Пэчер ссылается на опросы разных лет, демонстрируя, что в противовес снижению супружеской сексуальности количество внебрачных связей у мужчин и женщин в Японии в возрасте 40-60 лет стабильно росло. Мужчины объясняют это тем, что не могут воспринимать своих жён как сексуальных партнёрш после того, как те становятся «идеальными матерями». Эротизм исключается из брака и заменяется «спортивным», механическим сексом, тогда как внебрачные отношения ассоциируются с удовольствием, игрой, разнообразием поз и длительной прелюдией. Внебрачный секс на уровне культуры легитимирован как поиск удовольствия. Через флирт, внебрачные связи мужчины вновь ощущают себя не «мужьями» и «отцами», а просто мужчинами.

Цифровизация, в которой лидирует японское общество, ведёт к устойчивому росту потребления порнографии и взрослого видео, развитию культуры отаку (увлечённость аниме, мангой, видеоиграми, айдолами). Цифровые продукты для взрослых способствуют формированию идеализированных представлений о «воображаемом сексе», что затрудняет реальный интимный контакт между партнёрами. Кроме того, реклама сексуальных услуг, сайты знакомств, приложения, социальные сети и даже персональные письма легкодоступны, что способствует выносу сексуальности за пределы партнёрских отношений и разделению сексуальной и семейной сфер. Сексуальность в Японии канализируется из брачных в рыночные отношения. Рынок интимных услуг компенсирует дефицит супружеской близости.

Япония занимает одно из ведущих мест в мире по масштабам и разнообразию секс-индустрии. Здесь широко развиты как традиционные формы коммерческого секса (хост-клубы, массажные салоны, эскорт и аренда партнёров), так и виртуальные форматы (онлайн-дейтинг, виртуальные подруги, порно, эротические игры и сервисы на базе ИИ). Секс с профессиональными партнёрами за деньги трактуется японцами как «безопасный», то есть лишённый эмоциональной вовлечённости и не угрожающий семье.

Всё это раскрывает в том числе локальный сценарий индивидуализации сексуальности: японцы переключают внимание с совместного сексуального опыта на личное удовольствие. Секс будто превращается в индивидуальное переживание, вытесняется из супружеской близости и всё реже служит средством связи между партнёрами. Переход от совместности (sex together) к соло-сексу (self-sex), судя по нарративам, цитируемым Пэчер, становится характерной чертой современной брачной культуры в Японии.

Японская модель демонстрирует, как коммерциализация сексуальности подменяет супружескую близость, не разрушая при этом сам институт брака.


Белявская Елена Сергеевна
«Белый брак» по-японски