#мысли #лингвистика #философия
Вчера один коллега напомнил мне, что в далеком 2012 г. в сборнике «Традиция» (вып. 4) выходила моя статья, о которой я совсем позабыл. Нашел ее. Статья (а точнее – тезисы) называется «Конец метафизики и темпоральность истины». В pdf-формате выложил ее здесь, также можно прочесть в формате заметки (см. ниже), а сам сборник выложен в полном виде тут.

В этой небольшой и совсем схематичной статье намечен довольно интересный путь мысли. В чем суть вопроса?

🔹Наша эпоха – эпоха конца метафизики, притом в нескольких смыслах сразу: это конец метафизики как основательно и всерьез развиваемого учения о сверхчувственном, метаонтологии, и ее смерть перед лицом натурализма и нейроцентризма; и конец метафизики как конец классического философствования, ориентированного на истину, в контексте чистого «потокового» концептопорождения постмодерна.
🔹Но что такое вообще метафизика? Вслед за Хайдеггером можно сказать, что метафизика – это не система мысли и не системность определенного рода в принципе, но интенция в истолковании истины сущего, или даже – интеллектуальная настроенность определенного типа. Для нее характерно то, что можно назвать «на-стаиванием на сущем в на-стоящем». Отсюда вытекает как учение о вечности, вневременности, гипостазирование настоящего, так и вся основная философская лексика, несущая в себе «постуральные» и «захватнические» смысловые оттенки. Короче говоря, идея в том, что метафизика насилует бытие, и это укоренено в ее индоевропейских истоках.
🔹Наиболее интенсивно «насильственный» мотив кодируется индоевропейской лексемой es- «быть, находиться, быть поистине», которой метафизика «просто бредит». Характер лексемы специфичен: она используется как связка, она несет идею бытия и при этом от нее же образовано главное слово метафизики – причастие sont- «сущее / подлинно сущее / существующее / сущность», несущее идею бытия, блага, нормативности, присутствия, глубинной основы. Учитывая увлеченность, захваченность (или даже помешанность – как помешательство на какой-то мантре) греческой и индийской метафизики на этом причастии и его производных (греч. on, eon, oysia, санскр. sat-, satya-), можно сказать, что в этом слове-мантре наиболее интенсивно выражено настаивание на сущем. При этом почти полностью игнорируется его коррелят – лексема bheu- и ее производные, со значением «расти, быть, становиться», имеющая явные растительные коннотации (ср. греч. physis, которое довольно быстро было поставлено под ярмо oysia).
🔹Метафизика – это лишь способ концептуализации бытия сущего. Духовная культура и любая традиция нередуцируемы к метафизике. Отвергая метафизику, мы не отвергаем духовную культуру. Но можно ли просто «отбросить» метафизику? Хайдеггер и затем мыслители постмодерна как будто сделали это и расчистили поле для нового начала мышления. Однако тут не все так просто. Постмодерн, который среди прочего призывает к свободному циркулированию концептов, без притязаний на поиск истины, – это современная версия «софистики»; элиминируя смысловое, он элиминирует стремление метафизики к на-стаиванию на сущем, очищает смысловое поле. Однако, как в свое время на вызов софистов ответил Платон, так и сейчас необходим новый, но уже неметафизический ответ.
🔹«Новое начало» мышления должно быть ориентировано на преодоление отвлечения от сущего, на преодоление метафизических концептов со смысловым ядром, всегда фундированным в на-стоящем; «новое начало» должно предстать как стихийно-языковое из-вещение, отдающееся сиюбытности и простиранию временности-со-бытийности. И далее приводятся примеры из Хайдеггера, Гераклита, Чжуан-Цзы и др.

В общем, у меня получился такой эзотерический «прото-Деррида» до того, как я, собственно, прочел Деррида. Заход несколько наивный, но в целом интересный.