паша авто́менко-прайс. стихи

где была твоя
память вчерашней ночью
скажи пожалуйста мне
или ты не помнишь

ну на оранжевых кончиках окон
те лица вымотанные в паутине
смотрят на нас с третьего этажа

этот город перестал
радоваться вместе со мной
мы больше не созависимые

моя голова тоже там
тает на керамическом блюдце
в пушистых зубах солнца

больше не трогаю
растения без разрешения
можно дотронуться вас говорю

и мы молчим тридцать минут
пока кто-то не включит новости
в комнате набитой пассажирами

все повторяют за голосом
ты должен нести в себе

имя Другого

чтобы не забыть
своё собственное

пока добираешься
домой после работы

в моих рукавах ещё рукава
чтобы спрятаться от остального

никакой честности
и никакой близости
доверять недоверию

ты помнишь каково это
ещё до того как они стали
неизвестными памятниками
среди безымянного парка

имена закончились
и парки стали парками
остальные остались никем
это мой друг это твой друг и этот

и тогда в мире закончились друзья

мы возвращаемся иногда
в возраст в котором слово
могло искрявлять пространство

столько сказано что нечего сказать

когда ребенок
на улице просто
спросит у тебя

как голос всего
произносит прощай

и фрагменты дней
процеживаются через туман
по утрам и ты никогда
мне не расскажешь

где была твоя память

на всякий случай напоминаю:
https://syg.ma/@pasha-avtomenko-price (vpn надо)

я там тоже самые большие важные штуки выкладываю

чтобы вдруг не потеряться.
добавляйтесь в друзья!!! и я к вам!!!
в vk как-то мне постить совсем не хочется...

но я подумою и над этим тоже

у дорогого сердцу и любимого миши тимофеева вышла его первая (что удивляет) подборка.

миша безумно недооценен.
это база. это стоит почитать.

Я и моя дорогая подруга Глаша Солдатова совместно выпускаем полное собрание сочинений американского музыканта и поэта Марка Линкуса. Скачать можно здесь.

В конце нашего предисловия мы постарались кратко объяснить почему именно решили перевести тексты Марка, но тем не менее здесь как и с любой книгой, порой просто стоит довериться чему-то и погрузиться в неё. Мы постарались отыскать все сохранившиеся тексты, включая в т.ч. и неизданные.

Если вы хотите поблагодарить нас за наши работы или просто поддержать, то вы можете помочь Глаше, купив её дебютную поэтическую книгу вот здесь.

Ещё раз большое спасибо всем нашим друзьям и близким за поддержку. Приятного чтения!

В книге «Я проснулся, и все мои вчерашние дни исчезли» собраны переводы текстов песен, написанных Марком Линкусом (1962—2010) для его группы Sparklehorse. Вдохновлённые мировой поэзией, природными ландшафтами американского Юга и техническим воображением, эти тексты особенно ценны чуткостью по отношению к Другому.

«Джентельмен-южанин и чувствительный, музыкальный поэт» – Дэвид Линч

«Он всегда сочетал хрупкость и силу в голосе, текстах и подаче. Марк Линкус – один из величайших голосов Америки» – Майкл Стайп

«Марк Линкус подарил нам так много мрачных и прекрасных песен. Они были мрачны, словно уголь, превращённый в алмазы, и сверкали в тёмной ночи подобно россыпи утренних звёзд. Невозможно вообразить, сколько душевной боли перенёс этот талантливый человек. Не знаем мы и обстоятельств, из-за которых он решил покончить с собой. Кто знает, почему люди умирают от своей руки. Мы можем только ценить его труд и представить, как он уплывает вдаль на судне из тех самых воробьёв, о которых он пел» – Патти Смит

неотрадиционализм должен быть опорой литпроцесса, как говорит в своём тексте Владимир, или, может, всё же стоит подождать и дать языку время и уже потом думать об этом?

Стоит ли вообще в таком поле очерчивать традицию как реальное направление, а не как другую половину (и это если повезёт) коллег, которые устали переваривать одно и то же и желают нашему языку прежде всего развития и процветания? Или, может быть, просто стоит дать людям писать стихотворения и спрятать свой ресентимент в далёкий ящик (хотя бы на время)? При этом сам Козлов даже на вежливые и простые вопросы о посыле неотрадиционализма активно банит людей (не меня), то ли от того что сам никак не поймёт что он хочет сказать, то ли по приколу.

Вот и я не знаю ответа, но при этом мне все эти высказывания видятся дико абсурдными и просто оторванными от реальности, в которой мы существуем. Поэтому давайте лучше просто заниматься поэзией, а не «фармить ауру» на личных обидах.

Из рубрики: «на подумать».

Хотя признаюсь, похихикать тоже местами можно, но я всё же решил наконец отнестись к неотрадиционализму серьёзно (прочитав введение в ту самую антологию), и исходит это из желания искренне понять, чего же хочет главред Prosodia Владимир Козлов: придумать новое слово, чтобы сказать литпроцессу «вы достали со своими экспериментами меня, дайте писать как раньше!» и при этом быть на стиле, или же действительно очертить новое направление и прежде всего объяснить, почему это так важно.

Оказалось, ни то, ни другое…

И у меня сразу же возникают какие-то противоречия при чтении этого условного манифеста. Читаем:

«Они не составляют партий и сообществ, они не устраивают манифестаций и часто ведут образ жизни одиночек. Они — незаметные представители парадигмы художественного мышления, которой уже более века...»

Да, очень интересные одиночки (специально решил просмотреть часть имён) с активными публикациями и имеющейся известностью, уважением и т.д. Может, всё же пора издать настоящих одиночек, которые пишут в духе того самого неотрадиционализма, например, Мишу Тимофеева (уже настоящего одиночку), которого просили отправить подборку и потом просто проигнорировали. Как минимум его стихотворения, часто с кучей исторического контекста и любовью к регионам, куда более соответствуют тем ценностям, о которых я часто слышу, и выглядят откровенно лучше части последних публикаций в журнале… Ну, это так. На подумать.

Далее идёт речь о некой литературной борьбе и: «…тем не менее из поколения в поколение множество русских поэтов почему-то вступают в осознанные отношения с традицией, используют наработанные традицией поэтические формы, делая это неслучайно, поскольку возможность говорить не только от своего имени, но и от имени поэзии в целом кажется им значительной ценностью…» Если я правильно понимаю, то только тот, кто вступает в отношения с традицией, имеет право говорить от имени поэзии? Очень интересная, конечно, точка зрения, которая автоматически принижает других и ещё больше элитаризирует. Особенно забавляет про литературную борьбу… И правда! У нас так мало журналов, которые до сих пор живы и постулируют, что писать нужно только в традиционном ключе! Ведь так? Ведь… так?..

Для меня всё же автор, которого априори гораздо легче поймут и примут как читатели, так и журналы, — не образец литературной борьбы. Впрочем, этим унижать каких-либо авторов я не хочу. Каждый ведёт свою тихую борьбу и преследует свои поэтические цели. Просто заявление очень смущает.

Далее там много ссылок и рассуждений, которые будет удобно вписать в свою картину, и (ну куда же мы без этого) отсылочки на знаменитый срач с Львом Обориным и Дмитрием Кузьминым, неудачная попытка снова их уколоть.

И всё же мне эта картина мира видится очень интересной. Очевидно, что у Козлова по отношению к литпроцессу присутствует некий ресентимент, и он в этом тексте зияет во всей своей красе. По сути, возникает чувство, что на этом и строится вся его апология.

Если кратко: вот вы такие взяли и отринули традицию! Обрисовали себе картину, где традиция — это пережитки советского, и плюете на нас! — честно, именно так этот текст и ощущается. Вопрос в том, плюют ли?

Владимир Козлов любит думать о читателе, но почему-то не в этом случае, и очень зря. Именно читатель как раз чаще всего не понимает условный «актуальный литпроцесс» и готов от него плеваться, но зато «Новый мир», «Дружбу народов», саму «Просодию» и т.д. готов читать и поддерживать. Возникает вопрос: а что всё же важно Владимиру? Любовь и понимание читателя, о которых он старательно пишет, или признание в глазах нерадивых коллег? Тут тоже… на подумать.

Вот и я сам сижу, думаю уже достаточно долго… А честно ли это? В стране, где до сих пор не могут принять, что «верлибр» (а им принято называть всё, что не вписывается в картину классического) тоже имеет право на жизнь, и где большая часть толстых литературных журналов о нём слышать не желает; в стране, где границе нашего языка не дают окончательно расшириться и принять неизбежное развитие, — вот в этой стране, в этом поле действительно ли

дорогой друг позвал поговорить на два часа про поэзию и не-поэзию, про нижний литпроцесс (не зря я в этом разбираюсь) и немного про не-нижний, да и про житейское. ну как-то так и поговорили — в духе интервью, где я не знал заранее никаких вопросов чтобы отвечать сразу же честно и искренне. я думаю что наверное получилось слишком искренне и некоторого сказанного я теперь стесняюсь, но... вот как есть.

два часа пашизма, if you into that stuff.

***

1.

мысль превратившаяся
в отсутствующие ранее
части тела

иногда даже
в отсутствие
как таковое

которым я
могу заполнить
пробелы между
памятью и преломлением
света на пленке которую

так и не
решился
проявлять

на первом кадре
были мои руки и ты
забрал у меня эти руки

вместо них пустые
водопроводные трубы
и воздух свистит

а зимой всегда
очень холодно
и там прячется
колония пауков

впадая в ступор
когда их системы
прекращают расти

можно оставить всё как есть
если хочешь


2.

на другом кадре
польское кладбище
только пальцы ног
немного виднеются

и трава как сердце
порывается вместе с ветром
испуганно бьётся в тебе сердце

его ты тоже
берёшь с собой
как и пальцы ног

из-за этого
совсем перестал
ходить на пляж летом

люди зато на меня не смотрят
мне нравится ощущать свою жизнь
ещё дальше от людей чем обычно

в сущности
мне всегда хотелось
стать невидимым

и я завидовал
когда читал уэллса
не понимая почему
быть невидимым это

плохо


3.

мне кажется были ещё
другие разные снимки
на которых были другие
старые части меня которые

мне не принадлежат больше

я никогда не обижался за это
если что никогда не винил тебя

ведь это был мой выбор
знаешь я могу принять это
как данность его последствия

мне кажется были ещё мысли
которые помогли бы мне сказать

что ты никогда не ненавидел меня

ты когда
мои лёгкие
впитывают
едкий дым

от сгоревшей плёнки

ведь никто
по-настоящему
не способен на ненависть
к своему ближнему даже

когда кажется что
больше ничего не держит


4.

ведь ты тоже
не имеешь рук и ног
и глаз и крыльев и клюва
и у тебя нет ключа чтобы ты
каждую дверь которую видишь
мог открыть и закрыть за собой

притворившись что это вовсе не ты

ты не мертвый
не из гипсокартона
не из муки и опилок
не из ацетоновой краски
не из машинного масла которое
случайно вытекло оставив следы
в лужах теперь отражается грязь

радугой грязь видишь
даже грязь стала тобой
и ты всё ещё остаёшься

даже земля дрожит
когда по ней кто-то идёт
осторожно босиком стараясь
не разбудить насекомых
соседей друзей и родных

значит ты всё ещё остаёшься

женя морковин.
для нас — дядя женя.

респект ибо подборка топ!!

во-первых с днём поэзии коллеги и коллежанки!!! кто если не мы и мы если кто...

во-вторых отличная подборка переводов в журнале на коленке и мэри оливер (да-да я) в том числе🙏

и мы втроём
на чердаке

лёня и матвей
сделали подкаст

и это хорошо (!!)

ощущаю себя примерно так
собрав несколько книг

за полтора месяца
(и ведь это ещё не всё...)

***

вдох выдох через лёгкие
покрытые косточками ягод
ржавчиной копотью костра

когда с крыши
капает дождь
на моё лицо

подчиняюсь ему
так меня научила
когда-то мама поймав
в охотничьем костюме
за рулём приступ паники

верить даже когда не верю
чтобы если спросят сказать

всё было прекрасно
пожалуйста продолжай

В общем, вот так, друзья! Выпускаю второе, дополненное издание, которое будет удобнее читать и которое дополнено разными новыми текстами и примечаниями. Скачать можно здесь.

Сложно сказать, для кого эта книга... Я мог бы просто сказать, что это для меня и потому что я хотел наконец-то завершить этот свой условный проект и поставить какую-то точку (всё же это была моя первая большая работа в плане перевода).

Тем не менее мне кажется, что сама музыка и тексты Стефина более чем нужны и актуальны, что я попытался объяснить в предисловии. Сама связка вот такого музыкального ландшафта, проникающего голоса и текстов (которые вообще легко отнести к постмодерну) создаёт очень сильный эффект. Дело не только в темах, хотя в них тоже — Стефин один из популяризаторов квир-лирики.

И всё-таки я очень советую воспринимать это как дополнение к музыке, даже если часть текстов более чем самостоятельна.

Peace and love, folks!

Стефин Мерритт (р. 1965) — культовый сингер-сонграйтер, наследник иронии Коула Портера и меланхолии Леонарда Коэна, переосмысленных через призму инди-попа и квир-эстетики. Его называют «бардом мизантропов» — с той же язвительной остротой, что и Том Уэйтс, но с минимализмом электропоповых аранжировок. Как Дороти Паркер в мире гитарных песен, он сочетает чёрный юмор, циничную романтику и культурные шифры — от отсылок к Жану Кокто до пародий на кантри-баллады.

Автор саундтреков (включая музыку к «Лемони Сникет: 33 несчастья»), создатель проектов The Magnetic Fields, The 6ths, Future Bible Heroes и других, Мерритт превращает тоску, абсурд и неудачные романы в камерные шедевры.

В этой книге — первые русские переводы его ключевых текстов: от легендарного «69 Love Songs» (гимна всем оттенкам любви) до избранных песен с более поздних альбомов. Здесь есть всё: от едких куплетов «The Book of Love» до сюрреалистичных зарисовок «Papa Was a Rodeo» — будто Рэймонд Карвер решил написать хиты для подпольных клубов.

добро идёт
идёт добро

подборка мне
понравилась более чем

поэтому!!!!

спасибо большое глаше за её комментарий в метажурнале к стихотворению яны🙏

у нас так сказать открылся приём в новый номер хижи!!!

поэтому присылайте пожалуйста свои прекрасные работы и мы будем их смотреть рассматривать читать!!!

(в посте всё написано если что)