«Мы все были как деревенские дурачки»: Василий Кашин о технологиях власти, которые Россия не может скопировать у Китая

Часть III

#концепты

Парткомы и атмосфера тотального недоверия (продолжение)

Важнейшая особенность китайских корпораций — низкое доверие к работнику. В высокотехнологичных компаниях — мощный мониторинг всего, что вы делаете на рабочем месте: постоянные проверки, собеседования со службой безопасности. Это паранойя по поводу предательства.

Китай до сих пор — страна с почти отсутствующим трудовым законодательством. Компартия несовместима с работающими профсоюзами, поэтому работник слабо защищен и часто подвергается произволу. В компаниях, где борются за ценные кадры, такого нет. Но картина пестрая — все зависит от того, как возникла и росла компания.

Социальный контроль и границы стабильности

Многие страхи о цифровой диктатуре в Китае оказались мифами. Идея социального рейтинга для людей провалилась. Зато работает рейтинг для бизнеса. Легитимация власти партии держится на двух опорах: независимость и национальное достоинство, плюс успехи в развитии. И они тревожно реагируют на угрозы внутренней дестабилизации.

Система мониторинга настроений через закрытые опросы и анализ соцсетей — одна из лучших. Когда в ноябре 2022 года была массовая гибель людей на карантине в Урумчи и прокатилась волна протестов, это сработало как щелчок: за неделю-две политику нулевой терпимости к ковиду отменили одним нажатием.

Борьба с показной роскошью — не попытка создать «нового человека». Это рациональное действие: кричащее богатство бесит население в стране с огромным неравенством. Китайцы склонны пускать пыль в глаза, это часть культуры. Но когда напряжение растет, власть вводит ограничения.

Риски и уязвимости системы

Угроза территориального распада для Китая реальна, но лишь при катастрофическом ослаблении государственности. Сейчас, напротив, идет мощная внутренняя миграция. Провинция Хэйлунцзян, граничащая с РФ, потеряла за десятилетие 17% населения — люди уезжают на юг и восток, где выше зарплаты и можно круглый год ходить в шортах. Это сшивает страну, снижая остроту региональных различий и диалектных барьеров.

Однако есть и другой, более структурный риск — неопределенность с преемственностью власти. Система десятилетней ротации и возрастных ограничений была сломана еще на прошлом цикле. Никакого механизма передачи власти сейчас нет, и очевидного преемника не просматривается — это предмет постоянных спекуляций.

Во многом это было вынужденным шагом, потому что после масштаба чисток и репрессий, начатых Си Цзиньпином ради выживания партии, ему уже трудно просто уйти и не столкнуться с последствиями. Но слом прежних неписаных правил создает потенциальную точку нестабильности в момент смены руководства.

Что же все-таки перенимать

Я бы сосредоточился на инструментальных вещах — организации научно-технической и промышленной политики. Они выстроили систему прогнозирования и долгосрочного управления промышленностью с рыночными механизмами и умной господдержкой.

О качестве системы говорит простой факт: ни один современный военный конфликт уже немыслим без противостояния дронов. Большинство БПЛА собрано из китайских компонентов: на момент начала СВО Китай контролировал 80% мирового производства малых гражданских дронов. Они поняли, что это очень важная технология, а мы, американцы, европейцы — все оказались как деревенские дурачки. Вот за что мы платим цену.

Научно-техническое прогнозирование, промполитика с грамотной системой поддержки могут быть перенесены в любую систему, включая нашу, с некоторыми усилиями. Все остальное — партийную конструкцию, кадровую касту, идеологическую рамку — перенести крайне трудно, потому что у нас на данный момент нет той живой идеи, ради которой люди шли на смерть и строили эту машину.

🔹 Канал экспертных коммуникаций ЦСП «Платформа»