даня раптанов. стихи

понки-понки,
ты стал свидетелем чего-то большого...

возьми для росчерка пера лихое слово
стань заповедным мастером живой строки
кляни обычное и неживое
пусть льётся стих из-под руки

здесь бывшие поэты увядают
под тяжелеющей рукой страны
становятся мифическими дали
родного хутора вблизи раскидистой волны

нас ждёт великая эпоха, понки
грядут темнейшие, затем придёт заря
возьмём перо в ручонки тонкие
напишем стих, апрель до января

алисе

ещё один белый день,
на стенке нацарапано "алиса,
пройди со мной по безупречной глади,
очередную зиму пережди".

мы хлеб жуём и курим сиги,
не пишем радостных стихов.
я был затишьем перед
другим затишьем.
ты точно ангелом была.

плывём измученные в сети,
под нами ветхий человек,
над головой череповецкий дым.
всё сбудется,
а мир
придумаем мы сами.

даня раптанов - апрель до августа

СЛУШАТЬ
СЛУШАТЬ
СЛУШАТЬ

при уч. Максим Плакин, Дариа Солдо, .полярная соника, Матвей Цапко, Борис Кутенков, Егор Евсюков, Сафа Чернова, Сергей Трафедлюк, Алиса Юрьева, Паша Автоменко, Саша Ембулаева

музыка: Брритва

обложка: денис петуния

ты шла по снегу босиком
там где завьюженные тропы
и море в сине-голубом
тебе нашёптывало что-то

мы жили будто в полутьме
в тени святых, убогих, нищих
в обыкновенной кутерьме
где мы придумывали вирши

пусть все останутся, а мы
умрём в Монголии под пылью
пусть нам священные псалмы
поют с небес, мы станем былью

на неподдельной глубине
где нас никто не слышит
ты растворяешься во мне
святом, убогом, нищем

приди когда я буду ну
совсем простужен
я искуплю свою вину
замерзну в стуже

пообещаю снова дом
и сон как нежное мурчание
маленькая ты выйдешь вон
присматриваясь к очертаниям

приснится лето в январе
я погиб на Валааме
на монастыровом дворе
да в опостылой яме

а жизнь моя была легка
но то одни потёмки
за окном невыносимая зима
увидишь свет - сомни и скомкай

заиндевелый первобытный путь
и мне обыкновенно холодно
стою. пытаюсь не уснуть
здесь тундра завывает волком

заклинаю непонятные слова
наран хасар шатана
должно быть тут идёт война
исток Иркута охраняют ханы

мой брат Баян показывает всем
как дышит лес, хвоится ельник
Хангай Баян оказывается нем
пусть за него всё скажет можжевельник

мой Отец не принимает жалости
я продолжаю на бурятском петь
что остаётся мне, слепому мальчику?
так я останавливаю смерть

светились искорки на беспокойном небе
и Ладога пролепетала эхом
полуденный молебен
и шёпот ласковый ко мне доехал:

кто будет свят тот обжигает руки
и полностью сгорает на Покров
того не принимают на поруки
и нарушается порядок слов

вот нам с тобою жить теперь
любить планету незнакомую
и если обойдёмся без потерь
то станем вместе невесомые

под гул животворящий да смех толпы
под совершенный эпос улицы
я распадаюсь на нормальные стихи
они под белым небом крутятся

для псов изобретают подворотню
маленькие и бесконечно свЯтые
мирному кресту господню
молитву на собачьем лают

так часто происходит - я теряю дом
ищу его и по кошачьим тропам
в саду где бабочки не плачут о
том как гусеницами было плохо

организую место для ночлега
по дороге белой скатертью
в холодную телегу да под небом
я заберусь и буду спать там

холодное майское утро
услышал от неясыти
тревожное уханье:
недоверие и слёзы,
поднимайся к нам и улетай
на север или юг или ещё куда-нибудь
сожги свой дом, не оставляй следов
тебя наверное будут искать

я отправил с птицами свою копию
сделанную из подручных
любимых вещей
дорогих воспоминаний
из доброго слова
из моего имени

птицы летели и видели
как взрослеет один из нас
становится ужасным и злым
удушье в нескончаемом тёмном
страшном как внезапная смерть
осознании себя одинокого
так заканчивается любовь
и рождается что-нибудь новое

возвращение к жизни
против течения плыву
сменяются мысли:
как хрупкая весточка добиралась
до японского моря?
как по пути малышка-неясыть
не затерялась среди снегов?
оригинал я или копия
улетевшая с птицами?

Даша Солдо 🙏🙏🙏

пространство света нам диктует правила.
от контура нелепого до абсолютной правды
изображаю существо, воображая дали.
здесь трудно жить и долгие печали
преследуют и в мимолётном мае
и в декабре, мы все устали

мы снова проиграем в прятки
увидим дом. во сне. и всё в порядке
всё оказалось первобытным миром
а в нём поэзия на первобытной лире
и в нём трагедия хранит руины
мы оказались в тонкой паутине
я стану тоньше паутины

я стану продолженьем сна
в кромешной тьме, где все слова
не заглушают ангельское пение
тревожное моё сердцебиение
там по земле бежит вода
и бесконечная кончается зима

Алисе Юрьевой

тёмное безвременье туманная вода
вернуться к Слову Божию
исчезнуть навсегда

открыть глаза и сумерки
в ресницах сонных глаз
немой вопрос: я умер ли?
я спал и снова видел Вас

проснуться в замке одиноко
хрусталь звенит играет флейта. дом
на тёмных вайбах существует долго
апрель до августа во всём как сон

на крыше сатанеет ветер
смехом заливается птенец
скрытен был и незаметен
лучины тлеющей конец

свято брюхо светляковое
на могиле на сырой земле
похоронены стихи и новое
время отведённо мне
я теперь на крайнем севере
на востоке и в Череповце
проживу остаток времени
совсем не изменюсь в лице

крайне долгое затишье
я потихоньку и слегонца
крыльями задену крыши
твоего
касаясь лица

блатняк на хуторе близ Диканьки
разбой и несмешные шуточки
мы в гаражах гасились с Санькой
бычки курили, самокруточки

на выпускном глушили белую
без кайфа, мы отмечали дело
пьяные мы создавали целые
миры и в них же верили

соседку увезли на скорой
ей девяносто десять лет
увидимся теперь не скоро
легла и умерла в обед

родители моих кентов
они как я и много плачут
я не понимаю многих слов
вернее, что те значат
ну типа смерти, кстати
это ведь у стариков
а оказалось, что у бати

мы разговаривали с Богом
он жил на иве и спускался к нам
щелкали семки, босоногие
нас дядь Валера поругал
за то, что заболеем
а денег нет, а там поди умрём
но мы ему не верим
мы босоногие на лавочке вдвоём

выдохну, втяну живот
продолжу плыть
пусть день наоборот
идёт и может быть
плыть проще по течению
не умаляй моей борьбы
от прикосновений
всеудушающей среды
и белой черни

могла бы быть река
но будут речи
я всё с черновика
переведу
на человечий

уйду во тьму и стану сон
а ты из трав бери, беги
туда, где лес, туда где Он
на пальчиках твоих бытует

звенящий голос бабушки
две тысячи десятые года
там вечно лето, солнце, камушки
а с крыши капает вода

по телеку крутили Брата
Земля, АукцЫон - Дорога
запрещено ругаться матом
я думал вырасту и стану Богом
и будет юной бабушка моя
как на фотографиях с альбома
где в волосах не седина
а только ветер и колючка с поля

Дане Раптанову

зелёным маревом ушел во сны
но перед тем остался на подольше
в соцветии рассвета и зари
пустил по моей коже корни

и у смерти моей будут твои глаза
словно две холодные льдинки
чей оттенок не разглядеть никогда
он растает на ветру как снежинки

но
в моих садах мертвы цветы
украшает лишь солнца луч золотого
безвременье, созвездие «я и ты»
и тихий-тихой отзвук былого

а ты тихо постой
у могилы моей до утра

как огарок восковой
на старенькой полке.

пятнадцать лет назад
смотрел на затмение солнца
я испугался и думал
что света не будет
и не будет меня
расстроится бабушка
и даже заплачет

эта земля под ногами
ненастоящая?
вой соседской собаки
последнее что услышу?
прохожие куда-то идут
я один это вижу?

точнее не вижу

теперь
уже знакомое небо
устало со мной говорить
я будто опять семилетний
майка дырявая маечка
а небо холодное светит
для семилетнего данечки

это было на севере
за семью снегами
девятью ветрами
в этих широтах кончается мир
начинается долгий сон
в котором случается разное

птицы кричат о помощи
тяжелы их сизые крылья
они на себе несут
целую жизнь, которую
я когда-то придумал

сгорает лес и зарево —
твои рыжие волосы.
теперь только небо
над твоим городом
место наших встреч

я вижу тебя котёнком
рыжим и неуклюжим
тебе тесно и стены
давят на лапки
хочется убежать

в момент касания твоих
ангельских рук
моих обыкновенных
я видел свет —
я видел Бога

в одну из моих поездок
по бесконечной России
я потерял ощущение дома

через безымянные километры
на которых живут русалки
тихие воды, безликие дома
я вышел на далёкой станции
в забытом городе Сибири

он крохотный стоит и робкий
там дома скрывают шрамы
признаниями в любви
которыми украшена
каждая стена

там снег в сентябре
ржавый гвоздь на нитке
стихи Шевченко
и незнакомые люди
почему-то стали
моим домом

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀  алисе юрьевой

в саду, что носит твоё имя
храни меня, мои воспоминанья
во снах, где ты не умерла
я снова закрываю веки
держи за бледные худые пальцы
и крепко обнимай как будто
бездну обнимает память
услышав звуки Леты

тут хрупкий лёд и
тёмное безвременье
что дарит ощущение дома?
огарок восковой на полке
там раньше свет был
и тепло