О книгах на разных языках, которые не переведены на русский язык.
По всем вопросам пишите в директ канала.
Post #505
1.75K
Forwarded from I am booked
Perfection by Vincenzo Latronico
Роман начинается с описания квартиры. Такой, знаете, из тех, что с первой секунды хочется сохранить в подборку на Pinterest: огромные глянцевые листья монстеры оттеняет медового цвета паркет, пушистый пёстрый ковёр словно приглашает пройтись босиком, на кофейном столике небрежно разбросаны журналы об искусстве и дизайне.
Но вскоре становится ясно: перед нами не настоящая квартира, а её образ — тщательно отредактированные фотографии, которые герои публикуют в соцсетях, чтобы сдать жильё. В реальности ковёр сбивается в угол, на столике — кружка с разводами от засохшего чая, а из розетки торчит зарядка от телефона. В общем, всё то, что каждый из нас инстинктивно убирает с кадра перед тем, как сделать фото. Это несоответствие между картинкой и жизнью — центральный нерв романа.
Анна и Том — экспаты из южной Европы, живущие в Берлине. У них неопределённая национальность: в одной сцене они как будто греки, в другой — итальянцы. Но это и неважно. Они — обобщённый портрет «креативного класса», переехавшего в Берлин, когда он был ещё poor but sexy. Город стал модным, а они — его частью. Или, точнее, частью параллельной реальности, которая с этим городом почти не соприкасается.
Они не говорят по-немецки, не читают местных новостей, у них нет немецких друзей. Их реальность — это кафе с идеальным освещением и отличным вай-фаем, нишевые арт-галереи и coworking-пространства, где подают кофе с овсяным молоком. Они живут в пузыре англоязычных креативщиков, где все работают удалённо, все слушают одни и те же подкасты, смотрят одни и те же инстаграм-сторис. Их друзья — такие же люди без корней и якорей.
Анна и Том — графические дизайнеры. Они зарабатывают визуалами, живут в визуалах и в какой-то момент начинают путать образы с жизнью. В соцсетях они следят за тем, что едят, носят, куда летают их знакомые, и стараются не отставать. Их собственные поездки становятся фотосессиями с элементами поездкт. Даже если им было холодно, скучно, одиноко, это неважно: главное, что фото получились живописные. Красочная плитка азулежу на стене, живописный виноградник на заднем плане, хороший свет из окна — всё это создаёт иллюзию отлично проведённого времени, жизни, которой можно позавидовать.
Иногда им хочется оказаться в другой эпохе — например, летом 1968-го или в момент падения Берлинской стены. Прошлое кажется намного более насыщенным смыслом, предыдущим поколениям как будто было проще определиться со своими ценностями и бороться за то, что для них важно. А что остаётся Анне и Тому? Отстаивать гендерное равенство в советах директоров? Стать вегетарианцами? Их революция — внутренняя, тихая, неуверенная, упакованная в фильтры VSCO и сторис в Close Friends.
Поражает тон Латронико — холодно-насмешливый, даже жестокий. Он препарирует Анну и Тома с точностью энтомолога, без попытки их оправдать или пожалеть. Он видит их насквозь, и показывает нам не только их тщеславие, инфантилизм и нарциссизм, но и ту растерянность, с которой так легко себя соотнести.
Анна и Том — это зеркало, в котором отражаются и наши стремления и самообманы. Perfection — это не о том, как красиво жить, а о том, как жить, когда красиво — это главное. И как страшно становится, когда за всей этой красотой не остаётся ничего настоящего.
#прочитано@books_etc
Роман начинается с описания квартиры. Такой, знаете, из тех, что с первой секунды хочется сохранить в подборку на Pinterest: огромные глянцевые листья монстеры оттеняет медового цвета паркет, пушистый пёстрый ковёр словно приглашает пройтись босиком, на кофейном столике небрежно разбросаны журналы об искусстве и дизайне.
Но вскоре становится ясно: перед нами не настоящая квартира, а её образ — тщательно отредактированные фотографии, которые герои публикуют в соцсетях, чтобы сдать жильё. В реальности ковёр сбивается в угол, на столике — кружка с разводами от засохшего чая, а из розетки торчит зарядка от телефона. В общем, всё то, что каждый из нас инстинктивно убирает с кадра перед тем, как сделать фото. Это несоответствие между картинкой и жизнью — центральный нерв романа.
Анна и Том — экспаты из южной Европы, живущие в Берлине. У них неопределённая национальность: в одной сцене они как будто греки, в другой — итальянцы. Но это и неважно. Они — обобщённый портрет «креативного класса», переехавшего в Берлин, когда он был ещё poor but sexy. Город стал модным, а они — его частью. Или, точнее, частью параллельной реальности, которая с этим городом почти не соприкасается.
Они не говорят по-немецки, не читают местных новостей, у них нет немецких друзей. Их реальность — это кафе с идеальным освещением и отличным вай-фаем, нишевые арт-галереи и coworking-пространства, где подают кофе с овсяным молоком. Они живут в пузыре англоязычных креативщиков, где все работают удалённо, все слушают одни и те же подкасты, смотрят одни и те же инстаграм-сторис. Их друзья — такие же люди без корней и якорей.
Анна и Том — графические дизайнеры. Они зарабатывают визуалами, живут в визуалах и в какой-то момент начинают путать образы с жизнью. В соцсетях они следят за тем, что едят, носят, куда летают их знакомые, и стараются не отставать. Их собственные поездки становятся фотосессиями с элементами поездкт. Даже если им было холодно, скучно, одиноко, это неважно: главное, что фото получились живописные. Красочная плитка азулежу на стене, живописный виноградник на заднем плане, хороший свет из окна — всё это создаёт иллюзию отлично проведённого времени, жизни, которой можно позавидовать.
Иногда им хочется оказаться в другой эпохе — например, летом 1968-го или в момент падения Берлинской стены. Прошлое кажется намного более насыщенным смыслом, предыдущим поколениям как будто было проще определиться со своими ценностями и бороться за то, что для них важно. А что остаётся Анне и Тому? Отстаивать гендерное равенство в советах директоров? Стать вегетарианцами? Их революция — внутренняя, тихая, неуверенная, упакованная в фильтры VSCO и сторис в Close Friends.
Поражает тон Латронико — холодно-насмешливый, даже жестокий. Он препарирует Анну и Тома с точностью энтомолога, без попытки их оправдать или пожалеть. Он видит их насквозь, и показывает нам не только их тщеславие, инфантилизм и нарциссизм, но и ту растерянность, с которой так легко себя соотнести.
Анна и Том — это зеркало, в котором отражаются и наши стремления и самообманы. Perfection — это не о том, как красиво жить, а о том, как жить, когда красиво — это главное. И как страшно становится, когда за всей этой красотой не остаётся ничего настоящего.
#прочитано@books_etc
- 🕊 25
- 🐳 12
