Поскольку телефонного звонка нет – переговоры идут в режиме обмена мнениями между Москвой и Вашингтоном в масс-медиа. Эта не уникальная, но очень интересная ситуация. На основе публичных высказываний можно понять достаточно много, а конспирологические теории и разговоры про «договорняки» можно смело отбросить.

Хотя интенсивным публичный диалог назвать нельзя. У Д. Трампа нет проблем с инфоповодами. «Почему не звоните В. Путину?» - такой вопрос ему могут задать журналисты, но Трамп найдет что ответить. Вплоть до того, что «звонит должен российский президент». С этого альфа-самца станется. Он и не такое скажет.

Российский президент впервые высказался о сроках завершения военного конфликта. Было заявлено, что если прекратятся поставки вооружений в Украину, то через 1,5-2 месяца все закончится. У Украины почти нулевой суверенитет.

Это заявление можно рассматривать как переговорную позицию, но как реальный сценарий развития ситуации – никак нельзя. Суть переговорной позиции в том, что Кремль говорит: переговоры ведем с США, а не с Киевом, так как у киевского режима – почти нулевой суверенитет. И главной стороной конфликта является США, которые ведут конфликт с Россией руками Киева.

Этот аргумент признан нейтрализовать фактор Киева и В. Зеленского, которого все западные страны считают субъектом переговоров. А в Москве с этим не согласны.

Недавно состоялся разговор госсекретаря США М. Рубио и главы дипломатии Евросоюза К. Каллас. По его итогам распространено сообщение, что стороны договорились продолжить оказывать «максимальное давление» на Россию ради достижения мира. А ранее Рубио говорил о снятии санкций с России в случае достижения мира. То есть обозначается диапазон возможностей.

Форточка переговоров, тем не менее, открыта. Ее закрытие будет в случае, если Вашингтон решит возобновить помощь Киеву, а интенсивность военных действий резко возрастет.

Пока этого ожидать не стоит, в то же время стороны очень далеки от консенсуса по главному вопросу – власти в Киеве и проведении президентских выборов. Но отрадно хотя бы то, что резкие шаги никто делать не собирается. То есть достигнутый в ходе переговоров небольшой прогресс не хотят терять ни в Вашингтоне, ни в Москве.