мы живём по принципу "берём от жизни всё, что по акции".
поэтому как бы я не относилась скептически к данной технологии, профессиональный исследовательский интерес взял верх
и вот, что мне есть сказать по этому поводу
изначально самым ярким (и единственным) юзкейсом данного продукта мне представлялась съёмка фото и видео без рук (и да, meta хотя бы напоминает, что у людей вокруг нужно брать согласие)
но дополнительно к этому можно
- проводить в них рабочие звонки: есть встроенные динамики
- ещё я сразу увидела свой юзкейс: велосипед. у них “открытые” динамики – звук города не перекрывается полностью, можно ехать и слушать музыку, слышать подсказки навигатора, отвечать голосом или нажатием на дужку.
и стоит сказать, что meta активно этот юзкейс реализует в их линейке очков совместно с oakley, заточенной под хардкорных велосипедистов.
а потом начинается сетап.
чтобы очки вообще завелись, нужно скачать meta ai 🥴
и дальше – момент, который ВЫБЕСИЛ меня как ux researcher: я не могла начать пользоваться продуктом без того, чтобы разрешить всегда отслеживать мою локацию.
не “будет удобнее”, не “нужно для некоторых функций”, а просто “без этого дальше не пойдем”. пришлось согласиться
у меня включилось профессиональное раздражение: почему пользовательский опыт у западного big tech всё чаще выглядит как принуждение?
почему “попробовать девайс” всё чаще означает “сразу же согласиться на передачу кучи своих данных"?
как мы докатились до жизни такой?
думаю, многим в этом канале известна концепция surveillance capitalism за авторством Шошанны Зубофф.
и если прослеживать, в какой момент большие компании стали всё больше играться в авторитаризм, то есть отправная точка – кризис доткомов 2000 года.
тогда Google столкнулся с экзистенциальным вопросом: как монетизировать бесплатный поисковый сервис после кризиса? инвесторы угрожали вывести финансирование. в этот момент отчаяния google совершил открытие, которое переопределит капитализм XXI века:
google понял, что данные о поисковых запросах пользователей } это не просто побочный продукт сервиса, а ценное сырье, которое можно использовать и продавать. Зубофф называет это «цифровым отчуждением» (digital dispossession) – присвоением человеческого опыта как бесплатного ресурса для скрытых коммерческих практик.
и в течение следующих 20+ лет всё становится ещё интереснее:
– facebook news feed (2006): мир становится лентой, которую тебе собирают (сначала почти нейтрально, в хронологическом режиме, потом всё более “кураторски” через алгоритмы).
– google ремаркетинг (2010): реклама перестаёт быть про контекст страницы и становится про твоё поведение вчера и начинает следить за человеком по всему интернету, чтобы предлагать ему наиболее релевантную рекламу.
и это лишь пара примечательных примеров. в истории big tech, уверена, таких историй и скандалов уже собралось не на один томик. за эти 25 лет в итоге “улучшение продукта” стало означать “больше уверенности в предсказании и управлении поведением”, а не "удобство пользователя", как мы думаем об этом.
Зубофф называет это instrumentarian power: власть, которой не нужно воспитывать тебя идеологией и не нужно заставлять насилием; достаточно настроить среду так, чтобы ты делал нужные действия предсказуемо.
мне кажется, самая неприятная подмена – семантическая.
мы (как пользователи и как исследователи) слышим “ux” и думаем одно. корпорация говорит “ux” и имеет в виду другое.
что мы обычно подразумеваем под ux (особенно в контексте российских фирм):
- удобство, понятность, меньше лишних шагов
- контроль пользователя над настройками
- “я понимаю, что происходит и почему”
что западный big tech всё чаще подразумевает под ux:
“меньше трения” = меньше шансов сказать «нет»
“персонализация” = больше данных и точнее профилирование
“бесшовность” = больше автоматических разрешений и связок
“вовлечённость” = максимум времени/реакций, минимум пауз
и вот очки на лице – идеальный пример такой семантической подмены.