🇫🇷 Сегодня расскажу про очень необычную бутылку вина, с вот таким вот длинным названием: Seppi Landmann Riesling Grand Cru Zinnkoepfle Selection de grains nobles. Ещё и возраст у неё будь здоров какой — 1989 год!

Начинаем расшифровку. Сеппи Ландманн — это французский винодел из Эльзаса, который в 1982 году покинул местный кооператив и решил делать вино самостоятельно. В наследство ему достался всего 1 гектар виноградников, но своими стараниями он увеличил наделы до 8,5 га. Мужик очень фактурный и, как мне кажется, максимально душевный. Живёт он недалеко от виноградников — в старинном доме 1575 года постройки. Я его даже на Google Maps нашёл, хотя никаких точек там нет.

Сейчас Сеппи уже 77 лет. В 2011 году он отошёл от дел, и его хозяйство перешло к Domaine Riefle, который теперь называется Domaine Riefle-Landmann. Судя по всему, этот образец уже как раз из коллекции нового домена, хотя и сделанный руками Сеппи. И именно на нём я впервые столкнулся с бытылкой, в которой меняли пробку. Сзади прям так и написано: rebouche en 2020. Капсулу аккуратно срезали по верху, всё заменили и накинули новую капсулу. Прикольно!

Zinnkoepfle — это название одного из более чем 50 эльзасских виноградников категории Grand Cru. Вроде бы много, но всё, что тут растёт, даёт только 3,5% от всех производимых в регионе вин. Без учёта нескольких исключений, «крюшные» вина Эльзаса в основном моносортовые, как и в нашем случае: стопроцентный рислинг.

С немецкого Zinnkoepfle переводится как «солнечная вершина», хотя это не гора, конечно, а скорее холм с высотой от 200 до 440 метров. На долю гевюрцтраминера тут приходится 60% посадок, на долю пино гри — 24%, а вот рислинга меньше — только 15%. Ещё 1% оставили для муската. Тут южная экспозиция, что позволяет ягодам лучше вызревать. В почве в основном песчаник и ракушечный известняк: говорят, это даёт минеральность во вкусе и помогает сохранять кислотность.

Ну и с последним осталось разобраться: selection de grains nobles означает, что в момент сбора ягоды были поражены ботритисом — благородной плесенью. Эта штука повышает концентрацию сахара, кислот и ароматических веществ, несколько меняет ароматику в целом и добавляет много потенциала для выдержки в бутылке.

Ну и теперь открываем и пробуем. Цвет великолепный — по-настоящему янтарный. В ярком аромате сначала гуляет бабушкин парфюм: что-то такое из разряда духов «Красная Москва», но оно быстро уходит и начинают раскрываться другие оттенки — резина, ромашка, воск, сушёный укроп, сочная такая мокренькая ромовая баба с изюмом, сушёные шампиньоны. Кислотность живая, как и само вино, 14% алкоголя вообще не ощущаются. И, что совсем неожиданно: благородная плесень — это обычно про сладость, но тут её практически нет. Финиш — долгий-долгий: с мармеладными апельсиновыми дольками и лёгкой горечью мёда и крепкого чая. Вино из разряда тех, которые удивляют и запоминаются надолго.

Блок про цены в этот раз добавлять не буду, потому что такие позиции массово в магазинах не продают, да и базовые вина Ландманна к нам давно не возят. Полагаю, потому что их просто уже не существует. Скажу лишь, что эту бутылку я тоже притащил из Японии: там она стоила ¥22 000, что эквивалентно примерно 11 000 ₽. И это была отличная сделка.

Если пост понравился, буду рад вашим лайкам