги?
- Как заряд батареи экономят владельцы iPhone и «скряги» (нет, это не Xiaomi)?

На все эти вопросы, и многие другие, ищите ответ в статье, которая вышла по мотивам обсуждения в Центре изучения мобильных устройств и приложения:
Димова В., Лягушкина Д. Новое понимание мобильности в контексте зарядных практик // Социология науки и технологий. 2018. Т. 9. № 2. С. 107-128.

Статья – https://cyberleninka.ru/article/v/novoe-ponimanie-mobilnosti-v-kontekste-zaryadnyh-praktik
ЦИМУП (FB) – https://goo-gl.ru/GlQ
ЦИМУП (VK) – https://vk.com/rcmda

Сейчас занимаюсь исследованием исследователей. Мне интересно, как UX-специалисты изучают пользователей, конструируют их и рекрутируют. Изучая пользователей, юиксеры преодолевают сложности которые мы (и не только мы) обозначаем как пользовательские барьеры. Речь не только о продажах или комфорте пользователей. UX исследования помогают понять онтологию пользователей, понять, почему пользователи уклоняются, делают по-своему и т.д.
Поле делает меня более чувствительным к собственному пользовательскому опыту. Про покупку билета на сайте РЖД я промолчу. Сами знаете, сколько сил нужно, чтобы найти опцию «туда-обратно». Мой пример другой. Все мы знаем, что один крупный зеленый банк тратит огромное количество сил на то, чтобы сделать дизайн интерфейса более человечным. Есть такая простая, но важная опция - выход из приложения. Деньги, безопасность, - все такое. Мне понадобилось много попыток, чтобы запомнить, где выход из приложухи. Какая связь между значком, отдаленно напоминающим человечка (human-centered design, да?) и выходом?

Комментарий к рецензии книжки про Big Data (см. выше)

Пару слов о пафосе книжки.
Книга обещает «сенсационные данные о том, что люди делают и думают НА САМОМ ДЕЛЕ». Автор вступительных строк Стивен Пинкер – бывший экспериментальный психолог – сетует на то, что перепробовал всевозможные методики, которые его быстро разочаровали. Состав методик: измерение по порядковым шкалам и бихевиористские описания («расширение зрачка, нейровизуализации»). Т.е. Стивен либо задавал вопрос типа «по шкале от 1 до 7 оцените …», либо смотрел на зрачки и снимал энцефалограмму. Разочарование настигло Стивена на пути, по которому слоняются уже какой десяток лет моисеевы социологи. «Социологи же активно искали инструменты, позволяющие понять действия человека».
Понять, Карл! Не просто тупо дать распределения, выдвинуть количественные гипотезы и накидать кучу картинок. А понять. Неудивительно, что Стивен разочарован в порядковых шкалах и зрачках своих пациентов. Пониманием тут не пахнет, ровно как теоретической и методической проработкой изучаемых процессов. Точнее говоря, критика метода в отрыве от изучаемого объекта бессмысленна.

Далее обсудим некоторые фрагменты из книги и рецензии.
«Мужчины, которые никогда не вступали в брак, заявляют об использовании в среднем двадцати девяти презервативов в год». А теперь попробуйте сами ответить на вопрос, сколько в среднем (!) в год (!) вы используете презервативов. Ну сколько? 27? Или 30? Смотрите, нам нужно в среднем в год. Не забудьте вспомнить, как «удачные» годы, так и «непутевые». Ну что, получается? Если вы ошибаетесь, или забыли, как считается среднее, то вы, по мнению автора, лжете. Зато большие числа не лгут. Они рассказывают о нашем сознании и позволяют наконец-то понять нас. (Табличка «Сарказм»).

По сути, большие данные критикуют А) количественные опросы, которые действительно являются давным-давно затухающим жанром полевой работы; Б) доступность для измерения общественного мнения, которое работает совсем не так, как думают об этом поллстеры, о чём блестяще написал Герберт Блумер еще в 1948 году (см. ссылку ниже). В 1948 году, Карл! Уже тогда были довольно крупные сомнения, что общественное мнение либо не существует, либо что оно эмерджетно, либо что его носителями/распространителями/ретрансляторами являются далеко не обыватели (которые вынуждены лишь задним числом принимать сконструированную позицию «на чем стоит общество»).

Еще очень интересно, как часто вы задаетесь вопросом «сколько точно геев среди мужчин». Допустим, 7%. Ну что, стало понятнее (или может быть легче)? Кстати, в том же 1948 году Альфред Кинси предложил идею о континуальности сексуальной ориентации (от исключительно гетеро- до исключительно гомо-). Т.е. идею о том, что сексуальность это не постоянная величина и что она работает несколько сложнее, чем просто гей/не гей.

Кода рецензии шикарна. С одной стороны, большие данные наконец-то сделали социальные дисциплины Наукой с причинно-следственными связями (видимо, в смысле похожими на естественные дисциплины). А с другой стороны, «пытаться понять не надо».
Если коротко и по делу комментировать этот Парадокс, то тут надо напомнить, что основоположники социальных дисциплин в конце XIX века изначально поставили под сомнение причинно-следственный анализ как единственный вариант легитимного научного исследования, выделяя специфический характер научного метода в social humanities. И кстати, этот метод как раз опирается на истолковывании социальных механизмов и процессов, выдвижении и проверке гипотез о взаимосвязях и деталях функционирования. В общем, не думайте, что опросы и Big Data это наука. Это как назвать лопату проектом ирригации. Да, что-то копает, знал бы кто зачем.

Прошло 70 лет, данных стало больше, а понимания всё нет и нет. Поэтому, друзья, читайте классику, а не занимательную статистику для детей.
@glazkovk
- Блумер про общественное мнение: https://goo.gl/C1ejZd
- Кинси и шкала сексуальности: https://goo.gl/4dgRX3

​​#Все_лгут. Поисковики, Big Data и интернет знают о вас всё
#Сет_Стивенис_Давидовиц

#нон_фикшн, #наука

✔О чем эта книга?

На прошлой неделе советовали бестселлеры NYT вам и решили выбрать оттуда что-нибудь себе. С выбором, кстати, не прогадали!

Автор книги, специалист Google по Data Science, провел исследование, опираясь на науку о больших данных (Big Data), а также на данные, которые может предоставить исследователю Интернет. В результате он получил сенсационные данные, полностью переворачивающие современные представления об обществе, в котором
мы живем.

✔Зачем стоит её прочитать?

Гениально. Я бы закончил на этом, но вы мне не поверите.
Эта книга – находка для любого человека, которые не занимается анализом данных. Я это утверждаю, потому сам преподаю «Введение в data science» студентам-гуманитариям.

Автор поделится с вами ответами на огромное количество вопросов, на которые вы хотите знать ответы: сколько точно геев среди мужчин? Как часто мы занимаемся сексом? Влияет ли место обучения на карьеру? Работает ли реклама? (Зря думаете, что все так уж очевидно). И эти ответы будут подкреплены данными, с которыми сложно спорить. И да, верифицируемость – главное свойство науки: вы можете все проверить сами (при желании и небольших усилиях).

Но это не главное, это рекламный ход. Эта книга на пальцах и примерах объясняет основные достижения науки анализа больших данных. Вы поймёте, как сильно изменился мир вокруг и как сильно заблуждаются традиционные социологи, когда берутся судить о людях через опросы. Трамп-то победил: опросы ошиблись, а гугл знал истину заранее (видимо, и сотрудники предвыборного штаба Трампа).

Автор разжёвывает основные инструменты и концепции анализа больших данных настолько, что вы при желании сможете читать научные статьи и понимать «бред там или нет». И даже можно открыть Google trends и провести своё исследование за полчаса.

Эта книга о глобальном понимании, а не технической скуке, терминах и математике.
Но есть кое-что ещё.
Затрагиваются этические вопросы больших данных и умного анализа вашего поведения.
Это нестандартно для специалиста по большим данным. На некоторые конференции по анализу данных приходят гуманитарии и задают этические вопросы касательно технологий. Из личного опыта: спикеры обычно отмахиваются от этих вопросов, называя их важными, но не в сфере их компетенций.


✔Почему не стоит её читать?

Книга не так хорошо структурирована, иногда она кажется бесчисленным набором очень любопытных исследований. Но может в этом есть глубокий смысл? Исследование больших данных – путь на ощупь.

Автор высказывается противоречиво: он утверждает, что только с появлением больших данных социальные науки стали науками. Только теперь возможно подтверждать строгие законы и искать причинно-следственные связи.
Но вот и его слова: в анализе больших данных не надо пытаться понять, почему какие-то закономерности работают. Не парьтесь: зарабатывайте деньги и пользуйтесь прогнозами.
Но ведь наука призвана отвечать на вопрос «почему?». Обычно именно поэтому социальные ученые не признают аналитиков данных: за их работой нет теории.
Истина где-то рядом.

Позволю сегодня репостнуть рецензию одной книжки про Big Data. Рекомендую сначала посмотреть пост, а уже затем мой комментарий.

Перейду сразу к главному - мы продлеваем дедлайн по заявкам на нашу конференцию еще на неделю! До 22 октября. И вот почему:

К нам едет Sally Wyatt!
Если вы ничего не знаете о ней, посетите ее страничку - https://sallywyatt.nl/

Профессор Уайат - одна из ярких исследовательниц не-пользователей технологий, и в частности - интернета. Она изучала темы цифрового неравенства и социальных трансформаций, вопросы социализации технологий, особенности производства знания в цифровых медиа, проблематику открытых данных. Текущий проект посвящен тому, как люди используют интернет для поиска медицинской информации.

Мы с нетерпением ждем конференции, чтобы задать ей свои вопросы, а вы пока готовьте заявки! Ссылки те же, в прикрепленном посте.

До 15 октября можно подать заявку на участие в нашей конференции Russian User Studies (см. pinned message), а это значит, что мы скоро приступим к формированию секций и к комплектации их докладами. К тому же совсем скоро мы расскажем о приглашенном зарубежном госте.

Чтобы не пропустить все новости, подписывайтесь на группы конференции в сетях:
ВК - https://vk.com/rususer
FB - https://www.facebook.com/events/466645220500582/

Недавно я купил диктофон. Записал интервью и попытался его закачать на компьютер. Обычно дело, я так делал тысячу раз. Но каково же было мое удивление, когда я обнаружил, что у моего диктофона Sony нет USB-входа. Я залез в интернет и обнаружил, что действительно у моей модели нет возможности подключаться к компьютеру иначе как через линейный вход с помощью 3,5-джека. На следующий день я рассказал об этом своей коллеге, и она спросила меня: «А этот диктофон белый?». Я ответил, что да, и тогда она в ответ сказала, что ее другая знакомая, специалист по социологии права, рассказывала ей давно о феномене «белых диктофонов». Это единственный диктофоны, которые принимаются в суде. Потому что у них нет USB-входа, и, соответственно, закачать на них сфабрикованный трек, чтобы предоставить его доказательство для суда, нельзя. Я тут же подумал, что это потрясающий кейс для нашего канала.

Я сразу представил, как напишу в этом посте: «Существует практика ограничивать некоторые функции цифровых технологий, чтобы они работали лучше в конкретных социальных условиях». Сколько простора для воображения! Sony делает диктофоны, у которых нет USB, чтобы суд принимал их записи как более аутентичные и более правдивые. Какая находка! Представьте, что Apple делает специальные IPhone без wi-fi модуля и 3g, а только с плохим 2g, чтобы дети разговаривали друг с другом, а не сидели в Youtube или на Твиче (но при этом всегда были бы на связи с родителями)! Какие это были бы крутые истории!

Однако, готовясь к этому посту, я полез в интернет и не обнаружил никаких следов «белых диктофонов». Отсутствие USB-порта у моего диктофона списывают на «бюджетную версию» модели. А записывать голос для суда можно и на обычный цифровой диктофон (и даже на CD-диск), главное – «правильно» приложить эту запись к делу, чтобы в суде не было вопросов, что Вы нарушили тайну частной жизни. Вообщем, вся прекрасная история разбилась в пух и прах.

Однако, несмотря на это, я думаю, что «белые диктофоны» слишком хорошая история, чтобы вот так пасть под натиском законов и отсутствия упоминаний в интернете. Возможно, я просто не нашел нужного сайта. Возможно, такая практика применяется лишь в некоторых российских судах неформально, возможно, существует всемирный заговор, который не хочет, чтобы мы знали это. В любом случае «белые диктофоны» это отличная городская легенда, которая учит нас тому, что у технологий нет никакого линейного прогресса развития, и что они всегда находятся в компании с социальными практиками, в которых используются. И потому, возможно, статус того, насколько эта история «реальна», не так уж и важен.

https://community.sony.ru/t5/audio/problema-s-diktofonom/td-p/2170418
http://ukrat.ru/index.php?/Korporativnoe-pravo/diktofonnaya-zapis-v-sude-kak-dokazatelstvo-diktofon-v-sude.html
http://journals.sagepub.com/doi/abs/10.1177/030631299029003005?journalCode=sssb

Пятиминутка левой критики на канале! Недавно в онлайн журнале Logic вышло эссе про fauxtomation («псевдоматизация» может быть неуклюжей попыткой перевести понятие на русский). Идея в том, что автоматизация не просто такая штука, которая реально угрожает отнять миллионы рабочих мест, все сложнее: автоматизация это «и реальность, и идеология», провозглашающая заменимость людей. Псевдоматизация не сокращает количество человеческого труда, но обесценивает его и делает его невидимым.

В эссе приводятся примеры про тех, кто сортирует неподобающий визуальный контент, делая социальные сети для нас приятными и неужасающими, и тех, кто стоит за приложениями по заказу еды, создавая ощущение, что искусственный интеллект позаботился о нас вовремя и по-человечески. Примерно тогда же, когда был опубликован текст, Амазон под давлением поднял минимальный оклад до 15 долларов в час, что все равно вызвало критику, - в том числе потому что компания славится тем, что воображает себе идеальную ситуацию труда, где люди заменены машинами.

«Наша общая нехватка любопытства по поводу того, как работают платформы и сервисы, которыми мы пользуемся каждый день, означает, что часто мы ведемся на хайп, приписывая автоматизации больше достоинств, чем она в действительности заслуживает. При этом мы не замечаем – и не ценим – труд других людей. Мы ошибочно принимаем псевдоматизацию за реальную сущность, тем самым усиливая иллюзию что машины умнее чем они есть на самом деле».
https://logicmag.io/05-the-automation-charade/

— Ситуация такова, что контроль над технологиями требует изобретения и задействования новых технологий. Недавно в Англии пошли на эксперимент в школах и университетах. Британские ученые били во все колокола: использование гаджетов существенно снижает производительность труда. Мобильные технологии в учебных заведениях мешают концентрации внимания, что в итоге влияет на оценки. Если на лекции сидишь в чате, в котором переписываются те, кто сейчас на лекции, материал запоминается хуже, и лекция вдохновляет слабее.

Решение предложили несколько студентов из Копенгагена. Они разработали приложение Hold, которое вознаграждает пользователя за то, что он или она не пользуется своим гаджетом. Чем реже вы заходите в смартфон, чем меньше проводите в нем времени, тем больше баллов вам начисляется. Эти баллы потом можно конвертировать в кофе в универе, попкорн в кинотеатре, скидки в магазинах или потратить на благотворительность. Два кофе обойдутся вам в 300 очков. За двадцать минут без айфона с семи утра до одиннадцати вечера вы можете получить десять баллов. Приложение доступно для Android и iOS. Сейчас Hold внедряется в 170 британских университетах.

Эта история подтверждает простую идею: в мире сложных технологий отказ от них, видимо, возможен только с помощью привлечения еще более сложной технологии. Чтобы не смотреть в смартфон, нам уже недостаточно одной только силы воли — необходима соответствующая цифровая инфраструктура.

Мы в команде часто спорим о том, зачем нам телеграм-канал. Надо будет запилить какой-то способ фидбека, а то наши богатые имаджинарис по поводу того, кто и как нас читает - отдельная тема для исследования. Третьего дня один солидный (может нет) печатный орган попросил меня дать комменты по поводу технологий. Ответить на вопросы помогли мои посты в WrongTech. Поскольку ответы (а на деле комменты в виде постов) были развернутые, постольку печатный орган решил сделать мини-интервью. Ниже привожу это интервью, сделанное с помощью телеграм-канала. Йоу!


Своим пониманием роли технологий в жизни современного человека с «Экспертом» поделился кандидат философских наук, доцент кафедры теоретической социологии и эпистемологии ИОН РАНХиГС Денис Сивков.

— Денис Юрьевич, как повсеместное использование гаджетов влияет на социальное взаимодействие людей, на наше восприятие мира. Какие наблюдаются тенденции?

— Дискуссии о влиянии технологий на общество зачастую сводятся к выбору одной из двух возможных точек зрения. Первый вариант: смартфоны и мобильные приложения разрушают традиционные отношения и структуры, превращают людей в замкнутых на себе и своих гаджетах индивидов. Люди меньше общаются лицом к лицу, меньше времени проводят вместе и так далее. Согласно второму, более консервативному подходу технологии встраиваются в уже существующие отношения и если меняют их, то лишь незначительно. Каждая из этих объяснительных моделей может также маркироваться по оси оптимизм/критика. Проблема в том, что сторонники и противники этих моделей, как правило, считают, что возможно только одно решение в разных ситуациях: то есть технологии либо разрушают (создают новое) общество, либо встраиваются в уже существующее. Но скорее всего, нам следует принять релятивистскую позицию: воздействие технологии зависит от ситуации.

— Каковы возможные последствия в будущем, если уже сейчас мобильными устройствами пользуются даже трехлетние дети?

— Трудно давать какой-то однозначный прогноз в ситуации неопределенности. Говоря о технологиях, мы обычно забываем об экологических катастрофах, экономической и политической нестабильности. Эти факторы могут существенно повлиять на траекторию технологических изменений. Кажется, что технологии, став неотъемлемой частью тела, будут давать больше возможностей и гибкости для изобретения социальных стратегий. В то же время, как мне кажется, будут изобретаться и множиться пуристские и луддитские практики запрета и отказа от технологий.

Летом я был на классной научной школе под Тюменью. На турбазе, где она проходила, практически не было интернета и мобильной связи. Лично я обрадовался, поскольку давно мечтал о пятидневном цифровом детоксе. Организаторы за день до начала протянули проводной интернет на один компьютер, чтобы связываться по скайпу с иностранными спикерами. Был даже запасной вариант — вывозить участников в университет на скайп-сеансы. Сами участники школы всеми возможными способами пытались поймать сигнал: одни кружили по базе и за ее пределами в поисках наиболее удачного спота, другим удавалось найти такое расположение телефона возле кровати, в котором сообщения пробивались к абоненту. Некоторые, кто мог себе позволить, вызывали такси и за тысячу рублей уезжали в цивилизацию, пить нерастворимый кофе и наслаждаться чатами и электронной почтой. Организаторы разрешили пользоваться проводным интернетом по ночам, и особо страждущие составляли списки, ждали своей очереди и засиживались до утра вместо шашлыка и душевных разговоров у костра.

— Как попытки контролировать время, проведенное в мобильных устройствах, могут сказаться на потреблении гаджетов?

Какие гаджеты могут довести до тюрьмы

Знаете, частенько слышал истории, что родители устанавливают ребенку на телефон какие-то специальные приложения с геолокацией, или дают какие-то гаджеты, чтобы попросту знать, где он/она находится. Собственно, наверное, в детском возрасте гаджеты появляются не для того, чтобы ребенок расширил свои коммуникативные возможности, а для того, чтобы родителям «было спокойнее». «Быть на связи» – то же самое, что быть под рукой, т.е. подконтрольными и всегда доступными. По сути, любое устройство связи имеет эту оборотную сторону вседозволенной мобильности. Другими словами, мы все под колпаком друг у друга. И это, кстати, не называют шпионажем. А вот, что называют.

На зарубежных торговых площадках можно с легкостью купить какую-нибудь безделицу, которая, помимо очевидной функции, обладает расширенным функционалом. Часто это бывают ручки, очки, часы. Так вот, если эти штуки прикидываются подобными предметами, умеют делать то, что им приписывается по внешнему виду, да еще незаметно накапливают информацию (аудио, видео) – то это, оказывается, шпионаж (ст. 138.1 УК РФ, до 4 лет).

Признаки спецсредств по закону:
1. Устройство должно выполнять функцию предмета, под который мимикрирует: «часы» показывают время, «ручка» пишет на бумаге.
2. Устройство должно записывать и накапливать информацию, при этом никак не индицируя этот факт (например, красный огонек у камеры), при этом объектив камеры должен быть незаметен глазу.

Повторюсь, обычный человек очень удивится, что обычная родительская опека может обернуться уголовным делом. С идеей купить часы ребенку, которые еще могут включать аудиотрансляцию происходящего – я лично несколько раз сталкивался среди знакомых. «А чего такого? Это же как телефон, только надежнее. Не разрядится, да и нет проблемы, что не отвечает». Возражения и ход мыслей понятен. Но в данном случае логика закона в чем-то даже более гуманная, чем логика обычного пользователя. Закон защищает от неосознанных вмешательств в личную жизнь извне (правда, закон думает, что он государство защищает от разведчиков, а не нас).

Только вот если эту логику развивать, неосознанные вмешательства они повсюду. Не нужна скрытая красная лампочка видеокамеры, чтобы мы забыли о факте съемки. Не нужны шпионские гаджеты и камуфляжи жучков. Мы следим друг за другом плотнее, чем любые спецслужбы, только называем этой заботой. Да, все предупреждены, что звонок мобильного телефона означает востребованность абонента по ту сторону трубки и необходимость ответить. Но это не делает контроль, который осуществляет устройство, осознанным. Контроль, кстати, он же «забота», зачастую возникает именно в асимметричных отношениях: родитель – ребенок, молодой человек – девушка, начальник – подчиненный, фермер – теленок (это реальный случай из Курганской области). И он воспроизводится постоянно.
До связи! @glazkovk

UPD: Пост писал в пн, а тут во вторник новость – генпрокуратора предлагает смягчить закон, разбираться впредь, был ли преступный умысел, т.к. по сравнению с 2018 годом количество дел по этой статье выросло на 30%. Вот такие дела, держим руку на пульсе.

https://masterok.livejournal.com/3426344.html
https://www.rbc.ru/society/02/10/2018/5bb349369a79475bbf2fa51e?utm_campaign=genprokuratura-predlozhila-otmenit-ugolo

В выходные поговорили в библиотеке Ржевки (крутая, кстати!) про технофобию и ошибки, которые идут с ней рука об руку.
Приведу текст слайда о её причинах:

- Пользователи не знают, как именно работают технологии, это «черный ящик»
- Технологии постоянно развиваются, а повседневность и культурные традиции более консервативны
- Технологии становятся сложнее и многозадачнее, требуют постоянного обновления навыков пользования
- Технологии выстраиваются в инфраструктуры, от которых люди начинают зависеть
- Технологии никогда не равны для всех пользователей, а технофобия коррелирует с полом, возрастом, образованием, а также когнитивными способностями
- Роботы всегда будут вызывать эмоции! Если взаимодействие начинает походить на социальное, оно вызывает естественные реакции.

Можно по каждому из этих пунктов сделать отдельный пост. Но вот что мне попалось сегодня - отчёт о системе электронного голосования в Штатах. Там, конечно, не идёт речь о технофобии как таковой, но посмотрите, по поводу чего аларм. Технология не просто слабо проработана, с кучей багов, она ещё подвержена кибератаке, что вызывает недоверие и стресс. И знаете, какие рекомендации дают, кроме технических? Сделать хорошо работающую службу поддержки, которая бы могла быстро реагировать, нормально объяснять для разных пользователей по разным каналам коммуникации, проводить просветительские мероприятия для работников организаций, и т.д.
А теперь вернёмся к моим пунктам о технофобии и найдём 5 отличий. Шучу. Просто убедимся, что кибератаки - это одна из иллюстраций того, как действует технофобия, и какие механизмы срабатывают в первую очередь. Традиционные каналы, понятные объяснения, снижение градуса эмоций, отдельный подход к разным участникам. Особенно, если технологии несовершенны.

https://defcon.org/images/defcon-26/DEF%20CON%2026%20voting%20village%20report.pdf