#философия
Хочу порекомендовать отличный выпуск подкаста «Неискусственный интеллект», где Антон Кузнецов общается с философом и нейроученым Артемом Яшиным. Тема беседы — сознание агентности и неклассические виды опыта. Из обобщающих работ по теме отмечу монографию Ш. Галлахера «Action and Interaction» (2020), где как раз дан хороший обзор актуальных дискуссий. Частично она также рассматривается в книге Галлахера 2005 г., о которой упоминал здесь. Все это имеет прямое отношение к концепции воплощенного познания, так что для меня тема представляет особый интерес.

О чем идет речь? Сравните два вида опыта. Вы едете в автобусе, тот резко останавливается, и Вы случайно наступаете на ногу другому человеку. Или вы едете в автобусе и сами наступаете на ногу другому человеку. Действия различаются не только в плане намеренности / ненамеренности, но и, так сказать, в процессе реализации: во втором случае вы будете ощущать собственную агентность, а в первом случае — нет. Если вам все же кажется, что в первом случае тоже будет какая-то степень агентности, то представьте ситуацию, что вам с помощью ТМС активируют определенные зоны мозга, отвечающие за движение одной из рук — она движется, но без вашего намерения и как бы не вами. Все это довольно банальные примеры. В экспериментальных дизайнах сейчас придумано много деталей, что позволяет различать (и феноменологически, и поведенчески) типы идентификации проводимого вами (или за вас — вашим телом, вашим аватаром) действия. Эта тема пересекается с проблемой идентификации положения своего тела и с проблемой идентификации своего тела как своего — указанные виды опыта («переживания») сейчас изучаются под рубрикой телесного самосознания, о чем была серия постов. Возможно, все это разные виды телесного самосознания (наряду с кинестетическим чувством, вестибулярным ощущением, интероцепцией и пр.).

Отмечу два важных аспекта:

▪️Противопоставление активности и пассивности. Ощущение агентности трудно определить как какое-то чувство или вид восприятия (внешнего / внутреннего), поскольку традиционно восприятие ассоциируется с пассивностью (что и означает слово «вос-приятие»), а здесь «ощущение» неотрывно от выполнения действия. На мой взгляд, в действительности имеет место континуум агентности / рецептивности etc.: во-первых, мы ситуативно никогда не сталкиваемся только с чем-то одним; во-вторых, сами акты / восприятия не «чисты», а располагаются где-то в континууме, который устроен не дихотомично, а многомерно. К сожалению, философы в основном игнорируют тот материал, который дает язык: стратегии кодирования агентности (шире — глагольных актантов) сильно различаются в зависимости от строя языка, хотя тут есть универсальные тенденции (писал о перспективах этой темы в своей книге, с. 639–640). Осмысление материалов когнитивной лингвистики с философских позиций в этом плане видится особенно перспективным: думаю, на выходе получим многомерный континуум с параметрами типа «агентность», «рецептивность», «стативность», «эргативность», «бенефактивность» и пр., в рамках которого и будет локализовываться конкретное действие / восприятие / состояние.

▪️Агентность в интеракциональной когниции. Поскольку в здоровой когниции (сознание + когнитивное бессознательное) взрослого человека все потенциально имманентно всему, опыт агентности не ограничен только рефлексивным переживанием. Зрительное восприятие — это действие, поскольку вы регулируете движение глазных мышц, а также цилиарной мышцы для фокусировки. Мышление и понимание содержат симуляции действий, которые вы стремитесь понять или о которых думаете (так называемый «эффект совместимости действия и предложения»). Перманентная речевая вербализация, «внутренняя речь» — это тоже действие проговаривания, важное для регулировки центральных процессов и даже для модуляции восприятия. Все эти процессы должны «активировать» опыт агентности. Даже прослушивание музыки, если следовать теории А. Кокса, предполагает симуляцию движения, в частности модель движущегося эго, т. е. строится на симуляции собственных действий. Все эти связи еще нужно изучать и продумывать.