От дорической колонны
до истлевшего крыльца
ходит-бродит, грустью полный,
божий ангел без лица.

По щекам стекали слезы,
размягчая соль земли.
И ободранные лозы
по карнизам поползли.

Смотрит ангел одинокий
на востока красный цвет.
Плачет, что нашим порокам
ни конца, ни края нет.

Ангел, ангел мой зелёный,
бронзовый мой херувим...
У корней увядших клена,
под стволом его сухим

я лежал сырой аллеей
и придумал сотни фраз.
Лился божий свет елеем
из твоих красивых глаз.