Саги минувших времён

Если у вас возникло желание разобраться в основах марксистской философии, рекомендуем обратить внимание на книгу Мориса Корнфорта «Диалектический материализм».

Его труд состоит из трех томов. Но пугаться этого не стоит) Все они написаны простым и понятным языком.

Для знакомства с базовыми понятиями философии мы в первую очередь рекомендуем первый том – «Материализм и диалектический метод». В нем Корнфорт последовательно разбирает основные положения материализма и диалектики и объясняет, что представляет собой диалектический метод.

Здесь раскрываются такие понятия, как идеализм и материализм, метафизика и диалектика, рассматриваются механистический и диалектический взгляды на развитие.

На простых примерах Корнфорт объясняет, почему явления нельзя рассматривать изолированно друг от друга, что такое изменение и развитие и какую роль в этом играют внутренние противоречия. Он разбирает, из чего вообще складывается процесс развития, и показывает, что это не простое линейное движение вперед.

Второй том – «Исторический материализм». В нем принципы материалистической диалектики применяются уже к развитию человеческого общества.

Корнфорт разбирает, какую роль в жизни общества играет производство, как связаны производительные силы и производственные отношения, откуда возникают классы и государство и как материальные условия жизни общества связаны с его идеями, политикой и культурой.

Поэтому, если после общей философской базы хочется понять, как материалистический подход применяется уже к истории и обществу, второй том определенно стоит прочитать.

Третий том – «Теория познания». На наш взгляд, сегодня он уже заметно устарел и во многом повторяет мысли, которые Корнфорт разбирает в предыдущих частях. Поэтому его мы бы оставили уже на ваше усмотрение.

Сейчас трехтомник можно найти в бумажном переиздании на маркетплейсах.

А если предпочитаете электронный формат, книга есть в сети.
Если не получится найти – напишите нам в сообщения группы в ВК, поможем с поиском)

Толпой и в крысу! | BG3 Стрим

Видео: https://vk.ru/clip-232828692_456239215

Беспощадные кубики | BG3 Стрим

Видео: https://vk.ru/clip-232828692_456239214

Дорогие любители и ценители «Саг»!

У нас важное и не очень веселое объявление: мы дружно приболели 🤒

Поэтому, к большому сожалению, ближайший стрим придется перенести. Новую дату пока назначать не будем – сначала постараемся как следует восстановиться.

В ближайшее время также возможны перебои с постами.

Надеемся поскорее прийти в себя и вернуться к вам с новыми силами!

Берегите себя и не болейте!)

Сегодня в нашей археологической рубрике история про недошедшие письма и вскрытые конверты)

В древнем Канеше, на территории современной Турции, археологи еще в 1994 году нашли запечатанный глиняный конверт. Внутри него находилась небольшая табличка с клинописным текстом.

Такие письма использовали ассирийские купцы, торговавшие в Анатолии в XIX–XVIII веках до н. э. Текст писали клинописью на небольшой глиняной табличке, затем помещали ее в оболочку из глины. На внешней стороне могли написать имя адресата и поставить печать отправителя.

Вот только для исследователей такие запечатанные письма представляют проблему. Чтобы прочитать табличку, нужно сначала добраться до нее через глиняную оболочку.

Раньше узнать содержание такого письма можно было довольно радикальным способом – сломать оболочку. Так действительно поступали с некоторыми находками в прошлом, но при этом безвозвратно уничтожались надписи и оттиски печатей на самом конверте.

Поэтому найденное в Канеше письмо десятилетиями оставалось непрочитанным.

На самом конверте было указано, кому предназначено послание: «Эннум-Ашшуру, сыну Шалим-Ашшура. Печать Анна-анны». Оттисками своей цилиндрической печати Анна-анна покрыла все стороны конверта.

Но содержание самого письма оставалось скрыто внутри.

В 2024 году его исследовали при помощи мобильного рентгеновского компьютерного томографа ENCI.

Аппарат позволяет получить трехмерное изображение поверхности таблички, спрятанной внутри глиняной оболочки, а затем фактически «развернуть» ее на компьютере.

И выяснилось, что Анна-анна писала своему мужу Эннум-Ашшуру.

Эннум-Ашшур был купцом и путешествовал по городам Центральной Анатолии. Перед отъездом он поручил жене забрать серебро у человека, которому дал его в долг.

Анна-анна несколько раз ходила к должнику.

Тот сначала утверждал, что уже передал серебро другому человеку. Когда Анна-анна пригрозила найти свидетелей и доказать обратное, он наконец заявил прямо: ей денег не отдаст и заплатит только самому Эннум-Ашшуру, когда тот вернется.

После чего Анна-анна написала мужу, по сути: хватит заниматься другими делами – приезжай и разбирайся сам.

Это письмо наглядно показывает устройство староассирийского общества начала II тысячелетия до н. э. – прежде всего той его части, которая была связана с дальней торговлей между Ашшуром и Анатолией.

Купцы относились к состоятельной части свободного городского населения. Дальняя торговля приносила значительные доходы, а крупные торговцы могли владеть домами и рабами, давать серебро в долг и вкладывать средства в торговые предприятия. Караваны везли из Ашшура в Анатолию прежде всего олово и ткани, а обратно – серебро и золото.

Торговля строилась на сети родственников, партнеров и представителей, поэтому в нее была включена и семья купца.

Женщины из этой среды не только вели домашнее хозяйство. Они производили ткани для продажи, владели собственным серебром, выступали кредиторами и вкладывали средства в торговлю. В отсутствие родственников-мужчин они также могли заниматься их делами.

Поэтому поручение Эннум-Ашшура жене получить долг не выглядит чем-то исключительным. Анна-анна действовала как член состоятельной торговой семьи, непосредственно включенный в ее хозяйственные дела.

Это позволяет говорить о довольно значительной имущественной и хозяйственной самостоятельности женщин именно этого социального слоя. Но распространять этот вывод на всех женщин староассирийского общества мы, конечно, не можем.

Поскольку конверт так и остался запечатанным, исследователи предполагают, что письмо Анна-анны до мужа так и не дошло.

Поэтому мы, к сожалению, никогда не узнаем, сколько еще Эннум-Ашшур собирался заниматься своими важными делами вместо возвращения домой))


Источники:
https://www.nature.com/articles/s40494-026-02568-7
https://arscan.parisnanterre.fr/lire-des-lettres-vieilles-de-4000-ans-enfermees-dans-leur-enveloppe-dargile-grace-a-la-tomographie

Военное дело эпохи Средневековья нередко ассоциируется с рыцарями в сверкающих доспехах, с расстреливающими их коварными лучниками, с суровыми мореходами-викингами или, на худой конец – с причудливо, не по-европейски экипированными самураями. Словом, ассоциируется с колоритными воителями, которые на полях сражений друг друга нещадно истребляют, демонстрируя мастерство и отвагу или (в случае поражения) их острую нехватку.

Представление о том, что война – это только массовое насилие, активно продвигает массовая культура. Так уж вышло, что книги, фильмы, сериалы и игры демонстрируют бравых одоспешенных воинов и их подвиги, но почти всегда оставляют за бортом важные вопросы.

А откуда берутся мечи и доспехи? Как вооружение обслуживается в полевых условиях (ремонтируется, защищается от ржавчины и т.п.)? Как, куда и почему движутся войска перед сражением? И как вообще прокормить целую ораву агрессивных граждан да еще вместе с лошадьми?

Ведь военное дело решительно любой эпохи – это не просто насилие, а силовое противостояние двух экономических субъектов. За каждым рыцарем или наемником стоят сотни сеющих и пашущих крестьян, каждый меч – это тысячи человеко-часов труда (не только оружейников и рудокопов, но и опять-таки крестьян, которые ремесленников кормят). И на деле именно работа большой и сложной экономической системы во многом определяет исход войн, а не индивидуальная доблесть.

Каково же было наше удивление, когда мы решили запустить кооперативную игру Wartales – средневековую песочницу про отряд наемников, который пытается выжить и преуспеть во время гражданской войны в вымышленном королевстве.

Здесь вопросы пропитания, своевременной выплаты жалования, освоения ремесел, организации военного лагеря занимают примерно 90% игрового времени, что безнадежно и совершенно реалистично отбрасывает сражения на второй или даже третий план.

Необходимо поддерживать профицит бюджета, улаживать разногласия между воинами, пытаться любым путем раздобыть хорошую воинскую справу вместо вил и лохмотьев, а также выстраивать социальные связи. Просто всех грабить – вообще не вариант, ведь где-то нужно продавать добычу и вербовать новых воинов, не говоря уже про неизбежное организованное сопротивление. Придется ладить с местными ремесленниками и купцами или хотя бы частью из них.

Опытные геймеры пишут, что на более поздних этапах Wartales еще сильнее превращается в военно-экономическую головоломку с торговым балансом, логистикой и ремесленным производством. Мы же серьезную полновесность игры успели ощутить даже на первых порах, управляя отрядом из шести бойцов, пытающихся выжить в крайне недружелюбном феодальном мире.

И если в играх вы требовательно ищете реализм, а не просто экшен ради экшена, то очень может быть, что вам тоже Wartales придется по вкусу.

Он приходит к мысли, что новые производительные силы должны использоваться в интересах всего общества, а само производство должно строиться на общей и кооперативной основе.

То есть путь Оуэна тоже очень показателен: от улучшения условий внутри существующей системы – к критике самой частной организации производства.

На примере Сен-Симона, Фурье и Оуэна хорошо видно, как развивается социалистическая мысль: появляется исторический взгляд на общество, углубляется критика буржуазного порядка и ставится вопрос о самой организации производства.

Но общий предел у них пока остается прежним.

Капитализм и классовая борьба еще недостаточно развиты, поэтому новое общество приходится скорее конструировать, чем выводить из реального движения самого капитализма.

Позднее, вместе с развитием крупной промышленности и пролетариата, появляется возможность сделать следующий шаг – перейти от утопического социализма к научному.

Так что ругать утопистов за их «розовые замки» немного несправедливо. Каков был фундамент – такова и теория))

И в результате революции власть получила прежде всего буржуазия – то есть наиболее состоятельная часть третьего сословия.

При этом главного противоречия капиталистического общества – между буржуазией и пролетариатом – он еще не видит.

Сен-Симон противопоставляет друг другу не рабочих и капиталистов, а «праздных» и тех, кто участвует в полезной хозяйственной деятельности. Причем к последним он относит и рабочих, и ремесленников, и предпринимателей, и торговцев, и банкиров.

То есть в его теории рабочий и капиталист пока еще оказываются по одну сторону – как представители производящего, «промышленного» класса.

Но для своего времени это все равно был огромный шаг вперед.

Сен-Симон уже связывает устройство общества с развитием производства и говорит о необходимости улучшения положения «самого многочисленного и самого бедного класса».

Еще одна важная его мысль, которую особенно отмечает Энгельс, касается будущего самой политики. Сен-Симон полагал, что со временем управление людьми должно уступить место организации производства – управлению вещами и производственными процессами.

Энгельс видел в этой идее предвосхищение будущей теории отмирания государства.

Если Сен-Симон особенно силен как исторический мыслитель, то Фурье – прежде всего как блестящий критик буржуазного общества.

Фурье берет представления просветителей о разумном и благополучном обществе и сравнивает их с тем, что получилось на практике.

Общество должно было становиться разумнее и богаче – а на деле вместе с ростом богатства сохранялись бедность, конкуренция, спекуляция и зависимость людей от денег.

Особенно важна его мысль о том, что в буржуазном обществе бедность порождается самим изобилием.

То есть проблема уже не только в том, что общество производит слишком мало. Напротив, производство и богатство могут расти, а нужда при этом никуда не исчезать. Более того, сам способ организации общества может приводить к тому, что рост богатства сопровождается бедностью значительной части людей.

Особенно ценна способность Фурье видеть противоречивость общественного развития.

Прогресс у него не выглядит прямой дорогой от плохого к хорошему. Одна и та же историческая форма может сначала способствовать развитию общества, а затем сама стать источником новых противоречий.

Именно поэтому Энгельс говорит о диалектическом характере мышления Фурье.

Еще одна тема, в которой Фурье заметно опередил свое время, – положение женщины.

Он резко критиковал ее зависимое положение в семье и браке, где экономическое и юридическое преимущество принадлежало мужчине. Энгельс особо отмечает связанную с Фурье мысль о том, что степень общественного освобождения можно измерять степенью освобождения женщины.

Совсем с другой стороны к тем же проблемам подошел Оуэн.

Он сам был успешным фабрикантом и хорошо видел, как новая фабричная система работает на практике.

Оуэн исходил из важной для своего времени мысли: характер человека в значительной степени формируется условиями его жизни и воспитания.

Отсюда следовал и практический вывод – если общество хочет изменить людей, нужно менять не только самих людей, но и среду, в которой они живут и работают.

И Оуэн действительно пытался проверить это на практике.

В Нью-Ланарке – фабричном поселке в Шотландии, которым управлял Оуэн, – он сократил рабочий день, ограничил использование детского труда, улучшал условия жизни рабочих и уделял большое внимание образованию.

При этом предприятие оставалось прибыльным.

Для Оуэна это было принципиально важно: тяжелые и бесчеловечные условия труда вовсе не являлись необходимым условием эффективного производства.

Но постепенно он приходит к следующему выводу – одной модели «хорошего фабриканта» недостаточно.

Рабочие по-прежнему оставались наемными, предприятие принадлежало собственникам, а рост производительности труда благодаря машинам прежде всего увеличивал богатство владельцев.

И вот здесь Оуэн делает уже гораздо более радикальный шаг.

Сейчас с высоты постзнания об утопическом социализме часто говорят с некоторой долей упрека. Мол, заблуждались товарищи, понастроили себе «розовых замков» и идеальных обществ, которые просто работать не могли. Не к тем классам обращались, не там искали движущую силу общественных преобразований, а вместо анализа существующего общества пытались заранее придумать, как должно быть устроено будущее.

Но истина в том, что утопический социализм ошибкой не был. Это был необходимый этап развития социалистической мысли.

Как писал Энгельс в небезызвестном «Анти-Дюринге», «утописты [...] были утопистами потому, что они не могли быть ничем иным».

Речь прежде всего о трех крупнейших представителях утопического социализма – Сен-Симоне, Фурье и Оуэне.

И для подтверждения данной мысли вслед за Энгельсом посмотрим, в каких исторических условиях возник утопический социализм и как развивались идеи его крупнейших представителей.

Это был далекий XVIII век)

Французские просветители тогда критиковали феодальный порядок с позиций разума.

Сословные привилегии, абсолютная монархия, власть церкви – все это представлялось им неразумным и потому должно было уступить место разумному государству и разумному обществу.

То есть такому порядку, который основывался не на наследственных привилегиях и традициях, а на общих для всех законах, юридическом равенстве и частной собственности, освобожденной от феодальных ограничений.

Великая французская революция 1789–1799 годов старый порядок действительно разрушила. Были уничтожены многие феодальные привилегии, утверждено юридическое равенство, собственность освобождалась от прежних сословных ограничений.

Но, увы, обещанного «царства разума» почему-то не получилось.

Эта свобода частной собственности открыла дорогу развитию капитала. Но для множества мелких собственников она же означала возможность лишиться своей собственности в конкурентной борьбе с крупным капиталом.

Юридическое равенство не уничтожило имущественного неравенства, свобода собственности не означала равенства собственников, а вместе с развитием капитализма все отчетливее проявлялись уже новые противоречия – между богатством и бедностью, капиталом и трудом.

То есть феодальный порядок действительно был разрушен. Но вместе с новым буржуазным обществом возникли и новые противоречия – конкуренция, власть денег, резкое имущественное неравенство, тяжелое положение рабочих.

И довольно быстро стало понятно, что возникшее на его месте буржуазное общество тоже далеко не являлось тем самым разумным и гармоничным устройством, которого ожидали просветители.

И вот на этом фоне в начале XIX века появляются Сен-Симон, Фурье и Оуэн.

Они уже видят и обозначают многие противоречия нового общества, но предложить стройную теорию их разрешения еще не могут. В это время капиталистические отношения только-только начинают складываться.

Во Франции крупная промышленность была развита слабо, в Англии только набирала силу. Противоположность между буржуазией и пролетариатом еще только начинала проявляться, а сам пролетариат еще не сложился как самостоятельный класс, способный вести собственную политическую борьбу.

И вот в такой период, когда «болезни» нового общества уже видны, но силы, способные его преобразовать, еще не успели проявиться достаточно ясно, и возникает утопический социализм.

Но при всей утопичности и некоторой, как сейчас нам кажется, «наивности» этих учений каждое из них было для своего времени глубоко прогрессивным.

Сен-Симон, Фурье и Оуэн по-разному улавливали противоречия нового общества и выдвигали идеи, заметно опережающие свою эпоху.

Сен-Симон одним из первых начинает смотреть на общество исторически.

Рассуждая о Великой французской революции, он видит в ней не просто столкновение политических идей, а борьбу различных общественных групп.

Сен-Симон замечает, что третье сословие, которое во время революции выступало как единое целое против дворянства и духовенства, на самом деле было неоднородным.

Вечером в среду после... ужина продолжим наше негероическое прохождение Baldur's Gate 3!))

Встречаемся 16 сентября, в 20:30 в ВК!

Добавляйте нашу страницу VK Live, чтобы не пропустить следующие трансляции:

https://live.vkvideo.ru/sagi_mw

🔮 Астрологи провозгласили конец Раннего Доступа. Новый выпуск стал доступен всем!)

Продолжаем смотреть и разбирать советско-норвежский фильм «И на камнях растут деревья».

Кукша, теперь уже Эйнар Счастливый, живет среди викингов, находит любовь и оказывается в центре любовного треугольника и очень странных, неразумных интриг))

Смотрим, обсуждаем и выясняем, насколько убедительно фильм заканчивает свою историю.

Приятного просмотра!

Смотреть выпуск на YouTube – https://youtu.be/GUR4K53v4Ds
Поддержать «Саги» на Boosty – https://boosty.to/sagi_mw

Видео: https://vk.ru/video-232828692_456239204

Калевала: кузнец-трудоголик и болотное железо

Видео: https://vk.ru/clip-232828692_456239212

Продолжаем наш вольный пересказ «Калевалы». Разберем руны 4–10.

В этом выпуске история Айно подходит к трагическому финалу, Ёукахайнен снова сталкивается с Вяйнямёйненом, а сам Вяйнямёйнен оказывается далеко на Севере – во владениях Лоухи. Но помощь Хозяйки Похъёлы оказывается не бескорыстной: за возвращение домой Вяйнямейнен обещает ей чудо-мельницу, которую должен выковать кузнец Ильмаринен.

Вместе с этим разберемся:
· откуда, согласно «Калевале», взялось железо;
· как в мире эпоса работают брак, обмен, родовые обязательства и труд мастера;
· что такое Сампо и почему эта загадочная мельница становится источником богатства.

Приятного просмотра!

💫 На данный момент ролик доступен в раннем доступе для наших подписчиков:
VK Donut — https://vk.com/sagi_mw
Boosty — https://boosty.to/sagi_mw

Спасибо всем, кто поддерживает наш уютный исторический уголок))

Видео: https://vk.ru/video-232828692_456239209