Яна х Хроники настоящего

Я поговорить

Продолжаю читать и хочется порассуждать на тему экспертности.

Знаете, в универе обязательно были такие преподы, настолько опытные и крутые, что имели право быть вредными или иметь какие-то экстравагантные мнения. Но у них это чудачество было заслуженным.
В Разговорах некоторые суждения и тональности мне со стороны тоже кажутся резкими, но экспертиза вопросов не вызывает. Просто читаю с поправкой: это мотивированное личное мнение.

Так вот, я выше несколько раз употребила слово экспертность и каждый раз это делала через силу. Знаете же почему?
Из-за сегодняшнего хайпа экпертности, когда человек спустя пару лет уже считается гуру. И имеет подтверждение в реальности: аудиторию, заработки, тренинги.
Быстрое знание от быстрых экспертов.
И я бы рада упростить и брюзжать на эту тему. Но мир действительно меняется. И люди, способные успевать за ним, действительно в цене.
Хотя, по-прежнему, овладеть чем-то ценным за несколько занятий нельзя.

Об этом я и думаю в ключе компромисса между адаптивностью и целостностью.

А не быть экспертом сегодня как-то даже и неприлично.
И я растерянно смотрю на портфель своих навыков, страдаю и удивляюсь, что мои быстрые опыты с недосайтом на тильде и опыт на маркетплейсах могут быть более востребованы, чем 10+ лет в аудите и контролинге, семилетнее музыкальное образование, магистратура или полная acca.
Потому что последние не упакованы, не переведены в прикладную плоскость. Вот и сижу со своим кризисом идентичности среди экспертной поляны.

Но у меня всегда есть козырь: я мама двух ангелочков.

У вас как с экспертностью дела? Легко себе отвечаете на вопрос, в чем ваша сила?

Разговоры о русском балете Вадима Гаевского и Павла Гершензона
О Большом балете, большом искусстве и больших переменах

Начала читать книгу. Как же мне нравится, когда профессионалы делают личные высказывания о своей области. За этими рассуждениями стоит столько знаний, труда и личности.

Поэтому наслаждение получается комплексное: от узнавания нового и от того, как это новое встраивается в мои представления о мире; от наблюдения за другими, состоявшимися в своей области людьми; от созерцания чего-то целостного, выстроенного, объемного.
Здесь не обязательно со всем соглашаться, дело не в этом.

Пересказывать разговоры не буду, приведу две больших цитаты из первого разговора:

Таково и специфически русское представление о так называемом хайтеке: нигде в мире вы не найдете банальную штукатурную стену с оконными проемами, перед которой на расстоянии полуметра закреплена гигантская стеклянная плоскость, бессмысленная конструктивно и функционально, но обусловленная эстетически: единственное ее предназначение – изображатьэтот самый хайтек – не бытьим. Такова и манера одеваться. В Европе она сводится к процессу жесткого типологического отбора, что и вызывает ощущение, что везде (приватно и публично) и всегда (утром и вечером) люди одеты правильно. В России люди не одеваются – они «наряжаются» – рядятся во что-то, рассматривают собственное тело как поверхность афишной тумбы, на которой вне соблюдения каких-либо правил небрежно наклеены крикливые манифестации чего угодно: своего ущербного вкуса, внезапно увеличившихся доходов, принадлежности к какой-то эксклюзивной группе людей. Мы никогда не поймем Юбера Живанши, говорившего: «Если я не помню, как вчера была одета женщина, значит, она была одета безупречно»
…

Судьба же «звезд» типична, если вообще уместно в данном случае говорить о судьбе: есть победы на бесчисленных бессмысленных конкурсах, есть карьерное продвижение, потом уход, прощальный спектакль и – бесконечные возвращения на сцену под разными предлогами – вот что такое сегодняшняя звезда воспитание звезды в том смысле, в каком это понимается в Америке, отсутствует. Звездой там называют нечто неординарное, абсолютно индивидуальное. Звезда – понятие единичное. Много звезд, которые конкурируют между собой, – этого быть не может. У нас же – все «звезды». У нас, кроме всего прочего, появилась назначенная звезда, то есть титул «звезды» стал не итогом реализации таланта, а единицей штатного расписания.

Читаю, и так хочется научиться разбираться в балете, да хоть просто сходить на балет 😄

Доброе утро!

Мы уже неделю в отпуске // если так можно назвать ситуацию, когда на одного родителя приходится один малышок//

И после бурного лета я с собой решила не брать ни книг, ни работы // а еще не брать в руки телефон, ага//

Но про журналы-то я ничего не решала. Поэтому в Турцию со мной полетела июньская Юность // позапрошлая, так сказать//

Журнал, конечно, красивый // а что сегодня важно в вещах вокруг//

Блок поэзии меня удивил. Не скажу, что это плохие стихи. Как раз наоборот, написаны они хорошо // как пишут те, кто много пишет//

И местами из плотного добротного текста сверкают искреннки // но авторы их отлавливают и добротно обтесывают на манер остальных стекляшек//

когда кончится биография и начнется жизнь
когда каждая фотография будет про счастье
мы с тобой не уедем туда где море целует мыс
мы с тобой не уедем чтобы не возвращаться

(Анна Ревякина)

С прозой ситуация иная, рассказы мне показались интересными.
Бабушка на Дальнем Востоке выбирает день смерти, девушка в спальном районе мегаполиса пытается устроить жизнь в своих пятнадцати квадратах, парень сохраняет цифровую копию отца перед его скорой кончиной, девчонка не проходит модельный кастинг, заключенный в американской тюрьме находит способ отомстить обидчику // тут никаких комментариев нет, хотя могла бы и придумать//

Придумывать я ничего не буду: рассказы разного уровня, но в каждом из них есть открытие для читателя // а это важнее любого мастерства, кажется//

Как раз в отпуске меня настигло письмо от Юности, что в авторы меня не взяли // а нечего проверять спам//

Юность классная и продается на всяких Озонах // а могла бы сказать, что ерунда ерундой и читать их не стоит, раз они моего гения не оценили// вот такая я молодец//

Все мои птицы К.А.Териной
Про философию и доступный эскапизм

Как я ни стараюсь не замечать и не признавать изменений вокруг, но то, как мы стали потреблять информацию (сужение окна внимания, клиповое мышление и далее), отражается и на литературе.

Я совсем недавно писала про чтение с препятствиями, и утверждала что чтение должно быть в какой-то мере неудобным.
Сегодня я возражу сама себе и расскажу про книгу Все мои птицы.

Это книга рассказов, коротких и длинных. В каждой истории К.А.Терина создает целый мир. Выражусь точнее: она делает набросок мира, обозначает несколько его ярких черт, и позволяет читателю на маленьком объеме создать целый мир. Иногда этот мир отличается от нашего одним волшебным предметом, а иногда это совсем новый мир, который сопоставить с нашим никак.
Но каждый раз упражнение проделывается для какого-то мастерски продуманного мысленного эксперимента.

И люди, и чудовища, и боги (так называется три части книги) в итоге остаются людьми 😅. Хоть в московском метро, хоть на межзвёздном корабле.

Я часто слышу, что сегодня очень популярна магическая литература как способ уйти от реальности. Что спрос на неё только растёт.
Я для себя решаю каждый раз, что это не про меня: я-то не фанат фантастики и фэнтези, для меня история должна прочно уходить корнями в реальность.

Говорю, а потом читаю малютку Никто не любит Скрябышева, и чувствую себя так, будто не 2 минуты провела с книжкой, а 2 часа гуляла где-то одна.
Скрябышева, кстати, очень рекомендую, чтобы познакомиться, и решить, подходит ли вам книга. Почитать его можно здесь.

Резюмирую: рассказы мои. Они дали хорошую нагрузку для ума, когда я разглядывала новые миры, для сердца, когда сопереживала героям, и для души, когда думала о смысле.
Конечно, полноценных тренировок это не заменит. Но в ритм моих последних недель сборник вписался прекрасно.

Кстати, я тут получила доступ к курсу, как писать книжные рецензии. Наверное, это знак: ну сколько можно уже прикрываться книжками, чтобы рассказывать, как у меня дела и что мне нравится 😅😅

«Петербург. Тихий ход» Мария Ивашкина
Про Петербург и мою ностальгию

Взяла эту книгу по обложке и ни на секунду не пожалела: «Петербург. Тихий ход» — это альбом с акварелями и фрагментами интервью команды Подписных изданий про Петербург. Прочесть ее можно за пару часов, но это не художественная история, а множество признаний в любви городу.

Книга очень красивая: толстые шершавые страницы, матовая обложка, аккуратная верстка. Издание годится для подарка.
Форма и содержание книги в исключительной гармонии.

Есть пять уровней понтов по Пелевину (мем из Интернета), так вот, я в своей любви к Подписным и Питеру на пятом: у меня это глубоко личное, могу об этом уже и не говорить (а сейчас ты что делаешь). Но когда я вижу его характерный узор крыш, стыки пестрых домов, высокие окна Подписных на Литейном, у меня щемит в груди. А когда читаю на страницах все эти названия улиц и улочек, у меня внутри поднимается уже было улегшаяся пыль старых историй.

«Скажи мне, где спит твое сердце», — поет Билли Новик на узенькой сцене the Hat на Белинского, а за окном проходят любимые, знакомые и еще нет, на Петербург опускается майская ночь с густым запахом сирени и нагретым воздухом сырых подворотен.

Именно такого вечера не было никогда, но он есть во мне всегда. Так же, как все эти признания в любви в книге Марии Ивашкиной — она рассказывают истории других людей, но это и мои истории, которые я будто бы прожила.

Я живу в Москве уже лет шесть. А пишу только о Петербурге. Я не надеюсь когда-то туда вернуться и не хочу. Потому он всегда во мне длится этой сладкой тоской, этой мукой невозможности и этой ностальгической любовью.

И судя по тому, что ребята сделали такую книгу, причем сделали так здорово, это не случайность: я далеко не одна.
Если у вас с Петербургом тоже такое чувство, даже рекомендовать не буду, вы уже сами все поняли.
Но если он для вас — просто город на карте (а это нормально, может, у вас свои любови), оставьте эту книгу нам.

На пятом уровне уже снова уместны p.s. и p.p.s.

P.s. О любви к названиям улиц: представила себе Васильевский остров с его решеткой линий и проспектов, и как на ней нарастают кристаллы моих историй.

P.p.s. Следом пришел другой образ, вспомнила, как жена ветхозаветного Лота оглянулась назад и тот час же превратилась в соляной столб. Ничего не имею в виду, никаких буквальных аналогий, только образные совпадения.

Яна х Хроники настоящего pinned a photo

Про детское
О детских стихах, книжке «Про звуки» и сайте Lastroki

Смотрю сейчас, как спит Маня и вспомнила: Раисе было несколько месяцев, я лежала рядом, разглядывала ее ручки, сопящий носик. И прислушивалась ко всему, что ее может разбудить.
Так я написала детский стишок «Про звуки». А потом сделала ИИ иллюстрации, нашла типографию, заказала тираж в 1000 штук. И продала их сама на маркетплейсе. Засорять эфир этой историей не хочу, но я знаю, что это может кому-то быть полезно, поэтому описала опыт здесь:
Как я сама делала и продавала детскую книжку с ии-иллюстрациями

Опыт, как говорится, был бесценным, но в итоге я решила, что повторять не хочу. Так появился сайт lastroki.ru — с иллюстрациями и текстами. Я сама придумывала дизайн, писала стихи, генерировала картинки, настраивала SMM и даже ковырялась в коде. Было непросто, но что-то получилось. А недавно я пошла дальше: озвучила стихи, наложила их на картинки — и выложила на YouTube и Rutube.
Там без изысков: все с одного дубля и на коленке, зато теперь я могу ставить дочерям Чубчика по телевизору.

Это я о чем? Вначале зимы я смотрела на коробки книг и мечтала распродать их хотя бы за пять лет, а весной у меня уже не осталось ни одного экземпляра на продажу.
Весной мне казалось невозможным, что на сайт будет заходить хотя бы 300 человек в месяц. Сейчас у сайта больше 2000 посетителей в месяц.
Сегодня мне не верится, что когда-нибудь в солидном издательстве выйдет книжка моих стихов, или что у сказки про Чубчика будет 1000 просмотров, то есть 1000 детей улыбнётся истории голубого монстрика, как ей улыбается Раиса.

Но я очень надеюсь, что это одна из тех историй, которая кажется невозможной, пока не произойдёт.

Внеплановое воскресное включение
Из парка 50-летия Октября

Рубрика становится регулярной, а что делать, если каждый раз тут чему-то удивляюсь.

Во-первых, пока Раиса с Андреем исследуют игровые площадки, мы с Машей обнаружили ещё одно книжное чудо из будущего: библиотечный книгомат. По читательскому билету в нем можно сдать и взять книги.
Знала бы, взяла бы из дома книги, которые нужно вернуть в библиотеку.

Во-вторых, тут весь парк в белках. Дети бегают за ними и кричат : «Белка, ну ты куда полезла!». А за детьми бегают родители и задают детям сами понимаете, какой вопрос 😄.
Предположу, что массовый выход белок на беличьи тропки связан с исходом лета: они ищут и ныкают еду. Но слишком уж они бесстрашные, одна даже запрыгнула на меня и стала карабкаться. Страшно!
Не знаете, что с ними?

В-третьих, из зелени деревьев там и тут выглядывают сверкающие площадки Москвы 2030 с космонавтами, планетами и всякой невидалью. Жаль, что во время наших прогулок все еще закрыто. Зато с 12 тут обещают будущее, но мы уже на сончас поедем.

Seasons, лето 2025
Про Португалию, путешествия и аутентичность

Я очень люблю путешествия. Помню, как в детстве не могла уснуть в ночь накануне любой поездки, как ворочалась в постели, уговаривая себя скорее закрыть глаза и успокоиться, чтобы уже пришло утро. Но я все никак не могла выбраться из этого состояния, когда дыхание поверхностное, когда дух захватывает от того, что впереди тебя ждёт незнакомое, новое!

Сейчас я выросла и хорошо сплю когда мне дают поспать. Да и нового у меня в жизни не так много. И я просто мечтаю о путешествии, хоть о небольшой поездочке за город, чтобы взгляд не упирался в знакомые здания, чтобы горизонт, чтобы пространства, чтобы новые впечатления.
Я думала, так у всех и очень удивилась, когда узнала, что нет.

Но сейчас я о другом:

На день рождения подруга подарила мне журнал Seasons. И я на время чтения оказалась в Португалии, которой и посвящен номер этого сезона.
Ребята из Seasons взяли и поехали в Португалию, прочувствовали, посмотрели, пощупали, попробовали, послушали и собрали свои впечатления в целый журнал.
И в нем: красивые фотографии, интересные и живые тексты, и люди, люди, люди.

Так я на выходные оказалась в Португалии, в которой никогда не бывала. Прониклась историями (очерк про фаду просто великолепный!), посмотрела на архитектуру (будто прямо там постояла), отдохнула на фотографиях с океанского берега.

Я когда нахожу такие вещи, очень радуюсь: целая команда придумала концепт и так здорово его воплотила. И получился у них телепорт, о котором я так мечтала в детстве.

Резюмирую: это красиво, это познавательно, это легко и еще это так ностальгично и необычно: кинуть в сумку журнал, чтобы почитать в транспорте, в парке или в аэропорту.
А еще это душевно! Смотрите, как пишут:

В Португалии как будто больше потерь и сожалений об утраченном величии, чем приобретений. Отсюда и меланхолично-ностальгический взгляд на реальность.

И последнее удивление: они доступны. Журналы есть на озоне, а старые выпуски еще и со скидками. В общем, если хочется себя почувствовать модницей из 2000х или съездить в Португалию — рекомендую. Правда, для второй цели подойдет только выпуск Лето 2025.

И еще, я недавно получила от любимых рукописные письма и испытала столько радости от посещения Почты России. Захотела тоже что-то приятное отправить. Например, весенний Seasons. Если хотите, отметьтесь как угодно в комменте (можно смайлом), а я случайно в пн выберу и отправлю свой привет. Я такое делаю впервые, попробуем)

«Паскаль» Бориса Тарасова
Жизнь замечательных людей

Перебью очередь заметок про современные книги советской литературой.
Ниже очень сложный и неповоротливый пост, предупреждаю 🌝

Поэтому делюсь в самом начале великолепными цитатами:

Паскаль об иезуитах:

«Интригуют много, говорят мало и не пишут ничего»

Паскаль о книгах, на которые ссылался в Письмах к провинциалу:

«Меня спрашивают, читал ли я сам все те книги, которые цитирую. Я отвечаю, что нет: потребовалось бы провести всю мою жизнь за чтением очень плохих книг,…»

Все, теперь приступаю к своему рассказу.
Книгу я не выбирала, мне ее дал почитать отец, 350 страниц мелкого плотного текста на желтой бумаге намекали: чтение будет нелегким.
Но как еще замечать свои слепые зоны, если не впускать «случайные» книги?

Начнем с того, что книга написана очень сложным языком. Я задумалась: язык советской беллетристики кажется сегодня более архаичным, чем язык Толстого и Бунина.

С другой стороны, мы, конечно, избалованы сегодня упрощенными текстами и подачами.
Объясните мне все проще, еще проще! Нужно больше быстрого контента!

Когда автор объясняет открытия Паскаля в теории вероятностей без формул и выкладок сплошным текстом, это похоже на то, как я на работе пытаюсь отвечать одними словами на вопросы по методологии без «вот этих ваших длинных формул».

Кажется, раньше люди собирались вместе, фокусировались на беседе и чертили что-то на бумаге (не во времена Паскаля, конечно, тогда писали очень подробные письма). А теперь мы сидим в рубашках и без штанов, рассказываем в черные квадратики зума какие-то концепты, понимая, что никто даже и не слушает. А если слушает, то не понимает, потому что либо не может понять, либо это один из немногих, кто понять может, и от этого уже так устал, что совсем ему не до тебя.
Наболело, простите.

Но!

Я загуглила: Борис Николаевич Тарасов — филолог. Предположу, что ему и самому было непросто писать эти главы, а серьезное отношение к делу не позволяло ему ограничиться общими формулировками.

А мое отношение к делу не позволяло мне просто перевернуть страницу. Тогда я позвонила отцу и спросила, чем ему книга понравилась и почему он мне ее дал.
«Там в конце интересные рассуждения» — сказал мне отец. «А главы про математику я пролистывал» 😄
Как говорится, ваши ожидания, ваши проблемы

Так вот,
предположу, что это стандарт ЖЗЛ: книга написана обстоятельно. Сначала в ней подробно воссоздана эпоха, быт, семейная история. Затем жизнь самого Блеза Паскаля воспроизводится по периодам: воспитание отцом, геометрические открытия, разработка теории вероятностей на основе азартных игр, светская жизнь, религиозные искания, возвращение к математике и последние годы жизни.

Первую половину читать было очень трудно: тяжелый языком нам методично разъясняют особенности французской жизни в XVII веке (а ведь мы не спрашивали).
Затем идут математические главы, о которых я уже высказалась: там слова громоздятся, абзацы разваливаются, и смысл одинаково ускользает и от математиков (слишком словесно), и от гуманитариев (слишком сложно).

Но после этих испытаний фокус сходится к судьбе Блеза: мы узнаем о том, что он за человек (лучший из нас), чем он жил, на чем стоял.

Я с большим удовольствием почитала историю ордена иезуитов и «Писем провинциалу» Блеза Паскаля. Познакомилась со взглядом автора на «Мысли»: несмотря на отпечаток советской риторики, голос Паскаля в этих главах отчетлив.

Здесь уже было интересно и послушать Паскаля-человека, и вступить с ним в диалог.
Я действительно насладилась некоторыми тонкими мыслями.

Завершу тем, чем начала: думаю, мы сегодня избалованы не только бытовым комфортом, но и простотой языка.
Поэтому чтение с препятствиями — не такая плохая идея. Все эти неудобства (желтая бумага, мелкий шрифт, большие абзацы, тяжелые предложения, канцеляризмы, политика партии) — они дают такое ценное сегодня замедление.
А некоторые вещи можно разглядеть только замедлившись, думаю.
Позволю себе еще одну цитату:

«Погоня за счастьем есть стремительный бег от смерти, превращающийся в конечном счёте в топтание на месте».

Про планы на неделю
18 - 24 августа

Ещё одна неделя пронеслась: так много всего было, а ничего существенного даже в заглавие не вынести)

Радуемся несущественному: я нашла на авито томик Федры Марины Цветаевой, точь-в-точь как мама мне дарила в студенчестве. Он такой же красивый, как я его запомнила.
После этого выложила на авито книжки про психологию и про детей, которые кому-то другому могут пригодиться.

Читала я биографию Паскаля и журнал про Португалию. Этим и поделюсь в ближайшие дни.

На прошлой неделе я заметила, что слишком большую нагрузку на себя взяла: много пестрых обязательств, сроков, и незаметно качество уступило количеству.

Я ничего плохого в этом не вижу: иногда нужно отлетать в мысли о прекрасном, а иногда нужно просто механически доделывать дела. Но я очень стараюсь одергивать себя и не застревать.

Поэтому к выходным я повычеркивала кое-как эти свои очень-много-дел (довела до ума и отправила несколько произведений на конкурсы, провела кучу совещаний на работе, посмотрела лекции).

А на выходных я гуляла, фотографировала рябину, спала днем, сидела на скамейках с журналом, пекла (и ела!) морковный пирог и запрещала себе думать о полезном.

В пятницу оказалось невозможно, зато сегодня чувствую себя другим человеком.

Напутствие на неделю предлагаю снова поэтическое, из той самой Федры. Если хотите, называйте страницу (с 9-й по 275-ю).
Я выбрала 120-ю, там слов не оказалось. Сначала хотела поменять, а потом решила: у нас тут и так много слов. Берём картинку! (Это Н.Альтман, Подсолнухи).

Бардак на фото как иллюстрация к прошедшей неделе 🌝