Текст Анны Чижовой
Имя художника Владимира Васильевича Лебедева (1891–1967), возможно, знакомо не каждому. Когда в детстве родители читали нам книги, то обращали внимание на имя автора текста, а не иллюстраций. Но осмелюсь твердо заявить, что картинки из наших детских книг остались в памяти навсегда.
Так, книги Самуила Яковлевича Маршака визуально представляются всем и каждому в нашей стране именно через рисунки Владимира Лебедева. Кто же этот человек и почему его имя стоит знать?
Этот художник, получивший художественное образование еще до революции, стал в 1920-е годы настоящим реформатором детской книги.
В чем новаторство?
Детская литература начала активно развиваться на рубеже XIX—XX веков, многие любители искусства знают художника Ивана Билибина, иллюстрировавшего детские сочинения А.С. Пушкина и русские народные сказки. Перед советскими литераторами стояла задача создать книгу с новым содержанием и новой формой. Владимир Лебедев придумал, как сформулировать и воплотить систему, конструкцию книги, понятную даже самым маленьким читателям.
Основные принципы его книжной графики:
• Иллюстрации как бы сливаются с текстом, выстаиваются вокруг него.
• Лаконичные силуэты — персонажи узнаваемы в минималистичной трактовке.
• Яркие, чистые цвета, как в плакате.
• Динамика и игра с ракурсами — герои могут даже «выходить» за рамки.
Книги в оформлении Лебедева превращались в визуальные игры, где формы, ритмы и цвет помогали развивать у детей ассоциативное мышление.
В 1936 году про него начали писать в газетах. Все знают о том, что такое Большой террор в нашей истории, но не многие в курсе того, что происходило в сфере культуры в эти годы. Свобода творческого самовыражения и желание художников создать новый визуальный код нашей страны в 1920-е годы обернулись стремительным насаждением некоего «социалистического реализма» с 1932 года. Мало кто понимал, что это такое, но со временем стало ясно — по форме это «реализм», по содержанию — «романтическая фантазия». Всем, кто не стремился соответствовать, пришлось тяжело. Владимиру Лебедеву в том числе. Людям «из верхов» казалось, что детская книга должна выглядеть иначе.
Нет ничего более разительного, чем контраст между жизнерадостным тоном сказок-стихов Маршака и этим мрачным разгулом уродливой фантазии Лебедева, который, если бы захотел, мог бы дать талантливые, понятные рисунки. В сказках все слова простые, смешные, ясные, — за это и любят их малые ребята. А в рисунках — искажено, извращено, совсем не смешно, непонятно, никак не связано с текстом.
О художниках-пачкунах // «Правда». 1 марта 1936.
«Пачкун»-Лебедев «взял себя в руки» и «исправился». Только чтобы оставаться здесь и сейчас, а не кануть в небытие, как многие другие в те времена. Метаморфоза не сделала его дурным художником, он создал и после множество узнаваемых и любимых книг.
Сейчас уже сложно увидеть какую-то драму и разницу в его работах «до» и «после», потому что все его творческое наследие стало частью фонда нашей детской литературы. До сих пор переиздаются стихи Маршака в оформлении Лебедева, и мы снова читаем своим детям те же книги с теми же картинками.
Однако в приложении предлагаю взглянуть на две книги — «Багаж» 1926 и 1965 годов издания, чтобы понять эту самую разницу.
В иллюстрациях можно увидеть страницы из книг С. Маршака «Цирк» (1925), «Мороженое» (1925), «Усатый-полосатый» (1930), «Сказки, песни, загадки» (1935) и книжки-картинки «Охота» (1925).