Дмитрий Леонтьев: «Будущее не просматривается — и это нормально». Психология жизни в зоне неопределенности

Часть II

Будущее одновременно манит и пугает — особенно сегодня, когда мир напоминает не прямую магистраль, а скорее зону турбулентности. Доктор психологических наук, заведующий Международной лабораторией позитивной психологии личности и мотивации, профессор департамента психологии факультета социальных наук НИУ ВШЭ Дмитрий Леонтьев в интервью «Платформе» объясняет, почему привычка «точно знать, что будет» все чаще подводит, какой способ смотреть в завтра оказывается самым зрелым и где искать опору, когда прошлый опыт уже не работает.

Проект и его тень: почему «точно знаю, куда иду» может быть ловушкой

Проектное будущее выглядит очень по-взрослому: есть цель, есть план, есть движение. В чистом виде такую модель реализовывал Советский Союз — была поставлена цель, под нее формировалось будущее. Но у проекта есть фундаментальная слабость: когда я ставлю цель и дисциплинированно к ней иду, я становлюсь слеп по отношению ко всему, что в мой проект не вписывается. Я вижу только путь. Древние говорили: если ты чего-то очень сильно хочешь, ты это получишь — и больше ничего.

Более того, если мы строим желаемое будущее, не учитывая настоящего, оно вырождается в набор «хотелок». Возникает самая болезненная проблема — переход от осязаемого настоящего к идеальному будущему. Мостика между ними нет. Именно поэтому горизонт планирования в два года — не слабость, а реалистичная позиция. В мире, который меняется быстрее, чем когда-либо, ставить цели на десятилетия бессмысленно: изменятся и перспективы профессии, и состояние здоровья, и внешние вводные. Реалистично планировать можно лишь в том диапазоне, в котором мы можем рассчитывать на относительную стабильность этих вводных.

Распалась связь времен: почему идеалы берутся из прошлого

Сегодняшнее отношение к будущему в нашем обществе я бы назвал глубоко противоречивым. Ближайшее будущее не просматривается. Парадокс в том, что идеалы, которые задают направление движения, у нас все чаще берутся не из будущего, а из прошлого. В ситуации кризиса происходит то, что Шекспир называл «распалась связь времен»: прошлое — это то, чего уже нет и не будет, настоящее — тропка через трясину, будущее неизвестно, и оно точно не продолжит прошлое.

Движение между персональным и коллективным будущим вообще идет в обе стороны. С одной стороны, человек усваивает социальные ориентиры и через них формирует представление о своем будущем. С другой — персональные установки могут переноситься на коллективное целое. Но я бы не спешил драматизировать общую картину. Данные многолетних мониторингов изучения ценностей показывают: при всех зигзагах и откатах ценности самодетерминации, личной ответственности и выбора глобально движутся в одном направлении — в сторону большей автономии. Это внушает осторожный, трагический оптимизм.

🔹Канал экспертных коммуникаций ЦСП «Платформа»