В пустую комнату сначала входит тень,
полоска света, обнимаемая мраком.
И электричество, уставшее за день,
вгрызается в волфрам, и ставит раком
густую тишину в моих глазах,
покуда свет лишь делает замах.

Он бьёт по ржавым деснам, по скуле,
следов не оставляя на сетчатке.
И, покачнувшись, как навеселе,
я падаю в объятия кроватки,
не раздеваюсь, после трудового дня,
со стоном время выпуская из себя.

Что накопил внутри - на всем танцует ток,
и грохот башмаков, как от лихой чечетки,
Мне падает на спину потолок,
перебирая позвоночник мой, как четки.
Но он не хочет вслух произносить,
о чем язык не смеет попросить.