(часть 2)
4/ Единственная конструкция с участием государства, которая прямо предусматривает инвестиционные проекты и вытекающие из этого вариативность и риск – государственно-частное партнерство (концессионные и ГЧП соглашения).

В силу того, что прямо в профильных законах о концессиях и о ГЧП установлено, что в соглашениях должны быть предусмотрены способы совместного реагирования инвестора и государства на нестандартные ситуации и риски – так называемые «особые обстоятельства».

Особые обстоятельства и их последствия, фиксируемые в соглашениях с государством:
- обстоятельства, наступление которых может привести к неисполнению или ненадлежащему исполнению обязательств инвестора и (или) возникновению у него дополнительных расходов и (или) недополученных доходов, связанных с наступлением указанных обстоятельств,
- последствия наступления указанных обстоятельств, к которым может относиться в том числе обязательство государства по возмещению таких дополнительных расходов и (или) компенсации таких недополученных доходов.

Такое регулирование позволяет воспроизвести конструкцию - если событие А, то действие AB; если событие AB, то действие CD. И делает эту конструкцию обоснованной с точки зрения юридической квалификации.

5/ Возвращаясь к кейсу ООО «Зета». Наверное, проект мог бы развиваться и по-другому и без уголовных рисков, если бы где-то в соглашении с государством было бы прописано:
- в случае, если и когда проект не найдет дальнейших инвестиций на следующий раунд, государство выдаст гарантию для банков и поможет профинансировать проект до конца за счет банковских денег;
- или просто выделит еще субсидии из госбюджета, что тоже возможно в связи с ранее принятым на себя государством в соглашении обязательством об этом;
- или заберет все активы и наработки проекта до лучших времен себе и оставит их до лучших времен.

С репутационной точки зрения так для государства тоже было бы лучше, чем читать про мошенничество с госсубсидиями в прессе.

Спасибо,
ДШ