Минутка занимательной грамматики:)

Имя Валерий (и почему Евгений Онегин -не Валерий), слово «инвалид» и лекарство «валидол» )

Валеру и инвалида бъединяет общий латинский корень valere — «быть сильным, здоровым, крепким».
Валерий восходит к древнеримскому родовому имени Valerius, образованному от глагола valeo (производного от valere). Имя воплощает пожелание жизненной силы и стойкости — неслучайно «Валериус» был эпитетом бога Марса.

Слово «инвалид» пришло в русский язык в XVIII веке из французского (invalide), а его истоки — в латинском invalidus («бессильный, слабый, больной»). Оно образовано с помощью приставки отрицания in- («не-, без-») и прилагательного validus («сильный, здоровый») от того же valere. Буквально «инвалид» означает «не сильный» или «не здоровый» — так один корень породил антонимы.
При Петре I термин «инвалид» применяли к военнослужащим, утратившим способность служить из‑за старости, болезни или увечья. Их делили на «служащих инвалидов» (ветеранов, формировавших вспомогательные роты) и «неслужащих» (с серьёзными ограничениями). Так слово, связанное с немощью, могло обозначать заслуженных солдат — людей, чья прежняя сила была несомненна.

В «Евгении Онегине» Пушкин использует слово «инвалид» иронически: фраза «в любви считаясь инвалидом, Онегин слушал с важным видом…» называет Онегина «ветераном любовных дел» — опытным и пресыщенным, а не физически ограниченным. Это подчёркивает, что значение слова может выходить за буквальные рамки: от идеи силы (Валерий) через её отрицание (инвалид) — к метафорическому смыслу.

«Валидол» тоже связан с valere: его название отражает идею восстановления сил и облегчения состояния при недомоганиях — буквально «придание силы».
Так через три слова — имя, социальный термин и название лекарства — язык сохраняет память о древнем корне valere, раскрывая сложную связь понятий силы, её утраты и восстановления

Вот, это все Валерьевна пишет))