В 1909 году Джек Лондон публикует роман "Мартин Иден" (на самом деле там, конечно, "Эдем" - перед нами Мартын Райский) о том, как выходец из низов стал знаменитым писателем и как это не принесло ему счастья.

"Мартин Иден" - роман отчасти автобиографический. Но только отчасти, потому как, несмотря на бурную молодость, в прямом смысле слова выходцем из низов Джек Лондон не был. Он и в университете поучиться успел, и папа его происходил из семьи одного из отцов-основателей колонии Массачусетского залива, то есть по американским меркам был вполне себе аристократ. Другое дело, что вопрос о том, был ли он женат на маме, остается открытым до сих пор.

В отличие от автора, Мартин Иден - стопроцентный пролетарий, твердо решивший приобщиться к высокой культуре и стать писателем. Довольно быстро он выясняет, что рукописи перед посылкой в редакцию/издательство должны быть непременно переписаны на машинке. Энергичный Мартин тут же берет пишущую машинку напрокат и целый день учится писать на ней.

Почему напрокат? Потому что пищущая машинка стоила в среднем 75 долларов (умножаем на 31, получаем 2325 современных долларов), и, конечно, бывшему моряку и начинающему писателю такая сумма была не по карману. Его первый крупный гонорар составит 22 доллара, а машинка ему нужна прямо сейчас.

Система проката пищуших машинок (понятно, что туда попадали устаревшие и б/у модели) была ориентирована, конечно, не на начинающих писателей, а на девушек с самого низа секретарской иерархии - не имевших постоянного места и бравших работу на дом. Подробнее об этой страте см. рассказ О.Генри "Весна порционно", где героиня - как раз такая машинистка, вынужденная "рыскать в поисках случайной работы по переписке", поскольку она не овладела стенографией и поэтому "не могла войти в яркое созвездие талантов в высокой учрежденческой сфере". Она работает буквально за еду, но, в отличие от истории Мартина Идена, все кончается хорошо.

Мартин Иден упорно идет к своей цели, что сопровождается разнообразными финансовыми бедствиями: "Велосипед и черный костюм Мартина снова отправились в заклад, а за пишущую машинку, по обыкновению, был просрочен платеж". Кульминация наступает, когда он дописывает книгу, которая впоследствии его прославит: "Агент прокатной конторы пришел за пишущей машинкой и, сидя на кровати Мартина, дожидался, когда он допишет последнюю страницу. «Конец» — выстукал на машинке Мартин, и для него это был в самом деле конец. С чувством некоторого облегчения он смотрел, как агент взял машинку и унес ее". Больше Мартин не напишет ни строчки.

Вместе с пишущей машинкой агент унес и волю к жизни, и жажду признания, и вообще все, что заставляло Мартина бороться, терпеть и не поддаваться на уговоры невесты Руфи, которая постоянно ему заявляла: "считала и сейчас считаю, что вам всего лучше было бы научиться стенографии — писать на машинке вы умеете — и поступить в папину контору. У вас большие способности, и я уверена, что вы могли бы стать хорошим юристом".

Как мы увидим, Мартин вовсе не принципиальный противник изучения стенографии, но... Об этом "но" - в продолжении.