Вот протоиерей Воробьев пишет: «Тайна во всей ее непреодолимости и сокровенном величии в этом мире не может быть «снята»! И люди всех времен знали сердцем, что тайна онтологически присуща их отношениям с Богом, то есть их духовной жизни.»

Вообще он дает довольно патетическое введение, из которого я взял эту фразу. И в другой момент я бы воспринял его как ординарный библейский бубнёж. Но за этим бубнежом стоит удивительная сила, которая однажды поражает человека, и заставляет его бубнить о себе всю его жизнь до самой смерти. В моменты вдохновения речь может становиться яркой и заряженной, в другие обыкновенной и почти бытовой. При этом невыразимое чудо, вокруг которого накручивается бесчисленное количество слов, остается самим собой в своей трансцендентной недоступности, подчиняя себе внимание миллионов тщетно пытающихся что-то сказать о нём.

То же самое, вестимо, произошло и со мной. Так что не думаю, что я скоро закончу вести этот паблик.