«Люди из Бильбао рождаются где захотят» Марии Ларреа
Про поиск корней, ветвление судеб и плоды познания

Я тут осознала, что люблю книги-сюрпризы. Беру их по обложке, а потом удивляюсь. С этой книгой вышло так.
Во-первых, я была уверена, что она очень популярная. А оказалось, что я её просто видела у нескольких знакомых, и еще Бильбао в последнее время периодически всплывает в наших семейных разговорах (сестра моя живет теперь недалеко оттуда).
Во-вторых, я думала, что внутри что-то легкие и веселое.

А оказалась…
Оказалось, что это реальная история Марии Ларреа, история её семьи, полная сиротства, боли и потерь. Мария с детства задается вопросами, почему в её семье все происходит именно так. И в попытках ответить на эти вопросы, она раскрывает тайны своего происхождения.
При этом, книга захватывает покруче большей части прочитанных мной вымышленных историй. Простите за банальность, но я действительно не могла оторваться от неё.

Мария рассказывает про своих бабушек, родителей, передает колорит страны Басков, поднимает невозможное количество острых тем: вина, прощение, идентичность, политика, насилие в семье, поиск дома, уязвимость. При этом она делает это с удивительной для меня сдержанностью: не обременяя читателя своей оптикой, избыточной рефлексией, россыпью деталей.
В результате, в небольшой книге собирается такая гамма вкусов: острых, горьких, сладких, кислых, терпких.
Это испанская семейная сага на очень маленьком объеме. На 180 страницах автору удается сказать очень многое, в том числе за счет блестящего языка.

Мария — режиссер. И сцены сменяются склейками. Мы смотрим короткометражки. После коротеньких главок не терпится узнать: ну что же было дальше с этими персонажами?

И только к концу этот темп спадает. Когда Мария добирается до своего настоящего, ей уже не хватает дистанции, чтобы быть хлесткой и емкой. Здесь появляется Мария-человек, со всей своей уязвимостью.
Читать это сложнее всего. Настоящая (не картинная) уязвимость не нравится, она вызывает протест, страх. И поэтому закончить так — огромная смелость.