Веником осень
город хлещет по ягодицам,
вышибая багровую,
будто ангина, листву.
Ветра колокол дребезжит,
и мужик начинает креститься,
и бежит в божий храм,
своих бесов теряя на прытком ходу.

Я лежу к постели
болезнью прикованный.
Чую, печень кто-то
мою клюёт.
Дорогие мои, хорошие!
Сейчас бы билет до Тамбова!
Там, говорят, русская осень
пошла в размет.

Я лежу. Мне потолок
заменяет небо. Мало!
Мне мало воздуха
в моей келье сырой!
Дорогие!
Пойдемте пешком до Урала!
Там, говорят, уже снег
всех укутал в себя с головой!

Не лежится мне в час
этот тучный, безсолнечный!
С хрипом встану
и шторы, как душу, сорву!
В этой жизни не нужно
ни слуг, ни горничных!
Дайте свободу и осень!
И я заживу!