Проф. Жижиленко ещё в 1925 г. объяснял, как в контексте имущественных преступлений следует понимать "имущество" и "право на имущество", появившиеся, кажется, в УК 1922 г. и живущие в нашем законе поныне.

"Имущество" - это просто-напросто движимая вещь в самом классическом ее понимании. Предмет, который можно захватить и физически переместить в пространстве.

Вещи наиболее "беззащитны" против имущественных посягательств и поддаются любому способу действия (краже, грабежу, разбою, мошенничеству и пр.)

"Право на имущество" - это ничто иное, как имущественное право, включая: вещные права на недвижимость, обязательства, исключительные и корпоративные права. Сюда же следует отнести доли в праве общей собственности и ограниченные вещные права на движимость.

Приобрести объекты данной категории можно только через побуждение обладателя права к совершению "сделки".

В силу своей нематериальной природы права защищены от "грубых" физических отнятий (кражи, грабежа, разбоя) и для изменения своей юридической судьбы требуют участия в деликте самого потерпевшего, который побуждается к уступке угрозой (вымогательство) или обманом (мошенничество).

Кажется, такое понимание наиболее последовательно, логично и уместно для действующих редакции как ст. 159, так и ст. 163 УК РФ.