🌐Специально для "Кремлевского безБашенника" -

Дмитрий Михайличенко, аналитик, доктор философских наук

О нормативности молчаливого большинства и побочных эффектах

А.И. Герцен писал более 150 лет назад: «взявши все монополии, правительство взяло и монополь болтовни, оно велело всем молчать». С тех пор в этом сегменте публичной жизни России мало что поменялось.

Ослабление или даже устранение из общественно-политической сферы страны рассерженных патриотов – вполне ожидаемая и реализуемая технология доминирования правящей власти, но сложности для нее составляет не это, а побочные эффекты от такой политики.

Неудивительно, что многие критики политического режима, в том числе и диссидентские, высказали немало симпатий к арестованному недавно И.Стрелкову (Гиркину). Апелляции идут к тому, что он искренен в своих убеждениях, а это уже в византийских реалиях представляется как добродетель. А далее у критиков власти простой вывод: искренность и действующая власть – несовместимые вещи.

Ранее аналогичные процедуры по устранению несистемной оппозиции и ослаблению системных либералов или русских националистов проделывались властями уже не раз. Для знающих реалии в нацреспубликах неудивительно, что аналогичные процессы фиксировались и в отношении национальных активистов. Сюда же можно добавить и экологов, и зоозащитников, и много кого еще.

Провозглашенный уже давно концепт умеренного консерватизма долгое время являлся нормирующим принципом, сдерживающим общество. Причем, ключевым тут был не консерватизм, а слово «умеренный». Умеренный консерватизм (сравните с экономной экономикой эпохи брежневского застоя) воспринимается как отказ от резких и радикальных мер, но после 24 февраля 2022 г. его риторика стала восприниматься, скорее, как сдерживающий фактор для выражения живой искренности российского общественного сознания.

В этом плане, конечно же, сдувание мыльного пузыря под названием рассерженные патриоты не является очень сложной операцией для властей, которые доминируют над социумом уже третье десятилетие подряд. Проблему составляют побочные эффекты. Каждый раз, когда власть состригает с поляны социума естественную поросль в виде рассерженных патриотов или, скажем, искренних пацифистов, усиливается не власть, а ее репрессивные функции, а вслед за ними и околовластные группы, которые снимают сливки с уменьшающихся объёмов ресурсного пирога и снижают общую эффективность управления страной.

Многие обратили внимание как под ура-патриотической риторикой проявляются попытки обеспечить банальное рейдерство и раздербанивание остатков собственности западных фирм в России. Это очень показательный и даже симптоматичный тренд.

В итоге формируется следующая ритмика процессов: любая идея или смысл, имеющий искреннюю поддержку части социума, ревностно удаляется из общественно-политического дискурса, а между тем, лишенные общественного контроля процессы ведут к накоплению ресурсов у акторов, имеющих за собой силовой ресурс и готовых действовать очень жестко. Это все ведет к накоплению противоречий и снижению качества управления, а также имеет побочный эффект в виде удорожания затрат на производство и потребление.

Молчать общество давно уже научили, причем, очень хорошо. Но проблема в том, что индифферентные к общественному недовольству акторы власти и бизнеса и дальше будут провоцировать те решения, которые ведут к обрушению экономики, неконтролируемому росту инфляции и прочим стресс-факторам. Остановить этот процесс крайне сложно, в отличие от рассерженных патриотов, которых власти поставили на место достаточно легко и быстро. Хотя говорить о том, что точка в этом вопросе уже поставлена, было бы очень наивно. Этот фактор еще вернется в общественную повестку и, возможно, уже скоро.