Противостояние государствам-изгоям

Новое стратегическое обоснование также изображает Израиль как важного союзника в кампании против авторитарных государств-изгоев, которые поддерживают терроризм и стремятся приобрести ОМУ. Как и аргумент «партнеры против террора», это знакомое оправдание звучит убедительно на первый взгляд. Разве не очевидно, что диктатуры вроде Сирии, Ирана или Ирака Саддама Хусейна враждебны как Израилю, так и Соединенным Штатам? Разве такие режимы не склонны использовать ОМУ для шантажа Соединенных Штатов или передавать ОМУ террористам? Учитывая эти опасности, разве не имеет смысла продолжать щедрую помощь Израилю, как для защиты от этих опасных соседей, так и для поддержания давления на них, тем самым приближая день, когда эти жестокие режимы либо рухнут, либо изменят свои методы?

На самом деле, это обоснование также не выдерживает тщательной проверки. Хотя у Соединенных Штатов есть важные разногласия с каждым из этих режимов — в первую очередь их поддержка определенных террористических организаций и их явная заинтересованность в приобретении ОМУ — они не представляют серьезной угрозы жизненно важным американским интересам, за исключением обязательств США перед самим Израилем. Главный стратегический интерес Америки на Ближнем Востоке — нефть, и защита доступа к этому товару в основном зависит от того, чтобы не допустить, чтобы какая-либо одна страна контролировала весь регион. Эта обеспокоенность могла бы оправдать преследование одного из этих государств, если бы оно стало слишком сильным или слишком агрессивным — как это сделали Соединенные Штаты, когда они изгнали Ирак из Кувейта в 1990-91 годах — но это не оправдывает преследование Ирана, Ирака и Сирии одновременно.

Другие характеристики, которые часто используются для объяснения того, почему США должны поддерживать Израиль против этих государств-изгоев, еще менее убедительны по стратегическим соображениям. Оправдывает ли тот факт, что они являются диктатурами, непрекращающуюся враждебность США? Нет, потому что США вступали в союз с другими диктатурами, когда это продвигало их интересы, и продолжают делать это сегодня. Является ли их поддержка террористических групп достаточным обоснованием? Не совсем, потому что эти государства и эти террористические группы воздерживались от нападения на США и потому что США часто закрывали глаза на содействие терроризму в прошлом, включая терроризм, поддерживаемый этими же государствами. Как и большинство стран, США были готовы сотрудничать с режимами, которые им не обязательно нравились, когда это продвигало интересы США. Например, Вашингтон поддерживал Саддама Хусейна и Ирак во время войны с Ираном в 1980-х годах, и он по-прежнему поддерживает военную диктатуру Пакистана, несмотря на хорошо документированную поддержку этим правительством исламского терроризма в Кашмире и других местах. Лидеры США также были рады принять помощь Ирана в борьбе с Талибаном и были рады получить разведывательную информацию об Аль-Каиде из Сирии. Это, конечно, ограниченные примеры сотрудничества, но они говорят о том, что ни одно из государств не представляет смертельной угрозы жизненно важным интересам США.

А как насчет сирийского вмешательства в Ливан или потенциального иранского вызова союзникам США в Персидском заливе? Эти вопросы не тривиальны, но они не оправдывают столь же сильную поддержку Израиля, как это делают Соединенные Штаты. Собственное вмешательство Израиля в Ливане неоднократно осложняло усилия США там, а его собственный арсенал ОМУ и частая готовность применять силу побудили другие государства Ближнего Востока желать иметь собственное ОМУ. Как уже отмечалось ранее, Израиль не представляет особой ценности, когда дело касается поддержания стабильности в Ливане или сохранения баланса сил в Персидском заливе. Как мы подробно обсуждаем в Части II, Израиль и лобби неоднократно срывали усилия США по более эффективному решению этих, по общему признанию, проблемных режимов.