Будь так добра, хорошая, раздвинь-ка ножки -
роль скромницы тебе не по плечу,
ведь ты - не Элли, да я ведь - не Тотошка,
и я в твои объятия лечу.

И я лечусь в твоих объятиях от скуки,
от дней минувших, от печали их.
Развратная улыбка подлой суки
читается в глазах твоих, как стих.

Как целая поэма - запах кожи,
а в голосе - шёлк мятой простыни.
И мы с тобой настолько непохожи,
что я шепчу: "Прости, прости, прости..."

И припадая рваными к накрашеным
я имитирую почти тоскливый всхлип.
Наверно, мы друг другом ошарашены.
Ещё мгновение, ещё один изгиб...