Катя курирует выставки уже 15 лет, закончила магистратуру по теории современного искусства в школе Goldsmiths в Лондоне, а потом получила PhD по культурологии и Human Animal Studies. А ещё она умеет переплавлять огромные интеллектуальные пласты в понятные величины — проверено, потому что я сама училась у Кати на курсе про животных.
Я иногда рассказываю о канале my cat has a crash, посвящённом животным, и кажется, ещё ни разу не говорила о канале «странные времена», посвящённом книгам. Угадайте, кто автор обоих. Тексты и коллизии и там, и там просто дивные.
Когда Катя рассказывает о своих путешествиях в роли куратора, я всегда тихо восхищаюсь. «Тильда Суинтон приходила посмотреть „Великую водочную реку“, над которой наша команда работала в Майами». Или «Самой странной задачей за время моей карьеры был поиск хирурга для участия в перформансе ирано-французского художника Барбада Голшири». Или вот:
Когда я училась, кураторов часто сравнивали с пчелами и другими опылителями — они обеспечивали продуктивные пересечения, заботились, чтобы цветение поляны не прекращалось. Но по-настоящему междисциплинарными кураторские практики стали уже в XXI веке вместе с радикальным расширением географии — сегодня кураторы работают в самых разных местах — от Большого адронного коллайдера до Антарктиды и зоны отчуждения Фукусимы-1. Кураторы нужны везде — на киностудиях и в издательствах, на ледоколах и атомных электростанциях. Поэтому для меня куратор — это ветер перемен, важный участник процессов, противостоящих упадку — даже если силы неравны, в этой работе всегда есть смысл.
Мне кажется, в смутные времена важно учиться — чтобы выйти из них с чем-то сокровенным. Если вы вдруг как раз ищете трек для развития и хотите работать с выставками — возможно, это тот самый путь.
А если вы пока не уверены, но хотите попробовать кураторство, 29 августа можно сходить на бесплатный воркшоп и познакомиться и с программой, и с Катей.
Фото: работы Ани Моховой на выставке «Невозможное неизбежно».