Некоторое время назад мы публиковали
материал об одной из королев ирландских баньши — Клине (Клиодне). Теперь
здесь можно прочитать одну из легенд, рассказывающих о ее происхождении (в пересказе Августы Грегори из книги "Боги и смертные воины", 1904). Легенда эта — не только о самой Клине, но и о приключении одного из "смертных воинов", красавца Киавана, в волшебной стране, о встрече героя с морской стихией и ее властителем, о нарушенной клятве и ее последствиях, о трижды пятидесяти и одной прекрасной утопленнице, о ревнивых фениях и о хитровредных шутах при дворе Мананнана (любопытное напоминание о том, что в фольклорной традиции и сам Мананнан - тот еще проказник и фокусник).
"Следом пришли шуты — длинноносые, длиннопятые, тощие, лысые и краснощекие. Шуты эти частенько забавляли домочадцев Мананнана своими проделками, и вот что они умели, среди прочего: один из них брал девять ровных ивовых прутьев и подбрасывал их под самый потолок, а после ловил все до единой, стоя при том на одной ноге и заложив одну руку за спину. Никто, кроме них, не мог такого совершить, и было у них в обычае предлагать гостям повторить эту хитрость, чтобы те выставили себя на смех.
Так и этой ночью один из шутов показал свою проделку, а после подошел к Киавану — ибо тот и обликом, и походкой, и прозванием своим был краше всех Сынов Богини и Сынов Страны Гэлов, собравшихся на пиру, — и вложил ему в руку девять прутьев. И встал Киаван и повторил ту проделку на глазах у всех, да так ловко, будто сызмальства только этому и учился".
— Перевод: Анна Блейз (с)
—
Полный текст
Для сравнения — немного о Мананнане из книги Питера Смита «У.Б. Йейтс и Племена богини Дану»:
Хорошей иллюстрацией этому служит сказка под названием «Бедняк в полоску» или «Бедняк О’Доннелов», датируемая приблизительно 1537 годом. Какой-то нищий крестьянин в полосатых лохмотьях (а на деле — фэйри) внезапно появляется перед различными знатными людьми по всей Ирландии и так же неожиданно исчезает, подшутив над каждым и поставив его в неловкое и смешное положение. К примеру, с одним из них он спорит на пять марок, что сможет пошевелить только одним ухом, не двигая другим, — и выигрывает, попросту подергав себя рукой за ухо. Другой крестьянин пытается повторить этот трюк — и ухо остается у него в руке. Еще один фокус полосатого пройдохи напоминает известный индийский трюк с веревкой. Достав из сумы веревку, оборванец подбрасывает ее так, что другим концом она улетает за облака; потом из той же сумы он извлекает зайца, и тот взбегает по веревке вверх, затем — гончую, которая устремляется следом за зайцем, затем — псаря, который пускается вслед за гончей, и, наконец, из другой сумы — молодую женщину, чтобы та защитила зайца. Немного обождав, фокусник высказывает опасение, что собака уже поймала зайца и ест, а псарь блудит с женщиной. Стянув веревку из-за облаков, он видит — и показывает хозяину и другим гостям, — что опасения были не напрасны, после чего отрубает голову псарю. Хозяин выражает неудовольствие такой жестокостью; тогда фокусник приставляет голову обратно задом наперед, поворачивает, чтобы она встала на место, и исчезает. В конце истории в одном из рукописных вариантов неожиданно утверждается, что «бедняк в полоску» — не кто иной, как Мананнан, сын Лера.
— Перевод: Анна Блейз (с)
#кельтскаямифология #кельтика #Мананнан