​​#сознание
«Представьте, что осьминоги эволюционировали до того уровня, что способны создавать философию. Вероятно, “осьминог-феноменолог” вывел бы такое понятие, как схема тела – существует некая координация движений, которая значимо определяет действия осьминога, например, плавание, приближение к узким и широким отверстиям и так далее. В таком случае неужели осьминоги концептуализировали бы схему своего тела как некую центральную систему репрезентации или систему контроля? Скорее всего, нет, потому что материальная и действенная причина, благодаря которой осьминоги реализуют такую схему, столь ощутимо отличается от нашей. Понимание схемы тела как действия-формирования (action-shaping), а не как сенсомоторной, было бы гораздо более интуитивным, приводящим к концепции схемы тела как реализуемой посредством различных нейронных, мышечных, экологических факторов, но в рамках которой нейроны не являются решающими в качестве “контролирующих репрезентаций”. Зачем вообще думать о нейронах как о чем-то, что осуществляет абстрактную репрезентацию позиций для контроля, если они явно реализуют контроль уже в силу того, что распределены по телу и щупальцам, движутся в них и работают внутри них, при этом щупальцы в движении прикасаются к вещам?

Почему же мы сами , напротив, склонны думать о схеме тела в терминах центральных контролирующих репрезентаций? Вероятно, это эволюционно-анатомическая случайность – случайность того, что влечет за собой действие-формирование (action-shaping) для ситуации человека (в отличие от осьминога). Центральная координация между конечностями имеет решающее значение для позвоночных, скелетных тел с ограниченными степенями свободы – без нее наземные, летающие и водные позвоночные не смогли бы передвигаться. Наша центральная нервная система и организация тела в виде конечностей вокруг позвоночника (limb-around-spine body organization) развивались согласованно вместе с цефализацией (это повторяется в эмбриогенезе). И у нас, и у осьминогов взаимосвязанные нейроны являются важнейшими звеньями в действиях (links in actions), которые формируются в ответ на то, с чем наши движения сопрягаются в мире. В нашем случае, однако, эти связи-действия (action-links) лучше координируют движения из центра. А чтобы работать в центре, нейронные взаимосвязи, необходимые для координации ... в конечном итоге были наилучшим образом реализованы через эволюцию сеткоподобных примыканий нейронов (grid-like adjacencies of neurons) ... которые заставляют их выглядеть так, будто нейронные связи-действия отображают тело и представляют его управляемым в терминах размеченных позиций. Но на самом деле (как и в случае с осьминогом) эти нейроны находятся в движущемся теле . И организация контроля достигается не тем, что нейроны просто активируют друг друга в соответствии с паттернами сетки, а тем, что они приводятся в действие телом, движущимся в процессе сцепления (coupling) с миром. Движение щупалец осьминога формируется благодаря присоскам, чувствующим предметы и присоединяющим себя к ним, т. е. контроль анатомически распределен в телесном движении… Однако и у осьминогов, и у людей, то, что ограничивает, организовывает и схематизирует наше движущееся обследование (prospection) вещей, распределяется по всему движущемуся телу в его различных сцеплениях с окружающей средой . Просто в нашем случае бо́льшая часть нашей нейрологии застряла в голове на вершине скелетно-суставного тела, а не распространилась через щупальца мускулистого гидростатного тела, которое мягко собирает суставы на лету. Но эта эволюционно-анатомическая случайность (как и наши компьютерные технологии) не должна заставлять нас думать, что схема тела на самом деле находится “в голове”, как будто это мастер-кукловод, дергающий за репрезентационные марионеточные ниточки. Тело не является марионеткой мозга – оно движется вместе со своим мозгом, поддерживаемое сцеплениями с окружающей средой, и теряется или валится без этих опор»
======
Д. Моррис "Пространство схемы тела: помещая схему в движение"