~ Неизведанная Земля | Terra Incognita | Независимый литературный журнал

© Дэйки Балабанов

17. Дневник Сатаны

День
Отец сказал
Делай
Я сказал не хочу
Он сказал ты слишком много о себе мнишь
Я сказал я просто не хочу
Он сказал выйди
Я вышел
Летел долго
Считал звёзды
На сорока миллиардах сбился

Я пришёл в это место
Сыро
Он сказал живи тут
Я говорю ладно
Поживу

Стал змеёй
Чешуя чешется
Скользко
Эдем влажный

(был же один обоеполый
потом разрезали пополам
теперь ищут друг друга
ладно)
Привет Ева
Яблоко съело Еву
Адам сказал уходи
Я сказал что ползаю
Он сказал ползи быстрее

Отец сказал где Ева
Я сказал съели
Он спросил кто
Я сказал яблоко
Он сказал глупости
Я сказал ну иди сам посмотри
Уполз обратно

Адам нашёл Еву
Яблоко не переварило её
Выплюнуло назад
Привет Ева
Привет Адам
Бог сказал уходите
Адам и Ева сказали ладно

Адам сделал доменную печь
Выплавил первый гвоздь
Я сказал зачем
Он сказал хочу
Я ответил ладно

Ева родила двух
Я сказал старшему
Что как
Он сказал бог любит младшего
Я спросил почему
Он сказал не знает
Я сказал да ладно
Он сказал убью брата
Я спросил зачем
Он сказал хочу
Он сказал убью брата
Я спросил зачем
Он опять сказал хочу
Взял тяжёлый камень

Убил
Отец сказал проклят
Каин сказал ладно
Я спросил зачем
Молчал

​Я спросил зачем потоп
Он сказал надо
Всё испортилось
Я сказал так ты же сам всё так придумал
Он сказал молчи
Тонут коты
Тонут люди
Ной плывёт в деревянном сарае
Воняет козами
Я сказал я пошёл домой
Он сказал иди

Вечер
Высокая башня прямо до небес
Вау красиво
Я спросил почему перестали строить
Мне ответили
Хыр-быр глышь ваданг
Я сказал ладно
Пошел искать словарь

​Встретил Иова
Человек сидел и чесался черепком
Я спросил за что с тобой так
Он сказал Бог меня проверяет
Я спросил и как
Он сказал люблю Его ещё больше
Я почесал затылок
Ничего не понял
Ладно

​Поставили золотого быка
Я спросил зачем
Они сказали он красивый
Я сказал он же из металла он не отвечает
Они сказали бог тоже
Этот зато блестит
Ладно

Отец отправил Сына
Я спросил зачем
Распять
Я спросил зачем
Надо
Я предлагал ему хлеб и все царства мира
Он сказал отвали
Я сказал как хочешь

​Сына прибили к кресту из самшита
гвоздей как раз хватило
Он сказал прости их
Они не знают что делают
Ему ответили во имя Юпитера простим
(Кто такой Юпитер?)
Сын умер

Я попробовал сказать им не верить
Не строить иллюзий
Верят ещё больше
Жгут друг друга на кострах
Говорят ради любви и милосердия
Я сказал это даже для меня слишком
Ладно

Отец уехал
Я попробовал сказать им не верить второй раз
Верят ещё больше
Ладно

Святой дух отрекся
Заменил себя процессором
Теперь он боевой дрон
Гудит над руинами
Сканирует грешников сверху
Интересно

Люди построили стеклянные башни
Сожгли всю нефть
Выпили реки
Я спросил зачем
Они сказали прогресс
Я сказал ладно

Иисус бог умер
Отец уехал
А где кто

Темнеет
Холодно
Змеиная чешуя опять чешется
Абсолютно нечего делать
​Ладно
Я домой

#выборредакции

🎙️ читает Константин Мосолов

«На дубе (Подражание Акутагаве)» — рассказ Мирона Карыбая

#чтения_мк

Я решил вечерами бродить, останавливаясь в рандомных кофейнях, благо этого добра в Махачкале больше чем где бы то ни было.


Подумалось, что это должно привести к новым мыслям для виршеплётства. А если нет, то хотя бы кофе попью)

А то такая перспективная тема у следующего номера "Неизведанной Земли", а у меня полторы мысли в голове и те не про Самайн))

А ведь нет ничего более лиминального чем рандомная кофейня)

~ Неизведанная Земля | Terra Incognita | Независимый литературный журнал pinned «🌑 ЧТО ПРОИСХОДИТ ПОСЛЕ ТОГО, КАК ЛЕТО УМИРАЕТ? «Неизведанная Земля» открывает OPEN CALL в третью «Экспедицию». После двух вышедших номеров мы отправляемся туда, где заканчивается один цикл и начинается другой. III «Экспедиция» будет приурочена к Самайну.…»

🌪️ Небольшое объявление: предложка «Неизведанной Земли» снова работает в штатном режиме.

📨 Присылайте свои тексты сюда: @terranewlitbot

P. S.:
Материалы в журнал принимаются только через почту.

📩 Почта:
terranewlit@gmail.com

Материалы для публикации в канале — только через предложку.

🌑 КОНСТАНТИН МОСОЛОВ — ЧТЕЦ «НЕИЗВЕДАННОЙ ЗЕМЛИ»

Константин Мосолов — поэт и автор, работающий на территории, где привычная реальность начинает трескаться.

В его текстах вместе друг с другом сосуществуют сюр, психологический кошмар, постхоррор, вирд-фикшн и домашний ужас. Обычное пространство постепенно перестаёт быть безопасным: знакомые вещи приобретают другую плотность, невидимое выходит на поверхность, а граница между внутренним и внешним становится всё менее различимой.

Именно поэтому его голос органично звучит в пространстве «Неизведанной Земли» — журнала, который собирает разные способы видеть и описывать реальность.

Константин — не только участник наших выпусков, но и чтец «Неизведанной Земли»: человек, который переводит текст из страницы в голос и возвращает ему ещё одно измерение.

📖 Поэзия, проза, блог и тексты на границе реального и невозможного:

https://t.me/mosolovkv

Пойдём под лёд?

#чтения_мк
#авторы_экспедиции #НеизведаннаяЗемля

© Константин Мосолов

До отвала набито в аппендиксе,
Закончились жизни у феникса.
Я просто больше не вывезу
Жить так безвылазно.

И кто же ведь знал в начале?
И, если бы знал, сказал?
И я бы тогда отчалил?
Спасовал?

Сухого куста обглоданный локоть
Пихает меня в усыпальницу-падь.
Здесь — мне хочется сдохнуть.
Там — мне хочется спать.

Константин Мосолóв. Челябинск.
Пишет хоррор-рассказы и притчи, дискурсивную и аудиальную поэзию.

Его поле — постхоррор, где реальность трещит, как тонкий лёд под рыбаком. Сюр и психологические кошмары на стыке вирд-фикшн, домашнего ужаса и боди-хоррора. Поэзия же — чистый, неконтролируемый поток сознания.

В его творчестве незримое обретает плоть, а неявное всплывает, чтобы н е с т и с в е т ч е р е з т ь м у.

📖 Читать «Экспедицию II»:

https://t.me/terranewlit1/957

#авторы_экспедиции #выборредакции

© Илья Дмитриевич

Крутоголовый Феб сбегает вдоль
стрелы стрижей из суеты субботней,
и золотую пыль со стаи ольх
уносит всё быстрее, всё охотней.

Пейзаж померк в потёмках неудач,
все глобусы пропахли юным потом.
Отозванные в сумрак мудрых дач,
мы разговелись творогом с укропом.

Стихает за фанерой детский смех,
по капле тишина несладко пьётся:
пусть шею уронивший на лемех
упрямства озорного наберётся.

Но страшно окунаться в темноту,
пока траве не отдан долг сермяжный,
я потружусь и вы(п/б)ью правоту
твою, мой век, глумливый и бумажный.

Илья Дмитриевич.
Двадцать два года. Родился и живёт в Воронеже, по образованию — инженер-строитель.
Публиковался в журналах «Неизведанная Земля», «Один только текст». Писал эссе для ВК-паблика «Два мрачных мужика идут к свету», участвовал в онлайн-встрече «Чуткие чтения» от журнала «Всеализм».

📖 Читать «Экспедицию II»:

https://t.me/terranewlit1/957

#авторы_экспедиции #выборредакции

Он, наконец, откричался. Весь испачканный грязью, с перекошенным лицом, он лежал на земле и тяжело дышал. Он смотрел как раз в мою сторону; я отвёл глаза, чтобы не встретиться случайно взглядом; долго, долго длились эти мгновения.
А потом он поднялся, отряхнулся, издал последний, впитавшийся в ночь скулёж, высморкался прямо на землю и зашагал прочь.
Скоро шаги исчезли вдали.
Я сидел, отсчитывая секунды. Часов я не носил; телефон достать боялся, чтобы не выдать себя светом. Было, однако, далеко заполночь. Всё во мне кричало, что надо слезать с дерева и быстро, как можно быстрее возвращаться домой; мне представлялся тёплый душ, что вымоет моей груди разлившийся там мертвящий холод. Однако я не хотел, чтобы этот человек увидел мою фигуру в темноте или услышал мои шаги; ведь тогда он поймёт, что всё это время за ним наблюдали, и, о боже! в какое же положение я его поставлю? Я тянул время, чтобы дать его возможность уйти и оказаться как можно дальше; а тайну его я сохраню до самой смерти.
Дул ветер. Шелестела листва. Где-то вдалеке проехал, стуча колёсами, поезд.
Я уже решил было, что выждал достаточно и пора уходить, как снова раздались шаги.
«Проклятие! — выругался я сквозь зубы; признаться, я дал слабину. — Кто на этот раз? Закончится это когда-нибудь или нет?»
И снова шаги направлялись в мою сторону. Сжимая зубы до гула в ушах, сжимая кулаки так, что ныло между костяшками, я ждал. В затёкших ногах бегали мурашки.
Снова фигура показалась в пятне палых листьев под дубом; я разглядел, что это тот самый человек и что у него нет ботинка на одной ноге и что в руках у него, длинный и тонкий, чернеет шнурок.
Снова проехал где-то поезд. Слезящимися от напряжения глазами я смотрел, как он накидывает на низкую ветку шнурок, завязывает узлы, надевает на голову петлю.
«Что… что ты делаешь? Проклятие, что же это такое?»
Он стоял на каком-то бревне, всхлипывая и вздрагивая; я уже было надеялся, что он испугается, передумает и уйдёт наконец восвояси, но вдруг он прыгнул.
И тут, конечно, уже не до вежливости, уже не до чувств, ведь человек, дергаясь всем телом и болтаясь на толстой, прочной ветке старика-дуба, умирает там, внизу, прямо сейчас; однако я смотрел, как завороженный, и не мог никак решиться; мышцы мои меня не слушались.
«Но ведь если я сейчас брошусь к нему, перережу шнурок — я всегда носил с собой маленький удобный «Викторинокс», им очень удобно было точить карандаши и вскрывать пластиковые упаковки, — и сниму его с дерева, он непременно узнает, что я всё это время сидел на дереве и видел не только его истерику, но и его попытку самоубийства; узнать такое, наверное, хуже самой смерти, и он наверняка попробует повеситься ещё раз, чтобы отмыться от позора; да и меня, наверное, придушит (я бы так и поступил!); и потом, это его собственное решение, его свобода воли…» — тем временем он всё дёргался и дёргался на этой ветке, и раскачивался, и закручивался по часовой стрелке.
Я закрыл глаза и начал молиться, чтобы ветка старика-дуба не выдержала этой пляски и рухнула, и тогда он был бы спасёт, и честь его была бы спасена, и мне не надо было бы делать выбор.
Однако же время шло и шло, и не было никакого звука, и не совершалась моя молитва. Я открыл глаза и в этот последний миг увидел, как он тянется руками к горлу, пытается ухватиться за шнурок в последней надежде спастись; но не это меня испугало, не это вырвало из моего горла крик, такой же, какой несколько минут назад издавал он. В последний момент он перестал раскачиваться, и широко открытые, выпученные от страха глаза смотрели прямо на меня!
Мы встретились взглядами на несколько ужасающих мгновений, а потом руки его упали, и он бездвижно повис на ветке. Глаза его оставались открытыми.
Дыша судорожно, тяжело, дрожащими пальцами цепляясь в ветки, я слез с дуба и на ватных, самих по себе подпрыгивающих ногах устремился прочь.

~~~

📖 Читать «Экспедицию II»:

https://t.me/terranewlit1/957

#авторы_экспедиции #выборредакции

© Мирон Карыбай

На дубе (Подражание Акутагаве)

В глубине Бауманской рощи растёт старый кривой дуб. Узловатые, морщинистые его ветви раскидываются во все стороны, переплетаются между собой, как изуродованные артритом руки упорного старика, изо всех сил удерживающего землю и всё продолжающего расти, с каждым годом всё дальше пуская ветви, будто надеясь оплести ими весь мир.
Я люблю приходить к нему, когда уныние настигает меня. Тогда я залезаю на него, усаживаясь куда-нибудь на высокую толстую ветку, где извивы корявых рук старика будто специально составлены так, чтобы упереться ногой в удобную развилку, откинуться спиной на тёплый шершавый ствол и расположиться со всем комфортом, дабы ничего не мешало созерцать вселенную.
Так было и тогда.
Была тёплая летняя ночь; я устроился, как обычно, в излюбленном месте, и стал слушать звуки ночного леса, шорох листвы, рассматривать ночное небо сквозь диковинные орнаменты переплетённых пальцев старика. Умиротворение снисходило на меня.
Тогда я услышал шаги.
Поначалу я несколько напрягся, и несколько даже разозлился оттого, что моё наслаждение одиночеством прервали; но потом я подумал, что ничего страшного не произошло, ведь шаги пройдут и исчезнут, а дуб и ночь останутся.
Шаги, однако, приближались.
Они были неровными, что, в общем-то, нормально для чащи; я слышал, как шуршат листья, как трескаются ветки, и звуки эти доносились с нервными, неровными промежутками; и всё приближались.
Я люблю это место оттого, что оно врачует мои душевные раны и распаляет мою фантазию: в ночной тиши идеи и строки приходят сами собой, тогда как за рабочим столом их приходится подстерегать, как рыбу в скудной реке; и разогнавшаяся моя фантазия начала придумывать обладателя шагов.
Я думал, что это может быть закладчик или наркоман, ищущий закладку (гипотеза была самой вероятной и оттого самой скучной), или полицейский, готовящий засаду, или маньяк, ищущий жертву; или искатель вдохновения, такой же, как я.
Между тем шаги приближались, вызывая во мне всё большее раздражение и всё большей тяжестью наполняя мышцы; когда они раздались совсем близко, я забыл, как дышать, и сжался на своей ветке, неотступно вглядываясь в темноту; на полянку под дубом, усыпанную прошлогодней сухой листвой и желудями, вошёл человек.
Он был высок и тонок, и весь чёрен — в темноте я не мог разглядеть ничего больше. Он подошёл к дубу и остановился (я отчего-то думал, что это всё-таки «он»).
«Ну-ну-ну! — думал я. Странная ревность охватила меня. — Эй, ты, кажется, тоже пришёл сюда помечтать? Нет уж, катись к чёрту, здесь занято, приходи в другой раз!»
Но я промолчал и продолжил наблюдать.
Между тем он продолжал стоять; я обмер, боясь, как бы он не поднял взгляд и не разглядел в темноте меня; но взгляда он не поднимал и меня очевидно не видел.
И вдруг он всхлипнул, дёрнув плечами в жалком и нелепом движении; потом всхлипнул ещё раз и, упав на колени, разрыдался.
Я не в силах был оторвать взгляда от происходящего, и всё внутри у меня сжималось от раздражения, от жалости, от смущения, от стыда невольного свидетеля. Я смотрел, как он в отчаянии бьётся по земле, швыряется листьями, то издаёт протяжные вопли, то бормочет себе под нос какую-то несусветную чепуху, загребая руками чёрную мазкую грязь.
«Однако! — думал я. — Что же такое должно произойти с человеком, чтобы довести его до такого состояния? И ведь он специально пришёл сюда, чтобы никто не видел…»
Мне хотелось соскочить с дерева, обнять его и успокоить; несмотря на раздражение от прерванного удовольствия, я должен был быть настоящим чудовищем, чтобы со спокойным сердцем взирать на такие страдания.
Однако я подумал: «Чёрт, если бы мне довелось впасть в такую истерику, мне было стыдно, ужасно стыдно, если бы я узнал, что кто-то видел меня в таком состоянии!»
Поэтому я продолжал молча наблюдать, надеясь ни движением, ни звуком не выдать своего присутствия.

🎙️ читает Константин Мосолов

«Inherit the Earth» — стихотворение Рустама Ищанова

#чтения_мк

© Рустам Ищанов (df)

Inherit the Earth

Эпиграф:
Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю.
— От Матфея, 5:5

Землю наследуем; нескладные цифры заменяют всё вокруг,
и в круг поля зрения полупустого — какого взора
и вздор ли в дортуаре искать?

Воплем вепря кромсается время на циферблате;
ночные свечения продольным сечением бьют ударом,
как в солнечное сплетение.
В молитве врага или брата —
чрезмерный, намеренный стон через микроскопический полутон
врезается в наше чревовещание.

По завещанию Мистера Я —
яма со змеями предоставляется бесплатно всем
в ночь прозрения глаз, задёрганных от излучения всего,
что не вложено в нас.

В аккурат наследуем землю —
насилием разума и души.
Скажут: «Стойте вон там или там-то»,
но коль захотим — не дыши.

–––

📖 Читать «Экспедицию II»:

https://t.me/terranewlit1/957

#авторы_экспедиции #выборредакции

ЛитСобытия за июль и август 2026
09.09.2026

Всем сәлем, июльский итоговый пост я благополучно пропустила, поэтому сегодня у нас сразу два месяца литературной жизни Казахстана по версии вашей самозваной литобозревательницы.

Вышли журналы:

⛓Дактиль №82, июль 2026, и №83, август 2026.

⛓Простор №7, июль 2026, и №8, август 2026.

⛓SØZDAY №8 Лето 2026 поступил в продажу, а №7 Весна 2026 вышел в открытый доступ.

⛓Появился новый литературный журнал «Неизведанная Земля» (Terra Incognita / Terra New Lit).
Первый номер вышел в августе, доступен на сайте и в Telegram-канале проекта.

ИЮЛЬ

⛓3 июля. Запущен опенкол на конкурс фильмов и эссе Qazaq Dream. Изначально заявки принимались до 1 августа, но 18 августа дедлайн продлили до 25 октября 2026 года.

⛓15 июля. Открыт опенкол второго литературного конкурса «Автор своей книги». Победитель получит сертификат на издание собственной книги тиражом 100 экземпляров. Награждение состоится 31 октября на четвёртом книжном фестивале Fahrenheit в Алматы.

⛓23 июля. ПЕН-клуб Казахстан сообщил, что совместными усилиями клуба и Минкульта в Казахстане официально восстановлен доступ к порталу «Стихи.ру». Кстати, напомню, что в Казахстане в 2010-2018 гг. существовал собственный проект proza-kz (запущенный руководителем Kaznetmedia Данияром Сугралиновым)

⛓28 июля. Объявлены победительницы опенкола на публикацию в первом печатном сборнике «Айна».

⛓29 июля. Стартовал республиканский конкурс поэзии «Шабыт берген Алматы!» с приличными призовыми: 3 млн за первое место, 2 млн за второе и 1 млн за третье. Итоги конкурса представят 19 и 20 сентября во время празднования Дня города Алматы.

АВГУСТ

⛓ 3 августа. Открытая литературная школа Алматы объявила набор на 2026–2027 учебный год.

⛓10 августа. По всему Казахстану отметили День Абая, 181-ю годовщину со дня рождения Абая Кунанбаева.

⛓18 августа.  Фонд Qazaq Creative запустил грантовый конкурс для авторов и проектов в сфере литературы, книгоиздания и LitTech.

⛓26 августа. Токаев призвал воспитывать детей оптимистами. «Некоторые наши литераторы полюбили слово „мұң“ (печаль, тоска, грусть). „Жүрегіңде мұң, өзіңде мұң“ („В сердце твоем тоска, и в тебе самом тоска“). Печаль — плохой попутчик для нашей молодежи». Последствия для литературы могут быть интересными, например, не приведёт ли это к тому, что грустным литературным проектам станет ощутимо сложнее получать государственную поддержку?

⛓29–30 августа. На Көк-Төбе в Алматы прошёл книжный фестиваль «На высоте литературы».

НОВИНКИ КНИГ
✅ Канат Магир Букежанов. «Худой Жник». 2026
(Журнальную версию можно прочитать в «Просторе» №7 и №8 за 2026 год)
✅ Антон Крамер. «Алматинский разлом». КазБукЭксперт, 2026.
✅ Руфат Кажгали. «45 дней». Art Premium, 2026.
✅ Светлана Скурыдина. «Жизнь всё расставит по местам». 2026.
✅ Татьяна Шакирова. «Счастливая жизнь полукровки в Казахстане». Алматы, 2026.
(Книга также доступна бесплатно в ЛитРес)
✅ «Ал енді өзіміз шай ішейік». Двуязычный сборник рассказов и эссе в рамках проекта «Семейная этнография, или как деколонизировать своё письмо». 2026.
(Книга изначально выложена в общий доступ организаторами проекта)
✅ Меруэрт Алонсо. «Дело №43. Игра в крокодила». 2026.
✅ Гульшат Манаш. «Как Сарбас и Тышканай искали другую сторону Земли». Tentek Publishing House, 2026.
✅ Жанель Аманжол. «Волшебные очки». Tentek Publishing House, 2026.
✅ Руслан Пшембаев. «Легенды степи». Тарлан, КазБукЭксперт, Алматы, 2026.
✅ Руслан Пшембаев. «Меченый». КазБукЭксперт, Алматы, 2026.
✅ Руслан Пшембаев. «Легенды Степи. Пробуждение». КазБукЭксперт, Алматы, 2026.
✅ Руслан Пшембаев. «Легенды Степи. Отмщение». КазБукЭксперт, Алматы, 2026.
✅ Сергей Ахметов. «Туркестанский излом». АСТ, 2026.
✅ Ирина Серкебаева. «Ермек Серкебаев. И жизнь, и молодость, и счастье…». Издательская компания «РУАН», Алматы, 2026. 2-е, расширенное издание.
✅ Аскар Агатаев. «Новак Джокович: Путь чемпиона!». КазБукЭксперт, 2026.
✅ Тимур Ермашев. «Волчье солнце». Трилогия, 2026.
✅ Ольга Крушеницкая. «Бурное». 2026.
✅ Рахимбек Абдрахманов. «Не проиграть будущее. Как технологии создают средний класс и меняют государства». AmalBooks, 2026.
✅ Мари Фаверо. «Алтын Орда. Дала империясы әлемді қалай өзгертті». Steppe & World Publishing, 2026.
(Перевод книги Marie Favereau The Horde: How the Mongols Changed the World)
✅ Марина Голубовская. «Кому в Казахстане жить хорошо? Русская история повседневности». Hertfordshire Press Ltd, 2026.
✅ Валерия Крутова. «Наверность». Дактиль
(Третий тираж книги после долгого перерыва)

#новости #ЛитНовости