"Her Private Hell", 2026

Долгожданное погружение в пучину культовой датской загадочности для многих обернулось совсем не тем, чего от него ожидали. Но, кажется, ожидать хоть чего-то стало бесполезным занятием в контексте рефновской фильмографии еще со времен "Ковбоя из Копенгагена", а то и от "Слишком стар, чтобы умереть молодым". Но тем не менее вот мы здесь.

И мы в личном рефновском аду, где режиссер в гипермускулинной манере рассказывает очень личную историю, почти лишенную привычной недосказанности или религиозных подтекстов, сопровождавших зрителя на протяжении всего его творчества. А все референсы заключены чаще в аудиальной форме, отсылающей нас скорее к жанрам или эпохам, нежели к конкретным произведениям. Датчанин, напротив, как и герой Чарльза Мелтона, рассекающий полотно кадра своими скулами, поочередно вбивает острые предметы в глаза зрителя, намеренно лишая его способности искренне лицезреть прекрасное.

А прекрасно здесь то, как Рефн экстернализирует собственные страхи и переживания, позволяя рекам крови омывать пределы кадра, изогнутые в обратную сторону анаморфотами куки, что своей странной геометрией концентрируют внимание зрителя на лицах внутри кадра. Самое личное и рефлексивное произведение автора сторонится усложненного нарратива, все ближе приближаясь к буйству формы, которая от своей неподвластности местами дестабилизируется и, как резвый конь, сбрасывает своего наездника, скача то в сторону комичности, то гротескной серьезности. Но очевидно и то, насколько сильно сам наездник не торопится вернуться в седло, и краски все текут и текут, позволяя овальным огонькам плясать где-то вдалеке, пока прямо перед глазами разыгрываются знакомые неоновые оттенки.

И ярким полотном на переднем плане, в стробоскопических вспышках, в красном, синем или дневном свете, в профиль или в анфас, в крови, в одежде и без одежды, в слезах или с улыбкой на лице, с ярким мейком или размазанной тушью, во сне или наяву, крупным или средним планом, сияет прекрасная Софи Тэтчер, забирающая сердце зрителя точно так же, как сердце Рефна забрала его собственная дочь. Но если пульсирующая мышца классика остановилась на 25 минут, то мое сердце замерло на все 110.

"Ее личный ад" прямо сейчас идет в кино и это тот случай, когда не стоит упускать такую возможность.