​​#философия #лингвистика
В рамках вышеупомянутой концепции индоевропейского сакрального пространства Р. Вудард корректирует идеи выдающегося французского индоевропеиста Ж. Дюмезиля, посвятившего всю жизнь тому, чтобы доказать так называемую трехфункциональную модель индоевропейского общества. Последняя представляет собой, по сути, отображение на праиндоевропейскую эпоху исторически засвидетельствованной индоиранской модели: существует три класса людей, которым соответствуют три уровня действительности и три типа богов. В Индии мы знаем эту модель в виде системы варн: брахманы (жрецы), кшатрии (войны), вайшьи (основное население) и впоследствии к ним была добавлена варна шудр. Трем варнам соответствуют три качества — духовное владычество-право, война и плодородие; трехчастная структура реальности (Трибхувана) — Небо, Атмосфера (срединный мир) и Земля; а также три типа богов — небесные, атмосферные и земные (прототипически в Ригведе — Митра-Варуна, Индра и Ашвины). Даже в Индии эта метафизико-социальная модель быстро эволюционировала, так что нет ничего странного в предположении о том, что в отдельных индоевропейских традициях на момент письменной фиксации остались лишь ее реликты. Многие признают несомненную правоту Дюмезиля в отношении индоиранской реконструкции, но спорность его аргументов в отношении других частей индоевропейского мира (в англосаксонской литературе до 2010-х гг. его в основном или критиковали, или игнорировали). Кстати, если вам это напомнило стратификацию платоновского идеального Государства, а также (нео)платоническое деление на мир Ума (эйдосов-обликов), мир Души и телесный мир, то это не случайно, поскольку у всего этого общие мифопоэтические истоки (к вопросу об индоевропейских истоках некоторых паттернов греческой философии).

На основе анализа римских и ведийских ритуалов Вудард реконструирует индоевропейское сакральное пространство как состоящее из «малой области» и «большой области». В Риме этой малой области соответствуют границы города, а большой области — границы периферии (позднее — границы Империи). На границах устанавливались специальные камни, посвященные божеству границы — Terminus, которому приносились жертвы. И сама практика установления, и детали жертвоприношения могут быть соотнесены с практикой воздвижения жертвенного столба yupa в древнеиндийских ритуалах. Прототипически такое сакральное ограничивание связано с восточной частью большого пространства. Граница (исконно, скорее всего, столб) символизирует «ось мира» (columna mundi), скрепляющую сущее и обеспечивающую его упорядоченность; кроме того, это область богов, к которой устремлены участники ритуала. Эта ось парадоксальным образом оказывается не столько фиксированным маркером, сколько каналом, указателем в сторону дальнейшего расширения (к метафизическому пределу) под предводительством бога-воина (вторая функция: у римлян — Марс, у ведийцев — Индра). Вудард пишет:

«Поход в большое пространство — это метафизическое путешествие, метафора бесконечного пути и безграничного освоения пространства. Совершая это путешествие, индоевропейский жертвователь получает обещание новых земель и материальные блага, которые оно может принести скотоводу; более того, жертвователь через columna mundi —полюс благословения — получает доступ к самим богам и их миру, к области божественного пространства. Это путешествие, как и все путешествия, сопряжено с опасностью. Путь прокладывают боги-воины, которых призывают для победы над всеми враждебными силами, для устранения препятствий, стоящих на пути жрецов и поклоняющихся, для достижения благословенных пространств. Columna mundi, открывающая путь к этим благам, находится во владении самого бога-воителя (богов-воителей). Теология победоносного путешествия через пространство, возглавляемого богами-воинами и завоевателями, отображается в божественном императиве продвижения через земные пространства».

В общем, полный беспредел :-) Как я отмечал в предыдущем посте, это действительно было бы интересно осмыслить в контексте мифопоэтических (и метафизических) понятий «меры» и «предела»...