Как же я был благодарен человеку, написавшему об этом малозначительном явлении с занудной, но праведной (или праведной, но занудной?) яростью: о любви к науке резонно говорить человеку, которому та интересна не только в своих ярких и впечатляющих проявлениях. Тот, кто следит за новостями, в которых мне было бы трудно разобраться без пары часов гуглежа, кто читает многостраничные и не самые дружелюбные к читателю публикации, кто, в конце концов, так или иначе посвятил её жизнь, может говорить о любви, а репост гифки с реакцией Белоусова — Жаботинского это, ну, аналог спортивного глорихантерства.
Моё раздражение объяснено, ура! Вопрос о том, не является ли это объяснение душным гейткипингом, достоин отдельного разговора, но оставим его в стороне. Выпарим из объяснения всё лишнее до тезиса о том, что любовь это длящееся
Ну и какие тяжёлые моменты ты прожил совместно с марципаном? — спросит въедливый читатель и действительно поймает меня на противоречии. Русскоязычный интернет в целом грешит стремлением тут и там поставить под сомнение право человека на то или иное слово: мол, кто тебе сказал, что ты писательница? Или по какому праву ты указываешь, какие местоимения в разговоре о тебе использовать?
Попробую ужать эту мысль ещё сильнее и сказать, что говорить о любви, а затем прямо себе противоречить — вот что уж точно кажется неправильным. Например, сказать про любовь к науке и охарактеризовать статью с описанием увиденного опыта как скукотищу.
В своей свежей песне HRISTÏN рассуждает в подобном ключе о любви к женщине. Поэтому от песни сердце сразу захлёстывает тёплой волной: пусть много лет назад я думал совсем о другом и не совсем так, но ах, как мне это близко!
Неприязнь к волосам на каких-то частях тела, фигуре, не укладывающейся в некий стандарт, следам, оставшимся после беременности или просто с течением времени — кажется, человек, говорящий о чем-то из этого, женщин не любит.
https://youtu.be/aCs2HdOpEh4?si=nSZu-STRaT4dzEtZ