ООН на линии разлома.

На следующей неделе в Нью-Йорке начинается главное политическое событие года — 81-я сессия Генассамблеи ООН. Официальная тема звучит почти символично: «Восстановление доверия, управление трансформацией: ООН, работающая для всех».

ООН предстоит доказать, что международное право действует не только против слабых.

Накануне Генассамблеи стали известны выводы расследования американских ударов по Ирану 28 февраля. При атаке на школу в Минабе погибли 157 человек, в том числе 123 ребенка. Следователи пришли к выводу, что удары могли носить неизбирательный характер и квалифицироваться как военные преступления. Администрация Трампа до сих пор публично не признала свою ответственность.

Иранский президент Масуд Пезешкиан при этом едет в Нью-Йорк. Поэтому вопрос будет не только в том, что Тегеран скажет с трибуны, а в том, какие реальные механизмы ответственности вообще способна предложить система ООН, когда речь идет о Соединенных Штатах. Так как у США в Совбезе ООН есть право вето, которое они себе спешно продлили буквально на этой неделе.

Вашингтон перечислил ООН $725 млн в регулярный бюджет и $102 млн на миротворческие операции. Благодаря этому США избежали сценария при котором они были бы лишены права голоса (согласно статье 19 Устава ООН). Но долг никуда не исчез: после платежа только по регулярному бюджету он остается на уровне $1,312 млрд. 

Трамп использует площадку ООН не только для контроля над миром, но и в личных целях. 

Именно на полях ООН США, Дания и Гренландия собираются подписать соглашение о безопасности, которое предполагает расширение американского военного присутствия на острове. Копенгаген и Нуук отдельно подчеркивают сохранение суверенитета Дании и права жителей Гренландии на самоопределение. Трамп же подает договоренность значительно масштабнее — как переход к Вашингтону ключевой роли в обеспечении безопасности острова. На фоне приближающихся промежуточных выборов, низких рейтингов и отсутствия побед это соглашение можно превратить в "триумф" для простых американцев.

Но главное событие недели вообще может произойти не в Нью-Йорке.

24 сентября в Вашингтоне ожидается встреча Дональда Трампа и Си Цзиньпина. Причем американские и китайские чиновники уже готовят к ней пакет вопросов — от торговли и тарифов до военных конфликтов.
И здесь возникает почти идеальная иллюстрация кризиса нынешней системы. В Нью-Йорке почти 200 государств будут говорить о будущем международного порядка. А две крупнейшие экономики мира параллельно будут выяснять отношения напрямую в Вашингтоне.

Сама ООН сейчас переживает болезненную перестройку.

UN80 уже привело к сокращению секретариата на 21%, объединению структур и переносу дорогих штаб-квартир из США в третьи страны. И здесь возникает вопрос, который раньше казался почти провокационным: обязательно ли штаб-квартира ООН вообще должна оставаться в Нью-Йорке? Добавьте сюда постоянные визовые конфликты. США второй год подряд отказывают в визе Махмуду Аббасу, из-за чего Генассамблее пришлось разрешить палестинскому президенту выступить по видеосвязи.

Возможно, ООН нужен демонстративный шаг.

Например, перенос главной штаб-квартиры из Нью-Йорка в один из центров Глобального Юга — ту же Кению, где уже находится крупный комплекс ООН в Найроби. Такой шаг стал бы мощным политическим сигналом: ООН больше не должна восприниматься как институт, географически и символически привязанный к Западу.

Для западных государств это стало бы чувствительным символическим ударом, а для Глобального Юга — свидетельством реального перераспределения веса внутри международной системы.