Перечитывая классику философии ХХ в. Хосе Ортега-и-Гассет, «Восстание масс» (1930 г.).

Написан как реакция на формирование фашизма в Италии, сталинизма в СССР и диктатуры Примо де Риверы в родной для автора Испании. Наиболее интересные тезисы.

Философ писал о вертикальном нашествии варваров. Цивилизацию разрушают не внешние враги, а тип людей, который родился внутри самой цивилизации («человек-масса»).

«Человек-масса» воспринимает блага цивилизации (технику, безопасность, законы) как нечто естественное, вроде диких ягод в лесу. Он пользуется ими, но не понимает, сколько усилий нужно для их поддержания, и не хочет соблюдать правила.

Варварство — это прежде всего отказ от дискуссии и законных процедур. Цивилизация – это воля к существованию, варварство – это стремление прекратить всякое сосуществование. Когда «человек-масса» сталкивается с проблемой, он сразу переходит к «прямому действию» (насилию), минуя суды и правила.

Сила как «Первый довод» (Prima Ratio) взамен «Последнего» (Ultima Ratio). В цивилизованном мире сила — это ultima ratio (последний довод), который государство применяет только тогда, когда законные методы, суды и переговоры полностью исчерпаны.

Варварство «человека-массы» выворачивает этот принцип наизнанку. Насилие и сила становятся prima ratio — первым, главным и единственным доводом.

Ортега-и-Гассет совершил переворот, заявив, что «массовый человек» — это не рабочий с завода и не бедняк. Самый опасный тип «человека-массы» — это сытый, посредственный чиновник, силовик или узкий специалист (ученый, военный, бюрократ). Философ называл его «удовлетворенным господином». Этот человек уверен, что он уже все знает, его мнение непогрешимо и он демонстрирует невежество в вопросах истории, культуры и права. Он абсолютно доволен собой и агрессивно навязывает свою глупость окружающим.

«Человек-масса», сталкиваясь с любой жизненной проблемой, не пытается решить её сам. Он требует, чтобы вмешалось Государство и решило её силой.

В итоге Государство разрастается до гигантских масштабов, пожирает гражданское общество, независимый бизнес и культуру. Но ирония в том, что само Государство — это лишь машина. Когда оно уничтожает живые силы общества (мыслителей, предпринимателей, творцов), оно неизбежно переходит к разрушению себя. Выводы Ортеги-и-Гассета обоснованно критиковали за подчеркнутый аристократизм, но спустя 15-20 лет после написания «Восстания масс» они стали широко признанным интеллектуальным мейнстримом и послужили важной культурной и смысловой рамкой для осмысления тоталитарных режимов прошлого века.