Сегодня 2 апреля, autism awareness day- Всемирный день распространения информации о проблеме аутизма.

Скажите, кто не связан с аутизмом и не знает про него, вы читали рассказ Рея Бредберри "Tomorrow's child" ( в русском переводе "И все-таки наш") ?

Я его считаю одним из лучших произведений про людей с аутизмом (наряду с фильмом "Особенные").

Есть вещи, к которым заранее подготовиться просто невозможно.
«Никто не ждал испанскую инквизицию» . Но это жизнь в ее многообразии.

Мне хотелось бы, чтобы сегодня вы подумали о людях с аутизмом и почитали про таинственную "голубую пирамидку" у Бредбери. Вот ссылка на перевод Норы Галь

"Питер Хорн вовсе не собирался стать отцом голубой пирамидки. Ничего похожего он не предвидел. Им с женой и не снилось, что с ними может случиться такое. Они спокойно ждали рождения первенца, много о нем говорили, нормально питались, подолгу спали, изредка бывали в театре, а потом пришло время Полли лететь вертолетом в клинику; муж обнял ее и поцеловал...."

Рассказ Рэя Брэдбери «И всё‑таки наш…» (иногда его так и называют «Голубая пирамидка», а в англоязычном оригинале он называется Tomorrow's child - завтрашнее дитя) не посвящён аутизму напрямую, но допускает такую метафорическую трактовку. И собственно , это был первый рассказ, который я прочитала, когда сама заподозрила у Миши аутизм.

По сюжету из‑за сбоя «родильной машины» у пары рождается ребёнок в виде голубой пирамидки — он словно оказался в другом измерении. Родители забирают его домой, но сталкиваются с тем, что совершенно не понимают, как с ним взаимодействовать, мать начинает пить, отец избегает семьи. В финале они сами переходят в измерение ребёнка и превращаются в геометрические фигуры, чтобы жить с ним в одном измерении.

Понятно же, что голубая пирамидка, да еще и с щупальцами, как бы намекает об «инаковости» ребенка: его отчуждённость напоминает трудности социального взаимодействия при РАС, а реакция семьи - стресс и общественную изоляцию, знакомые многим родителям детей с особенностями развития. История в целом читается как притча о безусловной любви и готовности родителей «встать на место» ребёнка, чтобы преодолеть разрыв в понимании.

Примечательно, что рассказ был написан в 1943 году — в тот же год, когда американский психиатр Лео Каннер впервые описал аутизм как самостоятельное расстройство в работе «Autistic disturbances of affective contact» («Аутистические нарушения аффективного контакта»). В своём исследовании Каннер проанализировал случаи 11 детей с характерными признаками: изоляцией, замкнутостью, нарушениями речевого развития и потребностью в однообразии.

Это совпадение во времени добавляет тексту дополнительный слой интерпретации: хотя Брэдбери не ставил целью отразить клинический случай аутизма, его история невольно резонирует с зарождающимся научным осмыслением «инаковости» и поиском способов принять тех, кто кажется «не таким, как все». При этом рассказ остаётся универсальной аллегорией принятия «другого», а не буквальным описанием РАС