"Незыблемый" ДКСВН

◽️◽️1.1.23◽️◽️

Полёт нормальный

Первым пунктом остановки выбрано Единство, главная планета этого сектора галактики. Однако Единство не только перевалочный пункт, а также идейный. Сразу после взлёта Тео собрал экипаж в кубрике, за всё тем же столом. Оперевшись локтями на стол, капитан сложил руки в замок и начал говорить:

- Как вы уже поняли, отдохнуть нам не дадут. Чувствую себя параноиком, но меня не отпускает ощущение, что мои «друзья» в этом замешаны.
- Вы не параноик, сэр, - подал голос Шатир.
- Нет, пока что я просто параноик, у которого нет весомых доказательств.

Тео прекрасно понимал всё, что происходит вокруг него, как выглядят его обвинения и что, вероятно, он и есть причина всех бед корабля. Однако он лучше всех знал, что без железных доказательств доверия к тебе не будет. Так было всегда, когда он боролся с корпорацией на могильнике. Они всегда избегали всех обвинений из-за отсутствия доказательств. Невозможно было что-либо им предъявить.

Пока капитан погрузился в свои мысли, экипаж ждал. Тишину нарушал только навязчивый тик-тик-тик системы жизнеобеспечения и прерывистое дыхание Ситари. Шатир сидел неподвижно, но его пальцы медленно сжимались и разжимались на коленях — единственный признак внутренней работы. В других условиях на это обратили бы внимание, но сейчас это оставалось незамеченным. По крайней мере, до того, как ящер вновь не начал говорить:

- Они есть, капитан, по крайней мере для меня.
- Шатир, - начал командир, закрыв лицо руками. - Всё, что произошло с нами в космосе, это не доказательство. Это проблемы, которые произошли на корабле, я рад, что ты мне доверяешь, но...
- Помните, когда на Могильнике нам грузили припасы?

Шатир перебил капитана, чем заставил его взгляд выбраться из-под кокона рук. Ситари и Тео смотрели на ящера, не понимая, к чему он ведёт речь. И когда внимание было сосредоточено, рассказчик продолжил:

- Когда нам грузили припасы, всё шло довольно гладко, да? Мы в воинской части, выполняем задание. Всё должны сделать как подобает. И я помню группу грузчиков, которые открывали ящики с провизией. Тогда я был уверен, что они проверяли их, ведь вы и сами знаете о проблемах с провизией на могильнике. Я не следил за ними, но по ощущениям, они довольно долго их перебирали.

По мере рассказа Шатира каменная глыба в груди Тео начала крошиться. Лёд в животе таял, сменяясь жаром не праведного гнева, а облегчения. Он не сошёл с ума. Его корабль действительно вели на убой. И когда Шатир остановился, капитан смотрел на него как на единственный источник света во тьме. Однако его радости не разделял Ситари:

- Они... они хотели... чтобы мы сгнили? Как эти пайки? — голос Ситари сорвался в тонкий, почти неслышный писк. Его мех встал дыбом, и он инстинктивно отодвинулся от стола, будто ящики с провизией всё ещё были тут.

- Получается, что так, — перевёл на него взгляд капитан. — Не повезло им. Но это значит, что игра меняется, ведь жертва теперь знает, кто охотник.

- Сэр, не знаю вашу конечную цель, но по моим наблюдениям «Ю-трейд» — структура децентрализованная. Полагаю, на каждой планете филиал обладает большими полномочиями.

- Я тоже так думаю, Шатир, иначе нас бы не выпустили без приключений ни с Прогресса, ни с Волногрёба. Мы имеет дело только с теми, кто обитает на Могильнике. Вероятно, у них есть связи в других отделениях, но они должны быть ограничены.

- Тогда, капитан, я предлагаю пока что стать быстрее. Нам нужно накопить денег и поставить стабилизатор варпа, чтобы можно было быстро путешествовать.

- В этом нет нужды, поставим стабилизатор на Единстве. Деньги у меня уже есть. С этого момента мы будем устанавливать расписание корабля. Однако нам нужно добраться до Единства в кратчайшие сроки. Будьте начеку.

Ветер на площадке был настолько сильным, что подготовка казалась необходимой. Тео, будь он легче, мог бы взлететь, удерживаясь лишь на тросе. Свист ветра, проносящегося через ветровые турбины и камни, разносился по всей площадке. Это трудно назвать песней, но название «Ветропев» полностью оправдано.

Тео встал на краю площадки и постарался расслабиться. Он закрыл глаза и ощутил на себе порывы ветра. Его руки медленно оторвались от перил и начали подниматься, как крылья. На мгновение он перестал быть капитаном корабля, зажатого в тиски обстоятельств, и почувствовал себя свободной точкой, парящей в стихии. Ветер выдувал из его лёгких всю накопившуюся горечь: запахи гари Могильника, сладковатый запах испорченного пайка и липкий смрад гниющей проводки. Он летел сквозь ветра и облака, стремясь на волю.

Несмотря на сильный ветер, это было по-настоящему расслабляюще. После 20 циклов в полностью безветренном помещении оказаться на свежем воздухе. Помнится, нечто подобное было и на могильнике, когда Тео забрался на нос разбитого корабля. Но сейчас всё ощущалось иначе. Помимо силы ветра, были запахи и звуки. Всё вокруг казалось благородным. Ветер приносил мелодию природы и ароматы полевых растений, а не шум циркулярных пил и запах гари и железа.

Практически весь оставшийся день Тео провёл в этом месте. Закат среди холмов был довольно красив, но из-за ветра было трудно за ним наблюдать, и чаще он просто стоял с закрытыми глазами. Когда солнце скрылось за зубчатым горизонтом холмов, а ветер стал ледяным, Тео открыл глаза. Он всё ещё был прикован карабином к рельсу. Незыблемый ждал его внизу, в тихой ложбине, готовый к новому бессмысленному прыжку. Полёт закончился. Пора было возвращаться к другому полёту.

Капитан практически последним покинул смотровую площадку и отправился на корабль, где его уже ждал его экипаж. Ситари, судя по довольному писку, провёл день в лавках старьёвщиков. Теперь он, словно сорока, раскладывал по углам каюты поблёскивающий хлам: сломанный гиперпространственный компас, пачку выцветших открыток с видами Ветропева, странный кристаллический осколок, тихо поющий на высокой частоте. Шатир не отдыхал. Он уже прокладывал курс на Шестерню, его длинные пальцы бесшумно скользили по сенсорным панелям. Он был воплощением стоицизма: проблема дана — проблема решается.

Вошедший в рубку капитан похлопал его по плечу, чтобы ящер отвлёкся.

- Отдохни сегодня, займёмся этим завтра. Лететь нам ещё долго.

После этих слов капитан ещё пару раз легко похлопал его по плечу и ушёл с мостика.

Задание выполнено и получено новое. Завтра снова в путь.

◽️◽️20.4.20-21.5.21◽️◽️
Без происшествий

◽️◽️22.0.22◽️◽️
К середине 22 цикла «Незыблемый» долетал до точки назначения. Ветропев — это зелёная планета, изрытая озёрами и небольшими реками. Над всем этим зелёным ландшафтом нависает довольно плотная атмосфера, в которой постоянно бушуют ветра. И при вхождении в атмосферу об этом напомнили.

— «Внимание, борт TN-81-005, вы входите в атмосферу в зоне GP-51-8, ближайший к вам космопорт на координатах 53.28 и 41.12. Вы влетаете в сектор с сильным ветром, рекомендованные параметры входа...»

И голосовой ассистент начинает зачитывать параметры, с которыми лучше всего зайти в атмосферу. Тео не стал противиться и выполнил всё в точности по указаниям. Немного наклонил корпус, приподнял дополнительно нос. И это окупилось, когда корабль вошёл в плотные слои атмосферы. «Незыблемый» вздрогнул, будто гигантский молот ударил его в бок. Обшивка застонала, вцепившись в потоки воздуха. Несмотря на точный расчёт, Тео чувствовал, как штурвал бьётся в его ладонях, живой и непокорный, а на экранах датчики крена и перегрузок прыгали, как в лихорадке.

Планета с высоты казалась почти безжизненной. Только бескрайние поля и ни одного крупного города или постройки. Повсюду стояли ветряные мельницы, но казалось, что под ними никто не живёт. Но когда мы спустились ниже, стало ясно: холмы скрывают города и посёлки. Большинство домов, включая космопорт, были построены под землёй, чтобы защититься от ветра.

Фунт решил продемонстрировать свои знания и рассказал, что на этой планете есть монастырь, который расположен на поющих горах в другой части планеты. Хотя это было интересно, но находилось слишком далеко от их конечной цели.

Космопорт расположился в низине крупных холмов. Между холмами также сделали очевидную насыпь, которая позволяла скрыть космопорт со всех сторон. Специальные волнорезы стояли по самому краю возвышенности, чтобы разбивать ветра на части и выпроваживать их выше. Из-за чего в образовавшейся воронке космопорта присутствовал лёгкий бриз, но не ветер.

Тео сообщил о прибытии корабля и груза, и к его удивлению, их уже встречали на причале. Военные во главе с лейтенантом ожидали у трапа. Тео, как и положено, отдал честь и доложил, что груз находится в трюме. Команда с тележками приступила к разгрузке. Офицер остался рядом с Тео.

- Капитан Тео, вот ваше следующее задание.

Офицер протянул бумагу капитану. Быстро пробежавшись по ней глазами, Тео удивлённо поднял бровь и посмотрел на лейтенанта.

- Я правильно понимаю, что отсчёт срока доставки начинается уже завтра?
- Всё верно.
- Не можем ли мы немного отсрочить задание, хотя бы на день? Мы попали в большое кол-во передряг, и стоило бы отдохнуть.
- Капитан, тут не вам решать, когда вам отдыхать. Вылетаете завтра. У вас есть полцикла, чтобы развеяться. Так что приступайте. Мы загрузим товар.

Лейтенант смотрел не прямо в глаза, а куда-то в область капитанского воротника. Уголки его губ слегка приподнялись в подобие улыбки, но холодные, пустые глаза оставались безучастными. Его поза ясно выражала скучающее презрение к "путешественникам на ржавой консервной банке". Тео гадал, подкупили ли его, но выбора не было. Документы уже утвердили, и задачу предстояло выполнить.

Распрощавшись с лейтенантом, команда отправилась в ближайшую забегаловку, чтобы опробовать местной еды. Пока им несли заказ, Тео ещё раз прочитал задание. *Триста килограммов стандартизированных шариковых ручек марки «Вектор-3», две тысячи блоков самоклеящихся бумажных листков и, что особенно вызывающе, ящик резиновых штампов с надписью «Одобрено» для какого-то забытого богом департамента на Шестерне*. Это была не логистика. Это было издевательство, замаскированное под приказ.

После обеда экипаж разбрёлся кто куда. Тео решил подняться наверх, чтобы посмотреть на закат. На одной из вершин была организована смотровая площадка для приезжих. Вход 5 токенов, и было бы странно не заплатить. На выходе на сапиентов надевали страховочное снаряжение, а также карабином приковывали к рельсу, который ходит по всей смотровой площадке.

- Сверка с базами данных... Совпадение обнаружено. Заключение: корабль находится внутри объекта, классифицируемого как «Космический кит» или «Блуждающая амёба». Характеристики: мегафауна внепланетного происхождения. Состав: коллоидная студенистая масса. Принцип захвата: низкая плотность внешнего слоя при высокой вязкости внутренней среды приводит к резкому аэродинамическому (условно) торможению попавших внутрь объектов. Статус изучения: класс «Ксено-биология», уровень понимания – теоретический. Дополнительная операция: по запросу возможен расчёт приблизительного возраста особи на основе визуальных данных.
- Ты лучше скажи, это не опасно для корабля?
- Оценка угрозы: минимальная. Основание: физические свойства объекта. Структура аналогична высоковязкому гелю, что исключает катастрофический удар. Ущерб: вероятна незначительная пластическая деформация обшивки в точке первичного контакта вследствие преобразования кинетической энергии в тепловую. Химический анализ окружающей среды: инертен. Коррозионная активность: нулевая. Вывод: объект представляет тактическую, но не экзистенциальную угрозу для целостности судна.

Это было чем-то крайне необычным. Среди глубин космоса огромное, слегка светящееся существо летело куда-то. Ситари и Шатир интересовались много чем, и Фунт отвечал на большинство вопросов. Что это существо питается космической пылью. Что они живут многие века, пока не превращаются в дрейфующее облако химикатов. Бортовой компьютер также уточнил, что пролёт сквозь кита может занять до часа времени, и многое зависит от его размера.

И всё было бы неплохо, запечатлеть подобное зрелище выпадает нечасто. Ситари притащил небольшой фотоаппарат, который завалялся среди его хлама, и начал это фотографировать. Ложкой дёгтя стал трюм. Ящики, как бы это было не удивительно, разлетелись в разные стороны. Ситари и Тео стали их проверять и привязывать, чтобы подобное не повторилось вновь. Но тем не менее двое существ пострадали. Крысы выглядели крайне болезненно, а кристаллы на их спинах были побиты и слегка пульсировали светом. Часть награды экипажу уже не видать.

Примерно через полчаса Фунт начал фиксировать ускорение. Это означало, что мы начинаем покидать тело космического кита. Постепенно скорость вернулась к привычным 3-м парсекам в цикл, и мы продолжили полёт.

Влетели в космического кита. Несколько существ получили травмы. Летим дальше.

◽️◽️19.3.19◽️◽️

Обшивка корабля привычно гудела, напоминая о движении вперёд. Звёзды плыли, постепенно оставаясь где-то позади. Экипаж «Незыблемого» был занят своими обычными делами, ничего не напоминало о вчерашних проблемах. Красный сектор был позади, и впереди корабль ждали только безопасные пространства, на которых может подвести разве что сам корабль. Но когда ты в нескольких циклах от цели, это уже не сильно беспокоит, тут можно будет поймать буксир.

Напрягало лишь то, что до конца срока осталось ровно 3 цикла, как и запаса еды для странных животных. И проблемой было только то, что и до Ветропева лететь 3 цикла. Шатир сидел и рассчитывал идеальные траектории, чтобы хоть немного ускорить их полёт, без расхода лишнего топлива. Как вдруг на его экране появилась красная надпись.

- КАПИ...

Но он не успел. В следующую секунду всё, что было не закреплено на корабле, резко полетело вперёд, по направлению движения. Корабль заскрипел, как будто что-то его очень сильно сжимало. Всё вокруг задрожало. В рубке раздался писк Ситари, который был единственным непристёгнутым членом экипажа. Его впечатало в лобовое стекло и прокатило по нему под издаваемый им скулёж. Через мгновение, когда Ситари начал стонать, включилась общая сирена и послышался голос Фунта:

- Фиксируется аномальная кинетическая остановка. Инициирую полную диагностику систем...

Пока бортовой компьютер просчитывал свои возможности, экипаж приходил в себя. Сапиенты пережили мощную перегрузку, и теперь сознание плыло. Голова кружится, в глазах темнеет. Если бы не военная подготовка, то Шатир и Тео наверняка потеряли бы сознание из-за перегрузки. Но обошлось, требовалось лишь пару минут на то, чтобы придти в себя. Фунт же продолжал:

- Диагностика завершена. Выводы: целостность корпуса - в норме. Двигатель – функционирует в номинальном режиме. Аномалия: показания навигационных датчиков противоречивы. Данные: зафиксирован резкий сбой вектора движения. Текущая скорость: 10 километров за стандартный цикл. Предыдущая скорость: 3 парсека за цикл. Расхождение: критическое.
- Шатир, - наконец раздался голос капитана - проверь состояние Ситари.

Командир пришёл в себя и начал командование. Пока ящер отстёгивал себя от кресла, Тео начал перебирать руками по приборным панелям. Корпус действительно не показывал каких-либо повреждений, кроме незначительного искривления носовой части. Двигатель выдавал полную мощность, как оно и было, но почему-то скорость никак не менялась. Капитан попытался уменьшить тягу, но это не давало результатов.

Шатир поднял Ситари с пола и смог привести его в чувства банальным похлопыванием по щекам. Мышь застонал, оповещая всех о своём возвращении в реальный мир. И когда его взор прояснился, он так же резко сфокусировался на одной точке. Ситари начал невразумительно мычать, указывая куда-то на смотровое окно. Шатир обратил внимание на это только когда убедился, что сослуживец отделался лишь ушибами и синяками. Но когда обратил своё внимание в сторону, куда указал Ситари, так же замер, подав голос лишь через пару минут:

- Капитан... - Шатир сделал паузу, пытаясь что-то сформулировать. - Вам надо это увидеть.

Тео отлип от циферок на мониторе, посмотрев в сторону Шатира. И, видя ошарашенных товарищей, он отстегнулся и пошёл вперёд, ближе к смотровому окну.

То, что они видели снаружи, было чем-то непонятным. Какие-то полупрозрачные трубки, как сосуды, тянулись по пространству в разные стороны. Повсюду летали какие-то сгустки не то плазмы, не то газа, они кучковались в сферические формы. Рои микроскопических светящихся точек курсировали через все эти образования. Всё это мягко светилось собственным, призрачным биолюминесцентным светом.

- Эээ... Фунт, - начал командир - мы тут видим нечто странное. Похоже на гигантские структуры, полупрозрачные. Какой-то неправильной формы шары, трубки. Похоже, что мы в этом увязли.

Заклеенный участок медленно наполнялся водой. Команда молча наблюдала за этим действием. Капитан стоял, поглаживая себя по щекам одной рукой, Шатир так и сидел, практически не шевелясь, уставившись на трубу, и только Ситари подрагивал, сложив руки перед лицом и удерживая пальцы крестиком. Полиэтилен вздулся, поверхность натянулась от накапливающейся воды. Три минуты, пять минут.

Капитан, в своей манере, громко выдохнул и повернулся к экипажу.

- Должно выдержать по крайней мере до Ветропева, черпайте воду, а я проверю курс.

Медленно, приходя в себя, команда стала шевелиться. Предстояло ещё много работы, и никто, кроме них, не выполнит её. Шатир отправился искать вёдра, а Ситари побежал добывать черпачки, чтобы было удобнее всё это вычерпывать

До конца цикла вся команда вычерпывала воду чем придётся. Часть воды получилось залить обратно в систему. Протечка случилась в системе технической воды, так что потеря определённой части скажется только на том, что нужно меньше расходовать воду на мытьё или умывание. Благо чистоплюев в команде не было, так что было решено не мыться до прибытия на Ветропев, это поможет поэкономить на воде, на всякий случай

По счастливому стечению обстоятельств корабль почти не пострадал от этой протечки. Но пришлось тщательно всё высушивать и выскребать. Под полом каналы, трубы и прочие системы оказались не в лучшем состоянии. Когда были подняты металлические плиты, из-под них всплыли куски ржавчины. Так что просушивать всё пришлось чуть ли не до идеальной сухости. Благо в хламе Ситари было несколько полезных вещей вроде нескольких фенов.

◽️◽️17.1.17◽️◽️

Начало полёта. Без происшествий

Первый цикл после Волногрёба «Незыблемый» спокойно пересекал просторы космоса. Правда, в рубке в основном царила тишина, которую нарушал только монотонный гул двигателей и редкие, приглушённые щелчки клавиатуры Шатира. Экипаж говорил шёпотом, если говорил вообще, погружаясь в свои мысли. Такая тишина была не случайно, ведь, рассчитав расстояние полёта с Волногрёба, капитан и навигатор пришли к неутешительному выводу: чтобы успеть, нужно пересечь красный сектор. Он был один, всего 1 красный сектор отделял их от безопасного и быстрого пути к Ветропеву, но в то же время целый один... В навигационных сводках этот сектор помечали не красным квадратом, а пиктограммой сломанного крыла и цифрой «14» — столько судов там пропало за последние пять лет.

Команда пыталась любыми способами не приманить беду, поэтому вела себя так тихо, как только можно.

◽️◽️18.2.18◽️◽️

Мы летим на грёбаном куске рухляди...
Полёт... нормальный...

Утро восемнадцатого цикла встретило экипаж звуком сирены. Экипаж подскочил, нужно было как можно оперативнее найти проблему. Но далеко ходить не пришлось. Когда трое почти синхронно спрыгнули с коек, раздался звук «хлюп». Все замерли, рассматривая воду, которая растеклась по полу и чуть-чуть не дотягивала до щиколодок капитана. Ошарашенным взглядом он обвёл всё помещение и уставился на Шатира. Шатир молча кивнул, скомандовал «За мной» и удалился вместе с Ситари искать пробоину. Капитан недолго стоял в воде, пытаясь прийти в себя. Он вспомнил, что в трюме пол был немного ниже, чем в кубрике, так что с громким вскриком «Блять» он побежал в сторону трюма.

На счастье Тео, с грузом всё было в порядке. Грызуны сидели в своих клетках и были далеко от возможного утопления. Вода попала в клетки, но даже так грызуны могли дышать. Но, видимо, кристаллы не любят воду, поэтому животные в основном висели вниз головой на крыше клетки

Отдышавшись, Тео стал переставлять клетки, чтобы животные стояли в относительной сухости. Это заняло с десяток минут, во время которых было слышно шевеление в коридоре. Ситари постоянно что-то пищал, и этот звук хорошо доходил до трюма, правда, неразборчиво, и не получилось понять, что там происходит.

Когда капитан закончил, он отправился искать остальных членов своей команды. И первым он нашёл Шатира. Ящер сидел в воде и пялился в открытую панель в стене. Он подпирал голову рукой и очень задумчиво, не обращая внимания ни на что, смотрел на группу труб. Когда Тео оказался поближе, он понял причину его заминки. Одна из труб практически полностью прогнила, и сейчас через расслаивающееся железо сочится вода

- Это единственное место?
- Нет, командир, но это самое запущенное. Мы нашли как минимум 3 места течи, одно из них и подтопило большую часть корабля. Его сейчас заваривает Ситари. А что делать тут я не уверен.

Прогнивший участок был большим, длинной почти с локоть. И по всей его длине потихоньку капала вода. Пока капитан и навигатор пялились в трубу, к ним подошёл Ситари:

- Ша... - заметил он капитана - Капитан, я заварил 2 течи, что дальше?

Капитан пока стоял, погрузившись в свои мысли, как вдруг:

- Неси изоленту, широкую.

И, развернувшись, пошёл в каюту. Ситари побежал искать изоленту, а Шатир остался сидеть на месте, с удивлением глядя в спину капитана. Его удивление немного прошло, когда капитан притащил кусок полиэтилена, которым Ситари накрывал свой хлам в углу, и, взяв ножницы, отрезал кусок, чтобы он полностью закрывал повреждённый участок. Обмотав несколько раз и дождавшись, когда Ситари принесёт синюю изоленту, капитан стянул полиэтилен по обе стороны участка и заклеил щель, которая осталась, когда он накрутил полиэтилен на трубу. Оставалось лишь ждать.

/Немножко оффтопа/
Ура, я сделал себе стол. Пока с багами, но всё же... Теперь будет удобнее всё отслеживать.

◽️◽️16.0.16◽️◽️

Прибыли на Волногрёб.

Тео никогда не видел голубого шара среди звёзд. Воду на его родной планете добыть было сложно, а увидеть её в таких количествах казалось невозможным. На Прогрессе воды тоже было не слишком много, хотя больше, чем на его родине. Но по сравнению с этим миром она казалась ничтожной. Вся планета представляла собой огромный океан, наполненный жизнью. Под водой простирались целые города, где жили сапиенты.

Ещё в момент вхождения в атмосферу Незыблемый попрощался с Ласточкой. Экипажи пообещали встретиться, если их пути снова пересекутся, но с этого момента корабли пошли разными маршрутами. Ласточка направилась в подводный порт, один из крупных городов на дне океана. Незыблемый же взял курс на небольшой перевалочный пункт на отмели. Над океаном возвышалась база снабжения, где корабли могли быстро заправиться и продолжить путь.

Массивная металлическая конструкция резко выделялась на фоне бескрайнего моря. Вода вокруг оставалась спокойной, лишь слегка плескалась у колонн, на которых стоял перевалочный пункт. Корабль мягко опустился на платформу, висящую над водой, и все системы корабля замерли. Наступило время для заслуженной передышки.

Службы космопорта сразу стребовали денег за посадку, и, на счастье Тео, у него был жетончик армии. Жадные владельцы порта сразу же стали предлагать множество разных пайков, лучшее топливо и всё, что только могли, чтобы опустошить карманы военных. И Тео действительно не отказался от небольшого кол-ва высококачественных блюд, что может предложить эта планета, но в остальном подписался под стандартные процедуры. Привычные пайки, топливо, к которому уже адаптировался двигатель.

Ситари и Шатир решили прогуляться и осмотреть окрестности, а Тео остался рядом с кораблём. В местной забегаловке они попробовали разнообразные рыбные блюда, которые им очень понравились. Остальное время капитан провёл в одиночестве, размышляя о своём.

Стоя у края посадочной платформы, он смотрел вдаль, на горизонт. Свежий морской ветер обдувал его, неся с собой какое-то спокойствие. Местные же говорят, что Незыблемому повезло приземлиться именно сегодня, когда волногрёб так спокоен. Жители дна не знают, какие бури могут проходить тут, на поверхности, и чаще всего местные работники видят бесконечные ливни и шторма. Однако планета как будто бы приветствовала нового капитана, который стоял и любовался водной гладью. В его памяти подобный вид был только с грудами мусора, когда он забирался в кабину стоящего вертикально звездолёта. Оттуда открывался такой же вид на океаны хлама и разбитых кораблей, но тут была лишь вода, бескрайняя и бесконечно глубокая.

Он простоял так неведомо сколько, пока его не отвлек лёгкий стук о металлическое ограждение. Внизу, в прозрачной воде, кружила небольшая стайка существ, напоминавших помесь медузы и кальмара. Их полупрозрачные тела переливались перламутром. Одно из них, самое наглое, снова выпрыгнуло, чтобы удариться о балку, и Тео расслышал тонкий, похожий на звон хрусталя звук. Они играли или искали пищу на ржавчине. Даже тут, — подумал он с неожиданной для самого себя ухмылкой. Даже посреди бескрайних вод и глубин кто-то нашел способ жить, шуметь и клянчить еду у пришельцев. Он достал из кармана остаток местной лепёшки, раскрошил её и бросил вниз. На секунду вода вскипела серебристой суетой, а потом существа исчезли так же быстро, как и появились. Ветер с моря потянул с новой силой, неся уже не спокойствие, а предчувствие сырости и далёкого грома. Пора было возвращаться на корабль. Удача, как и спокойствие Волногрёба, — явление временное.

Тео перестал читать. Он просто смотрел на бегущие строки, и в его глазах медленно угасал последний огонёк надежды на спокойный конец цикла.

Полёт нормальный.
Обновился бортовой компьютер.

◽️◽️15.7.15. ◽️◽️

Следующий цикл начинался спокойно. Командир и Шатир вели корабль, периодически переговариваясь с Ласточкой, а Ситари крайне обиженно выгребал всё и отовсюду. Командир поручил ему достать всё, что он мог забыть, и мышь открывала всё, что можно открыть, и проверялось, что там нет ничего лишнего.

Именно в этот момент раздался механический, ничем не предвещавший беды голос Фунда:

- Выполняю плановое обновление систем. Процесс займёт несколько секунд.
- Стоп! Отмена! - рявкнул Тео, но было поздно.

Мостик провалился в немую, абсолютную темноту. Отключилось всё, кроме ровного, далёкого гула двигателей. Через пару секунд экраны загорелись синим светом, показывая строчку обновления систем. «Обновление... 1%».

Пять минут. Десять. Пятнадцать. Синяя строка на экране замерла, превратившись в насмешку. Тишину на мостике прервал громкий выдох командира. Как будто кто-то проткнул шарик, и воздух резко начал выходить через дыру, постепенно уменьшая интенсивность. Тео с силой провёл ладонями по лицу, ощущая под пальцами щетину и влажную кожу век.

- Шатир? Надо переводить всё это на ручное управление.
- Это не так легко, командир, но, думаю, частичное управление мы вернём.

Первое, что сделал экипаж, это отключил радиопередатчик от систем корабля. Связь с «Ласточкой» была установлена, правда, она, конечно, была намного хуже. Шумоподавление, усиление и прочие обыденные вещи давно были программными, из-за чего разобрать что-то было сложно. Но, по крайней мере, удалось передать «Ласточке» общую информацию о проблеме и что корабль работает в остальном штатно, чтобы не возникло проблем, как в прошлом цикле.

Шатир и Тео довольно быстро перевели основное управление на ручное, и командир смог поддерживать курс с опорой на летящую ласточку. Проблемы возникли в других вещах, бытовых. Микроволновка была подключена к системам корабля, чтобы бортовой компьютер мог разогреть что-то по запросу. Итог — ошибка и невозможность ей воспользоваться. Освещение в некоторых отсеках также регулировалось бортовым ИИ, чтобы подстраивать его под «время суток», создавая правильный распорядок дня. И было бы хорошо, если бы они все перешли в режим ночи, но они это не сделали.

- А-А-А-А-А! - послышался крик даже на мостике.

Обменявшись взглядами и кивком, Шатир быстро отправился на звук. И когда он прибыл к нему, было сложно что-либо рассмотреть. Крик раздался из кубрика, дверь была открыта, а изнутри лился свет. Свет был настолько ярким, что буквально слепил. Похоже, системы включили его на полную мощность, которую вообще может выдержать эта лампочка. Ситари валялся на полу и тёр глаза, вопя и скуля о том, что он ослеп. "Я... Я вижу только яркие пятна", — бормотал он, цепляясь за руку Валенарца, который вёл его на мостик.

В итоге большую часть дня было решено провести на мостике, там, где пока что ничего не менялось. Компьютер закончил обновление систем только к вечеру. Ожившие экраны оповестили о том, что системы работают штатно, и включились.

- Приветствую, командир, Фунт на связи. Что-то произошло? Я вижу ошибки в подключении некоторых систем.
- Сколько времени требовалось на обновление, Фунт?
- Пара минут, сэр.
- Сколько времени прошло фактически?

Фунт задумался на несколько минут, но всё же перешёл к ответу.

- Вы правы, тут ошибка, прошло больше двух третьих цикла. Странно, в документации от центра обновлений говорилось, что обновление занимает лишь несколько минут, вероятно, в этом как-то виноваты полусгоревшие системы компьютерного центра корабля, в моих сервисных записях говориться о трёх ремонтах платы номер...

После этого фунт стал отчитываться о всех повреждениях, которые пережила компьютерная часть корабля. Учитывая, откуда Тео родом, не удивительно, что корабль в таком состоянии. Фунд говорил ровным, невозмутимым голосом историка, зачитывающего хронику падения империи.

- …Рекомендую провести профилактическую замену всех силовых кабелей в блоке B-7, однако, согласно отчёту инженера Крофта от 07.34.512, данная процедура была сочтена «избыточной и дорогой для этого куска ржавого ведра»…

▫️▫️14.6.14▫️▫️

Полёт нормальный
Все системы работают... штатно

Дверь кубрика распахнулась, в проёме, едва держась на ногах от быстрого бега, стоял Ситари. Его мех взъерошен, глаза широко раскрыты от ужаса, а тонкие пальцы судорожно цеплялись за косяк.

— КОМАНДИР! — его голос сорвался на визг. — У «Ласточки» проблемы! Срочно на мостик!

Тео и Шатир напряглись и побежали за Ситари на мостик. Экран пульта связи мерцал в такт пронзительному, механическому писку: Пи-пи-пи... Пиии-Пиии-Пиии... пи-пи-пи... Багровый свет аварийного индикатора пульсировал, заливая всё вокруг зловещим заревом.

- Это сигнал СОС, у них что-то случилось! Срочно нужно помочь!
- Они не отвечают?
- Нет, Я пытался связаться с ними но они только передают сигнал СОС, и не отвечают ни на что кроме!
- Подготовь скафандр, у нас нет возможности перейти к ним на корабль без выхода в космос.

Шатиру было поручено рассчитать оптимальное направление сближения, пока Тео проклинал каждую секунду, пытаясь быстрее запустить все системы для манёвров. Однако всё это время его не отпускало странное чувство. Корабль-спутник плыл ровно, без крена, без следов повреждений на корпусе... Его размышления прервал ровный, чуть сиплый голос Шатира.

- Капитан. Простите. — Валенарец не отрывал взгляда от экрана, но его зрачки сузились в щёлочки, сосредоточившись на звуке. — Разве в сигнале SOS не три точки, три тире, три точки? А здесь... ритм иной.

Когда на это было обращено внимание, Тео действительно понял, что слышит не сигнал СОС, а что-то непонятное. Три коротких и три длинных чередовались между собой, а промежутки между ними были одинаковые. Если пытаться расшифровывать послание, то это будет не повторяющийся "СОС" а "сосососососо..." без конца.

Командир остановился, и немного подумав встал с кресла пилота и подошёл к компьютеру Ситари. Он понажимал некоторые кнопки, и понял что компьютер не отзывается. После этого Тео открыл одну из панелей компьютера.

- Шатир, позови Ситари...

* * *

Ситари был на мостике через несколько минут. Он стоял перед командиром, крайне неуверенно глядя на него. Он переживал, и суетился, правда не за себя а за Ласточку.

- Как давно появился этот сигнал, Ситари?
- Э... Утром, когда я подошёл к пульту.
- Ты ничего тут не делал?
- Нет, сэр.
- Уверен?

Мышь на секунду замешкался, но так же уверенно отрицал свою вину.

- Ситари, скажи тогда мне, что это?

Командир открыл панель в которую залезал ранее. Ситари замер. Его длинные уши прижались к голове, превратив её в гладкий, жалкий шарик. Вибриссы беспомощно обвисли. Взгляд, полный ужаса, метнулся от открытой панели к лицу капитана и обратно, словно ища пути к бегству там, где их не было. Весь его вид кричал о вине.

- Ситари? Что это, можешь мне сказать? - Командир демонстративно указал внутрь
- э... а... я... - мямлил мышь

Тео протянул руку дальше и взял инородный предмет, который замыкал несколько контактов на плате. Тут же появился сигнал с Ласточки:

- Приём? Незыблемый? Как слышно? Что у вас случилось? Приём?

Тео подождал пока вопросы начнут повторяться, наблюдая за Ситари, который был готов провалиться под землю.

- Это капитан Тео, у нас всё в порядке, я свяжусь и объясню ситуацию чуть позже.
- Капитан? Слава богу, мы услышали озабоченный голос вашего связиста и подумали что случилось что-то с вашим кораблём. До связи.

Тео медленно отжал кнопку связи, и второй рукой ещё раз приподнял инородный предмет. Это было какое-то странное приспособление, с двумя длинными металлическими "Усиками". Именно ими оно и замкнуло несколько контактов вызвав какой то сбой.

- Что это?
- Эээ... Щщуп... сэээээр...
- Как он тут оказался?
- а... э... Я убирался... И... Э... Положил его туда чтобы он не мешал...

На мостике надолго воцарилась тишина, которую прерывал лишь редкий скрип, от сапога Ситари, пытающегося проделать дыру в полу.

▫️▫️9.1.9. - 13.5.13▫️▫️

Без происшествий
системы работают штатно

После всего сумасшествия, которое экипажу пришлось пережить в первые семь циклов, следующие пять полной тишины держали весь корабль в состоянии тревоги. Каждый из присутствующих ждал, что что-то пойдёт не так, что что-то обязательно случится, но не случалось. Всё было тихо. Возможно, в этом сыграл свою роль корабль, летящий бок о бок с незыблемым.

На Ситари была полностью переложена ответственность за порядок на корабле. Его вещи то и дело попадали под ноги, поэтому Тео с командирской строгостью отдал приказ. И с 11 цикла Ситари единолично и полностью ответственен за порядок на корабле. И хотя пререкания с капитаном не прекратились, однако вещи Ситари стали лежать куда более предсказуемо, не мешая другим.

Экипаж «Ласточки» был достаточно общительным. То и дело, 2 или 3 раза в цикл, мы связывались с «Ласточкой», и помимо обмена информацией часто заводился разговор. Преимущественно между связистами. Хотя остальные члены команды также присоединялись. Команда капитана Тсариса оказалась довольно любопытной, и они много спрашивали экипаж «Незыблемого» как о жизни на могильнике, так и о их жизни.

...И вы правда ели пауков? — доносился из динамика молодой голос с «Ласточки».

Ситари, сидя у пульта, гордо выпрямился. — Не просто ели! Это был стратегический запас белка! Командир лично их жарил на контактах реле! — Тео, стоя в дверях, просто закрыл лицо ладонью. С другой стороны послышался смех.

Отношения на корабле также стали дружелюбнее. Тео хоть и продолжал использовать армейскую субординацию, как того требует устав, однако для поддержания общего духа то тут, то там появлялись разные поблажки или условности. Первой такой поблажкой стало наличие алкоголя и совместной трапезы. Ужин шёл по расписанию, и все трое собирались на него всё в том же месте. Тео, на удивление команды, закупил несколько бутылок крепких напитков на Прогрессе. Все они хранились в его ящике под замком, однако каждый ужин он наливал на каждого по рюмке. «Для лучшего аппетита», — заявлял он, однако это помогало и снизить напряжение на корабле.

Полёт «Незыблемого» продолжался. Иногда казалось, что обшивка свистит под порывами вакуума, но это были лишь вибрации от откручивающихся пластин. Ситари и Шатир дрожащими руками подкручивали некоторые крепежи, боясь, что снова что-то пойдёт не так. Но всё шло штатно. Корабль исправно выполнял свою роль и мчался вперёд.

* * *

Космопорт и город встретили Тео небывалым для него обилием красок. Всё тут выглядело до ужаса... прилизанным? Зеркальные поверхности, уборщики, чистые машины и лишь немного пыльные улицы. У космопорта ошивается множество людей, торгующих сувенирной продукцией. Нестерильным тут был только воздух.

На выходе из космопорта всем выдавали простые респираторы. Несмотря на поддержку климата от башен, воздух всё ещё оставался не лучшей консистенции, и многие местные использовали полноценные скафандры. Соответственно, и цена на хорошую дыхательную смесь всегда была высока.

Гул терраформеров был низким, вездесущим фоном, на который накладывались неестественно тихие голоса прохожих, приглушённые респираторами. Местные в своих лёгких скафандрах и стильных респираторах смотрели на его потрёпанную армейскую куртку сквозь прозрачные забрала, не скрывая лёгкого любопытства и отстранённости. Он был здесь диковинкой — пришельцем с «дикого» фронта.

Тео отправился поискать, где можно поесть, желательно в атмосфере, близкой к привычной, но, к его сожалению, подходящего места не было. Всё тут пестрило «новизной», которая была непонятна и непривычна его взору. Капитану оставалось лишь удивляться тому, что всё может быть настолько новым или ухоженным. Но, видимо, придётся привыкать к такой обстановке, ведь Тео предстоит путешествовать по космосу, и всё вокруг будет непривычно ему.

* * *

Под конец цикла команда собралась на корабле. Все были бодрыми, насколько это возможно, сытыми. Был также один крайне довольный мышь, который притащил на корабль гору какого-то хлама, сказав, что всё это нужно. Шатир отрапортовал капитану, что Ситари скупил всё, что продавалось по дешёвке на местном блошином рынке, а мышонок настаивал, что всё это крайне полезно и нужно.

Среди кучи хлама оказалась дюжина непарных болтов, три оптических сенсора с разбитыми линзами, рулон термостойкой ленты сомнительного происхождения, что-то, отдалённо напоминавшее ионизатор воздуха, и самое главное — маленькая позвякивающая гирлянда из разноцветных пластиковых трубочек. «Это для настроения, командир!» — тараторил Ситари, видя его взгляд.

Тео, проведя беседу с Ситари, понял, что пытаться серьёзно ограничивать его нет. Если запретить его таскать хлам, он наверняка начнёт распихивать его в труднодоступные места, из-за чего начнутся проблемы на корабле. Так что ему был выделен угол в пока что полупустом кубрике, где он может делать что хочет, а всё остальное должно переехать в трюм. Ситари был недоволен, но согласился. Тео видел в этом компромисс, который позволит поддерживать одновременно и порядок на корабле, и стабильное состояние Ситари, раз всё это ему так важно. Вероятно, он попытается провести эксперимент на следующей планете, чтобы понять, насколько всё это важно мышонку.

Связь с «Ласточкой» была налажена, и оба корабля встали на маршрут к Волногрёбу.

Посадка на Прогресс прошла без проишествий
Двигаемся в сторону Волногрёба
У нас есть ещё 14 циклов. Если всё пройдёт штатно, то мы успеем.

▫️▫️8.0.8▫️▫️
Прогресс встретил нас своим бледно-голубым небом, покрытым тучами. Вместе с «Ласточкой» «Незыблемый» завис на орбите до момента разрешения сесть на планету. И когда оно было получено, устремился вниз. Уже в атмосфере капитан попытался запустить двигатели, и они работали штатно, так что удалось сесть самостоятельно.

Прогресс был похож на Могильник и одновременно кардинально от него отличался. Огромные башни-терраформеры насыщают атмосферу необходимыми газами, они же добывают небольшое число энергии из воздушных потоков. Особенно много таких ловушек ветра около космопорта, где корабли постоянно создают потоки ветра. И местные работяги решили, что могут заработать на чужом горючем. Вокруг таких вышек часто располагаются сельхоз угодья, а недалеко от них жилые районы.

Однако непобедимого встречал крупный столичный город. Невысокие, но крепкие здания, приспособленные для противостояния катаклизмам и изменениям климата. На улицах видно множество сапиентов, которые стремятся по своим делам.

Отделившись от «Ласточки», коптя своим двигателем, «Незыблемый» двинулся в сторону выделенного ему места. Тео заранее предупредил, чтобы к ним прислали инженеров армии федерации, так что их ждали на поверхности.

Ржавое судно со скрипом сядет на раскрывшееся шасси, уведомляя космопорт о своём прибытии. «Незыблемый» сел аккурат рядом с двумя крупными судами армии федерации, которые прямо блестели своей светоотражающей бронёй без единого изъяна.

Спускаясь по трапу, Тео почувствовал, как подкашиваются ноги — не от слабости, а от непривычной гравитации, немного слабее, чем на Могильнике. Воздух ударил в лёгкие холодной, влажной и чужой смесью. Он сделал первый шаг по чужой земле, и его тело, зажатое в космической рутине, взбунтовалось против этой новой нормальности.

Оказавшись за бортом, Тео отправил Ситари и Тапира отдохнуть. Им нужно прийти в себя, нормально поесть и расслабиться. Хотя и самому капитану это не помешало бы. Однако он должен был уладить некоторые вопросы. В первую очередь объяснил ситуацию представителям армии и пояснил инженерам, что случилось. Пока он объяснял произошедшее, инженеры рассматривали корабль снаружи, явно задаваясь вопросом, как «это» вообще летает, но Тео это не волновало.

Поставив перед инженерами план работы, он также обсудил с офицером заправку и погрузку рационов, а также отрапортовал, что ему предстоит сопровождать борт «Ласточка», так как договорились оказать поддержку за помощь. Местный офицер негодовал, так как межзвёздный кодекс предписывает помогать безвозмездно, но Тео настоял на том, что это не повлияет на миссию, и всем своим видом показывает, что не разделяет мнения офицера.

После долгого диалога Тео наконец покинул место остановки корабля. На границе охраняемой зоны его ждал капитан «Ласточки». Он оказался валенарцем, как и Шатир, правда, он был больше сослуживца Тео, а голова была похожа на голову кобры, с цветастыми отростками-ушами, которые эти кобры раскрывают. Капитаны пожали друг другу руки и договорились о времени вылета. «Ласточка» спешит, так что капитан выказал надежду на скорейший взлёт. И Тео поддержал его идею, так как у него у самого осталось не очень много времени на выполнение задания.

На последок Тсарис, так звали капитана «Ласточки», сказал, что верит в Тео, так как его соплеменник высоко оценил его. Было понятно, что тут уже состоялся разговор между экипажем «Ласточки» и сослуживцами Тео, но он мог лишь улыбнуться в ответ.

- Капитан Тео, мы согласны. Готовьтесь, берём вас на трос.
- Благодарю вас, «Ласточка».

И когда связь прервалась, в рубке не раздалось радостных криков. Адреналин испарился. Тео прислонился лбом к холодной переборке, глаза закрыты. Ситари беззвучно рыдал, судорожно всхлипывая. Шатир просто стоял, глядя в одну точку, его когти медленно разжимались.
Их больше не ждала смерть в пустоте. Их ждал трос. «Незыблемый» дрогнул, когда магнитный захват «Ласточки» взял его в плен. Не рывком, а бережно, как раненого. Они не летели. Их вели. И в этом не было стыда. Была только всепоглощающая, немотая усталость.
К концу цикла энергию на мостик вернули. Но Тео не стал закручивать панели. Пусть обнажённые провода и чёрные подпалины останутся на виду. На «Прогрессе» всё приведут в порядок. А пока... Пока эти снятые крышки были их боевыми шрамами, доказательством, что они всё ещё живы, несмотря ни на что.

До прогресса 1 цикл
Завтра мы будем в безопасности
Завтра мы поедим...