Почитай, что вокруг

Еще из Венеции я заказывала домой юбилейный номер «Юности», выпущенный к семидесятилетию журнала

Понятно, что собраны тут имена замечательные и хорошие и понятно, что мне был нужен журнал в пору (продолжающуюся доселе) чудовищной привязанности в Шаламову.

Варлам Тихонович был бы, наверное, доволен, ведь в юбилейную «Юность» забрали его стихотворения.

Он считал себя больше поэтом, чем прозаиком (может, потому я привязана к прозаическим текстам поэтов или наоборот). Впервые его стихи были опубликованы, когда автору было пятьдесят, и до сих пор его поэзия определяется как «бесплатное приложение» к его прозе. Евтушенко считал, что Шаламов вторичен из-за влияния Пастернака и что своей поэтики у него не наблюдается.

Три стихотворения Шаламова — последние в блоке поэзии (будто сидели решали: брать не брать?). Немного сердце сжимается, что фотографию автора взяли ту самую, из следственного дела (после второго ареста) — ну да что теперь.

Хороший номер. Еще в продаже, кстати.

Светлана Тюльбашева, Проклятая земля
Издательство: Дом историй, 2026

Современный кошмар — постоянная гонка, попытка перепрошить нормальную жизнь, стать независимым от начальника успешным бизнесменом. Продать недвижимость, пожечь токены, вложиться в участок земли, открыть семейный бизнес.

После такого — мелко, наверное, пугаться пятилетней девчонки в странном платье и с напомаженными губами, шорохов леса и легенды о проклятой деревне.

О чем: папа-айтишник Леша, сын-шестилетка Лев и как бы мама - бывшая корпорэйт герл Лена переезжают на новокупленную землю в деревню Асташово. Попрощавшись с квартирами и сбережениями, взрослая часть семьи старательно строит глэмпинг, а Лева играет в планшет и общается со странной девочкой Синдереллой.

В это время у них под носом происходит непонятно что: то туман разливается, то соседи странно себя ведут, то девчонка эта непонятная уводит парнишку из дома. Пытаясь разобраться в происходящем, семья лезет на форум любителей паранормального и узнает историю проклятой земли (читайте: купленного участка).

Контрастный текст — ужасы будущих бизнесменов (любому человеку понятные), таинственные смерти и исчезновение графской семьи Астафьевых (случилось в начале XX века) и чудовищная история ведьминой дочки — весь собран и соединен единой точкой, то есть местностью.

Благодаря полифонии каждый может выбрать, чего ему пугаться: древнего и жуткого зла и проклятий деревенской ведьмы, бессовестного согласия находиться рядом с этим злом от жителей деревни, безнаказанности, несправедливости или, в конце концов (что меня пугало больше всего) — больших усилий молодой семьи построить лучшую жизнь вопреки и несмотря (или «не смотря»).

Книга — бодрая и интересная, но не та, которую перечитаешь — кинематографична так же, как и светланин «Лес» (сравниваем только в части картинки!). И туманы ползут красиво и жутко, и река шепчет ласково и страшно, и пол в усадьбе проваливается неожиданно и кстати. В общем, все составляющие ужастика есть, хоть галочкой помечай.

Но помимо страшилок, что лучше удалось Светлане (извините, это я субъективно), так это заставить подумать над силой материнской любви, над способностью к состраданию и прощению, над человечностью что ли. Главные герои вышли настолько живые, их было так жаль, так им сопереживалось, так хотелось, чтобы все у них получилось — что е-мое!

Ну это ли не главное?

#книги

Тихо, на стенах столицы спят живности и сущности из других слоев

#штукатурка

Собрала (но не уверена, что финально) список книг, которые хочу себе!

Что-то я уже читала или слушала, но слишком полюбила и поэтому хочу и в бумаге. Что-то еще не читала и не слушала. Губа не дура, конечно, но я решила не сдерживаться......

Вот, можете тоже подглядеть.

Если очень захочется, можно даже их мне отправить — у меня в конце сентября день рождения, так что это, прости господи, виш лист 🫦

Бешусь, что нескольких книг нет в продаже вообще и даже на авито!!!!! Ну ниче, Лорри Мур нашла и вас найду.

Вообще буду рада любым открыткам, книгам и добрым словам — пишите мне все, гаврики, я вас обожаю.

Что случилось?
Немного потерялась во днях, и поэтому рассказываю новости книжной индустрии аж с 24 августа по 14 сентября 

— Итальянский писатель и переводчик Паоло Нори планирует написать роман о Льве Толстом к 200-летию со дня рождения писателя

— Корреспондент «Коммерсанта» Мария Барановская попросила администрацию РГБ провести экскурсию по закрытому хранилищу и обнаружила там неоднозначные исторические исследования, сборник прозы рок-музыканта Кузьмы Скрябина и не только

— Amazon MGM Studios выпустят детективный сериал «Каждый в нашей семье кого-нибудь да убил», по мотивам одноименного романа Бенджамина Стивенсона

— Яндекс Книги запустили продажу отдельных книг и расширили возможности монетизации для издателей

— Литературная обозревательница Екатерина Петрова разбиралась, куда направят продажи после атак на склады маркетплейсов

— Forbes Young рассказал, какие книги любили и ненавидели современные авторы, когда учились в школе

— Минцифры пытается не допустить тотального изъятия с рынка книг иноагентов

— Объявлен шорт-лист номинации «Современная русская проза» премии «Ясная поляна»

— На книжном рынке зафиксирован рост интереса к отечественной мифологии и фольклору. По данным крупнейших издательств, с 2022 по 2025 год продажи таких книг выросли в 5,8 раза 

— Авторы издания «Сноб» рассказали как устроен книжный «Озеро» в старом доме на Хитровке 

#чтослучилось

Замечали, как много херувимьих остовов лежит под ногами по осени?

Мрут голуби прямо стаями — пес гадит на каждого, даже в самой высокой траве не скрыться разорванному двоекрылию.

Люблю сентябрь больше августа. Печальный мой, родимый (потому что в сентябре рождена).

Кирилл Рябов, «Лихо»
Издательство: ИД «Городец»

Предыдущие тексты Кирилла Рябова (например, «777» и «Пьянеть») казались одновременно смешными, печальными и немного неприятными. Неприятными, как захват ладонью теплого поручня в автобусе или метро — это можно пережить, если едешь по замечательным делам (например, гулять в парк). Парк здесь, как вы понимаете, метафора того наслаждения, что получаешь во время чтения текстов Кирилла.

Сборник же «Лихо» оказался другим. Это не след чужой руки, насильно перенесенный на руку собственную, а прямая конфронтация с контроллером, срачка с хамкой, обмен обзывательствами с проехавшим твою остановку водителем.

То есть книга острая, болезненная, где-то даже горестная, но все еще по-рябовски смешная и стоящая того, чтобы пережить эти 200 с небольшим страниц сопереживания.

О чем: в сборник вошли две повести и рассказ.

Заглавное «Лихо» — про то, как у учителя ИЗО мутные товарищи из управления Ч забирают кота в тюрьму. Учитель ищет адвоката, переживает смерть ученика (повесился) и смерть директора (разорван медведем в зоопарке), разбирается с пострадавшим от руки сумасшедшего психотерапевтом и скучает по любимой женщине.

Следующая вещь «Живодерня» — про бывшего вратаря, у которого похищают жену. Похитители, взамен на свободу женщины, принуждают спортсмена стать писателем. Напиши, мол, роман нервом, кровью и слезой, и отпустим твою дорогую. Бывший алкоголик, он борется с горем от потери ребенка и чувствует: ааааааааа. Правда, поможет ли это супруге — неясно.

И последний рассказ «Маленький Г.» — история про заведующую детским садом, которая не может принять, что одного из малышей зовут Гитлер.

Отличительной чертой прозы Кирилла можно назвать ее герметичность. Если парадоксальностью удивить тяжело (кстати, парадоксальность рябовских историй всегда забавная и, что главное, уместная, правдивая), то сконструированной изолированностью героев — вполне.

Читатель остается один на один с условным одиноким Выдриным или Аверьяновым: шляется по Петербургу, получает по голове, напивается, едет на электричке. И потому не может не любить этих героев (ведь тот, кто себя не любит, все равно очень хочет себя любить).

Главным чувством сборника (и даже в «Маленьком Г.») является любовь, понимаете? Такую любовь трудно выдержать наблюдателю: как пережить сильное чувство героя, которого лишили кота? Как вынести то, что у неудачника забрали любовь его жизни? Как выстоять перед эмоциями девушки, ставшей заведующей места, где растет Гитлер Молчанов?

И потому «Лихо» служит отличным тренажером душевной выдержки читателя, тренирует стойкость к бедам других.

Просит посмеяться вполголоса — то есть найти баланс между правдой и вымыслом, распознать в себе способность найти середину между сочувствием и необходимым порой безразличием.

Хотелось бы разорвать «Лихо» на множество цитат, но сборник так ладно сшит, так правильно скроен, что каждая строчка на своем месте, пожертвовать ничем нельзя.

— Да, Костя, да! Злись! Злость хорошо помогает. Злость, боль, отчаяние — самые прекрасные чувства для писателя. Сразу начинаешь писать кровью.

Вот и все

#книги

Скромно показываю скромный улов выходных и оставляю интервью со Стрелковым о его книге «Формула Волги»

Мы с Волгой, вроде как, увидимся уже в этом месяце — люблю, что люди, связанные с большими реками местом рождения, относятся к этим рекам с уважением и трепетом (да ведь?).

Кобылкой бесхвостой цокаю
Неподкованная иду
Вдоль костьев ребёрных тополи
Качаются на ветру
Падет ли пушинка ласковая
На взмыленные бока?
Горит моя ранка аленькая
И светится бирюза
Июньского неба. Я цокаю,
Качаются тополя,
Свистят и гуляют шелковые
Три метра шнурочка-хлыста

Да и кстати, 85 лет со дня Д

Забегаю в Гостиный двор и сразу — пятачок с презентацией книги, дискуссия в разгаре. Уверенный журналист (стоя вопросы задают только уверенные люди) спрашивает автора в чем новизна его книги. Автор, отвыкший, видимо, от вопросов университетских комиссий, тушуется, сидит.

Бегу дальше. Ловлю неуловимую и мысленно благодарю организаторов за странную навигацию: выдается несколько минут вместе побегать по лабиринтам и поискать стенд ИД «Городец». Миновали: поющую женщину, ядовито-зеленый цвет неприятной книжки, дурман арабских благовоний, красивые китайские стенды.

Нашли. Попрощались. Забрала четыре желания (на фото) — про все расскажу!

Если, москвичи и гости, хотите познакомиться с троюродным братом нонфика — сходите. Как минимум, будет презентация «Проклятой земли» Тюльбашевой 5 сентября, в субботу (я, может, тоже схожу). Ну и купить есть что, скрывать не буду (тот же «Чемпионат»).

Перемещение с корабля на землю (ну какой тут бал? а вот корабль был) состоялось. Завихрилась, закружилась. Скучать некогда, но знаю, что скоро, скоро…

Дайджест августа

Новости книжной индустрии:

— 27 июля - 10 августа
— 10 августа - 24 августа

Книги:
— Кася Кустова, «Стены»
— Марат Басыров, «Чемпионат»
— Ася Демишкевич, «Под рекой» и «Раз мальчишка, два мальчишка»
— Сергей Носов, «Фигурные скобки»
— Анонс: новинка Светланы Тюльбашевой
— Несколько красивых книг

Пишу:
— Как опадал лавр
— Вот бы ты меня помнила
— Если б сердце было костью
— По воде шагает лошадь

Интересное:
— Путеводитель по Венеции, часть 1
— Путеводитель по Венеции, часть 2
— Про первых снеговиков
— Про вязальщиц-шпионок
— Про сценарии чтения

Смотрим:
— Шагал и Дейнека в Венеции
— Несколько красивых кошек
— Море море

Все предыдущие дайджесты можно посмотреть по хэштегу #дайджест

Немного рассказала Горящей избе про сценарии чтения (читатели также узнают, например, что моя первая работа — работа в издательстве и еще чуть-чуть про влияние Литинститута на формирование привычек)

Села писать текст про «Фигурные скобки» Носова

Все никак не могла подобраться, рассказать, почему мне понравился роман.

Если коротко и не совсем точно: это книга про человека, который умел отгадывать любые двузначные числа. Благодаря этому умению он попал на съезд микромагов (то есть людей, обладающих примерно такими же странными талантами, творящих мелкую магию без специального оборудования), ну и там немного завертелось.

Кроме «уморительные, смешнейшие диалоги, абсурдность происходящего и право на соразмышление» — ничего в голову не шло.

Так вот.

Чтобы как-то структурироваться, решила почитать, что пишут. Нашла рецензию от 2015 года и к ней комментарий от 2016 — приложила его скриншот.

Он меня развеселил так же сильно, как и книга.

Смешно от него, наверное, будет только тем, кто книгу прочитал. Если вам ничего непонятно — извините. Я устала и не хочу писать отзыв, хотя обещала (не прямо сейчас устала, хотя это тоже, а вот как-то основательно).

Просто знайте, что вот есть такая многослойная, необычная, смешная книга, которая вызывает недоумение у профессионального фокусника, члена Российской ассоциации иллюзионистов и лауреата Международных конкурсов.

На фоне в третий раз по кругу Федоров поет:

«Летел и таял, не соберу -
Летел и таял
Больше не тает,
Завтра я ещё не умру,
Но кто его знает -
Летел, горел, был высоко -
Перетекает,
Завтра это так далеко,
Она так ждёт и ни туда, и ни сюда»

Грустно, что летом ничего не падает. Вот снег зимой — управляемая вода, подвластная правилам и законам, просьбам и увещеваниям. Он падает и все хорошо. А летом?

И раз ничего не падает, песня, хоть я ее сегодня услышала и полюбила, не совсем подходит. А песня всегда должна подходить, иначе зачем она.

Так вот. Собираю вещи и наизусть (и даже вслух) повторяю инструкцию шакаленка:

– Какие-то цветы… часы. А при чем здесь постельное белье? У вас его что, не выдают?
– Выдают. Но лучше не оставлять у себя за спиной ничего такого, что носит твой отпечаток.
– Какой отпечаток? Я что, мажусь перед сном ваксой?

Табаки опять посмотрел взглядом старожила.
Утомленного многими знаниями.

– Слушай, это элементарно. Берешь с собой все свое и уносишь. Что не можешь унести – уничтожаешь. Но чтобы ничего твоего там не осталось. Вдруг ты завтра помрешь? Хочешь, чтобы твою чашку обвязали траурной ленточкой и выставили на всеобщее обозрение с гнусной надписью: «Мы помним тебя, о, заблудший брат наш»?

Короче! Вещи так и не дособрала.