someone else's history

Хотела бы уточнить. Почти все ссылки в моих текстах даны на книги и статьи, опубликованные в академических издательствах разной степени закрытости. Очевидно, меня читают не только университетские историки с супердоступом, а потому прежде, чем сослаться, я проверяю каждую из ссылок на предмет простой (пиратской) доступности.

Если я дала ссылку, значит источник:
1. доступен для скачивания на LibGen (проверяйте актуальные зеркала);
2. доступен для скачивания на archive.org (книги, статьи и прочие публикации до Второй мировой);
3. доступен в полном превью на hathitrust.org (книги и статьи любого времени на удачу);
4. доступен для скачивания через SciHub (проверяйте актуальные зеркала);
5. доступен либо отправляется автором по запросу через researchgate.net или academia.edu (современные статьи, главы книг, доклады, исследовательские отчеты).

Если по какой-то причине вам не удалось раздобыть источник, на который я ссылалась, вы можете мне написать и я с удовольствием его пришлю.

24 апреля лос-анджелесский Institute of Art and Olfaction определил финалистов премии Sadakichi Award. Строго говоря, это единственная специальная премия, присуждаемая в области ольфакторного искусства (о котором я уже подробно писала). Ознакомиться с работами можно здесь, а рассказать я хочу о другом.

Почему-то в описании премии ничего не сказано о выборе названия — Sadakichi, — и некоторые даже решают, что это название компании-спонсора. Никак нет. Премия носит имя одного из первых перформеров, задействовавших запах как художественный медиум, — Карла Садакити Гартманна, о котором и пойдет речь.

Гартманн — исключительный модерный персонаж. Он родился в 1867 году в Нагасаки в семье японки и немецкого торговца. Японское детство длилось недолго, и в школу Карл пошел уже в Гамбурге, куда был отправлен под опеку влиятельных родственников. Увлекался историей искусства и древними языками, но был вынужден поступить в Военно-морскую академию в Киле. Среди военщины не выдержал и семестра, собрал вещи и сбежал в Париж, а после — в Америку.

Жил между Филадельфией и Нью-Йорком, где в 1884 году сблизился со стареющим Уолтом Уитменом. Начал писать литературные заметки и получил работу в популярном журнале McClure’s. Вскорости опять оказался в Париже, но уже в качестве корреспондента. Подружился с Малларме, под влиянием которого написал свои первые символистские пьесы. За произведение «Христос», перегруженное оргиями, был арестован французскими властями. Выйдя из-под стражи, опубликовал серию поэтических работ, которые представил на посиделках в доме Гертруды Стайн. С начала 1900-х активно писал заметки и статьи по истории американской и японской литературы, был одним из первых теоретиков фотографии, а еще писал англоязычные хайку.

По возвращении в Нью-Йорк Гартманн сблизился c анархистами — завязал переписку с Кропоткиным, подружился с Гольдман и Беркманом. В 1910-х был одним из видных деятелей Ferrer Center and Colony — старейшей анархистской школы в Америке, где выступал с декламациями и постановками, а еще учил «языку тела», устраивал «психоделические световые шоу» и давал «парфюмерные концерты».

Гартманн изобрел установку, распылявшую цветочные запахи в заданное время. Первое представление с использованием его «инструмента запаховой симфонии» прошло в Miner’s Theatre в Нью-Йорке в 1902 году. В ходе перфоманса A Trip to Japan in Sixteen Minutes Гартманн танцевал и пел, в то время как установка распыляла запахи. Однако должного эффекта в прокуренном помещении они не произвели: публика жаловалась на тошноту, возмущалась и покидала зал, из-за чего Гартманн прервал выступление на середине. В прессе об этом написали как о «полнейшем недоразумении» и «худшей постановке в истории». В 2014 году ее реконструировали.

Именно из-за «танцев под запахи», которыми Карл Садакити Гартманн развлекал манхэттенскую богему начала XX века, премия называется Sadakichi Award. И вы только посмотрите на эти танцы.

Наконец мои тексты стали выходить в рубрике «Криминал». Подробно рассказала о том, как государство отрастило длинный нос, механизировало его и начало использовать для разгона демонстраций, преследования активистов, военного сдерживания и биометрической идентификации граждан. В ссылках отчеты службистов, армейские исследования и прочие грантовые заявки.

https://knife.media/state-nose/

Посмотрите, какую уникальную съемку я нашла. Два солдата Армии США во время Вьетнамской войны, вооруженные «сниффером» XM-2 (также известен как E63).

Прежде, чем сражаться с вьетконговцами, их нужно было найти, и именно эту задачу решали «снифферы» — устройства обнаружения людей по аммиачному запаху пота. Разработчики из General Electrics соорудили для американских солдат переносные устройства, определяющие присутствие аммиака в воздухе. Воздух подавался внутрь установки через шланг, закрепленный на корпусе винтовки М16, и если аммиак обнаруживался, то солдат слышал характерный звук. Однако, как быстро выяснилось, потели не только вьетконговцы — устройства часто выдавали ложный сигнал, реагируя на запах носителя. Из употребления XM-2 быстро вывели.

Написала для НОЖа про историю идеи назально-генитальной связи у медиков, эволюционных биологов и антропологов. Отчасти этот текст пунктирно намечает генеалогию «мифа о феромонах», отчасти показывает, как ассоциативные связи кочуют между дисциплинами. По ссылкам в тексте можно найти отличные источники.

https://knife.media/nasal-genital/

Сегодня Всемирный день информирования об аутизме, а потому опять немного поговорим об обонянии. Значительная часть людей с расстройствами аутического спектра (РАС) испытывают трудности при восприятии сенсорной информации. Воздействие повседневных звуков, изображений, а также запахов может вызывать у людей с РАС сильный стресс, повышенную тревожность, истощение и даже боли. Это явление называется нарушением сенсорной интеграции.

Что касается запахов, люди с РАС могут проявлять как гипо-, так и гиперчувствительность. В первом случае человек не воспринимает запахи вообще или отмечает лишь наиболее резкие из них; во втором случае даже бытовые — «незаметные» — запахи воспринимаются человеком как избыточные и резкие. Недавние клинические испытания показали, что люди с РАС (прежде всего, дети) практически не различают «приятные» и «неприятные» запахи.

Если вы хотите разобраться в клинической картине, советую начать с обзорной статьи Olfaction in Autism Spectrum Disorders (Child Neuropsychology, 2015), а также статей A Mechanistic Link between Olfaction and Autism Spectrum Disorders (Current Biology, 2015) и Olfactory Processing in Adults with Autism Spectrum Disorders (Molecular Autism, 2016).

Однако чтобы проявить внимание к людям, ни в чем специальном разбираться не нужно. Узнайте, есть ли у человека с РАС особенности восприятия запахов и уточните, каковы они, а после по возможности скорректируйте свои привычки в соответствии с этими особенностями (откажитесь от парфюмерии, бытовых отдушек или ароматной пищи, не делайте замечаний по поводу окружающих или телесных запахов, которые могут показаться вам неприятными и т.д.).

Даже если вы прочитаете все статьи выше, всегда уточняйте, как вести себя с конкретным человеком.

К вопросу о чувственных аппаратах государства. Surveillance state в немецком называется Schnüffelstaat — «вынюхивающее» государство.

Короче говоря, это бесценный указатель источников in all things odorous и ничего лучше в эти времена я вам не принесу.

Odors and the Sense of Smell (1947, AirKem. Inc.) — самый полный на момент составления библиографический указатель по «запаховой» литературе.

Том был издан по результатам библиографического исследования, проведенного с 1942 по 1947 год под руководством Гая Паскаля, основателя компании AirKem. Паскаль — химик и изобретатель, придумавший, в числе прочего, освежитель воздуха AirWick, целый ряд пищевых ароматизаторов, промышленных дезинфекторов и репеллентов, пару настольных игр и переносной туалет. Однако вернемся к Odors and the Sense of Smell.

Хронология: с 320 года до н.э. по 1947 год н.э.

Языки: английский, немецкий, французский.

Типы источников: научные публикации и натурфилософские трактаты, газетные заметки и средневековые манускрипты, производственные инструкции и правительственные рекомендации, этнографические заметки и гимназические учебники, и даже перечни патентов.

Темы: анатомия и физиология обоняния у людей и животных, патологии и нарушения обоняния, телесные запахи здоровых и больных людей и животных, химия запахов, классификация запахов, распознавание и измерение запахов, запахи пищи и напитков, производственные запахи, парфюмерия, контроль над запахами, а также теории восприятия запахов.

Один из наиболее изысканных в своем символизме помандеров принадлежал коллекции Оливера Хоара. Этот помандер состоит из двух частей: черепа, в котором заключалась ароматическая субстанция, и яблока, в котором хранился сам череп. Внутри черепа изображено Сошествие Христа во ад, а надпись внизу гласит: Post mortem, vita eternitas («После смерти жизнь вечна»). На одной из сторон яблока виден след зубов, на другой указана дата — 1628 год — и выгравирована надпись: From man came woman, from woman came sin, from sin came death («От мужчины произошла женщина, от женщины произошел грех, от греха произошла смерть»). Продан на аукционе в 2019 году, ныне находится в частной коллекции.

Несколько помандеров из коллекции Музея Виктории и Альберта.

1. Помандер (ок. 1350, Италия). Позолоченное и черненое серебро. Состоит из четырех сегментов. Надписи на внутреннем крае сегментов пересказывают мифологическую сцену суда Париса.

2. Контейнер для мускуса (ок. 1500, Германия). Полый шар из позолоченного серебра. Служил одновременно бусиной на четках и помандером.

3. Помандер (ок. 1600, Западная Европа). Золотая филигрань, покрывающая шарик серой амбры.

4. Помандер (ок. 1610, Англия). Позолоченное серебро с гравировкой, черный воск. Состоит из шести сегментов.

5. Помандер (ок. 1650, Западная Европа). Черная эмаль, эмалированное серебро с гравировкой, заполненной мастикой. Яйцевидная форма с вытянутым верхом. Состоит из шести сегментов.

Вплоть до XVII века ароматические субстанции практически не встречались в жидком виде — они были либо твердыми, либо напоминали по консистенции густую мазь. Единственным исключением можно считать душистые масла, однако их использование ограничивалось ритуальными практиками. Как следствие, запахи невозможно было наносить или распылять непосредственно на кожу или одежду. Если человек хотел окружить себя запахом, ему приходилось носить с собой емкость или контейнер, в которых заключалась ароматическая субстанция.

Емкость для запаха должна была удовлетворять трем требованиям: быть удобной в ношении и надежно защищать дорогостоящее содержимое, при этом пропуская вовне достаточное количество запаха. Первые два условия выполняли, например, терракотовые и хрустальные сосуды, которые владелец мог носить с собой и открывать при необходимости. Существовали и другие устройства, пригодные для сохранения материала и распространения запаха, но неудобные в переноске, такие как саше или горелки-кадильницы. Наиболее распространенной емкостью, удовлетворявшей всем трем требованиям, были помандеры.

Помандер — металлическая емкость шарообразной формы, внутрь которой помещалась твердая ароматическая субстанция. Запах содержимого распространялся вовне благодаря нескольким отверстиям на поверхности шара. По одному или двум полюсам помандера крепились кольца, которые позволяли подвешивать его на цепь и носить на поясе или нанизывать как бусину на четки. По всей видимости, шарообразная форма помандера возникла попросту из привычки скатывать ладонью из амбры и кастореума небольшие шарики перед продажей. Однако довольно быстро у формы появился дополнительный смысл, и емкости все чаще стали стилизовать как яблоки — двойственный символ неизбежности смерти и обещания вечной жизни.

Помандеры пришли в Европу из арабского мира на закате Средних веков. Первые упоминания pomme d’ambre, pomme de musc и pomme de senteur во французских источниках относятся к XIII веку, а в немецких источниках упоминания Bismapfel, Bisamknopf и Riechapfel появляются в XIV веке на пике распространения чумы. Резкий запах веществ, заключенных в помандере, защищал владельца от болезнетворных испарений, формируя нечто вроде барьера. Часто этот барьер «укреплялся» обрамлением самого помандера — их стали изготавливать в виде амулетов и талисманов.

Поскольку цена ароматных материалов была крайне высокой, владельцы охотно тратили деньги на то, чтобы обеспечить им достойное хранение. Помандеры изготавливали из золота и серебра, украшали гравировкой и эмалью, инкрустировали.

Ранние помандеры, распространение которых относится к периоду борьбы с миазмами, представляли собой полую сферу, куда помещался один шарик ароматической субстанции. Однако более поздние помандеры, распространившееся в XVII веке, разделяются на отсеки, напоминающие яблочные дольки. Каждый из отсеков изолирован и обладает индивидуальным «вентиляционным» отверстием, что позволяло переносить разные запахи и высвобождать их в нужный момент независимо друг от друга, открывая один из отсеков. Позднее, помандеры стали служить иным целям и использовались прежде всего как ароматный аксессуар.

Мускус перестал быть популярным ингредиентом для помандеров уже в XV веке. Его постепенно потеснили ароматические смолы, такие как стиракс и лабданум, и компоненты растительного происхождения, такие как корица, гвоздика, нард и корень ириса. Для приготовления массы смолы расплавляли в металлической емкости, добавляли небольшое количество амбры и мускуса для стабилизации, а после вмешивали в нее растительные порошки и формировали шарики по мере остывания. За века популярности помандеров скопилось бессчетное множество рецептов приготовления ароматических масс.

В книге Ренаты Смоллич Der Bisamapfel in Kunst und Wissenschaft (1983, Deutscher Apotheker Verlag) перечислены 90 ингредиентов и 125 рецептов, найденных в книгах XIV-XVII веков. В списке Смоллич можно обнаружить не только «элитные» смеси смол и трав, но и наполнение для помандеров на основе пчелиного воска и коровьего навоза, млечного макового сока и болиголова.

every time I wear perfume

Запах свечи лучше всего чувствуется, когда она не горит. Пламя, говорят нам, возбуждает воздух, однако запах — не воздух, его это не касается.

Мы шли по краю оврага и увидели туман внизу. Белесый, он стелился между корней и жухлых листьев. Это должен быть дым, сказал попутчик, — слишком плотно для тумана. Запаха не было. Внизу текла речушка, в ней отражалось небо.

Когда боги приходят в мир, они предупреждают о своем появлении. Трудно представить настолько невоспитанного бога, чтобы он не постарался загодя обозначить визит. Запахи богов всегда легче воздуха и поднимаются вверх, но запахи демонов не спускаются вниз. Они проникают прямо в поджелудочную.

Дурные женщины пахнут дурно. Добродетельные женщины пахнут цветами. Мужчины никак не пахнут — они нюхают.

Мы входим домой, в прихожей стоит вонь. Нас не было всего три часа. Возможно, пахнет бельем, развешенным перед уходом, но если принюхаться к белью, учуешь только порошок. Можно ли представить слоистый запах, часть которого оседает на предмете, а часть — расползается до прихожей? Чем пахнет белье, выстиранное с порошком в грязной воде? Предположим, запах порошка остался на вещах, а канализационная вонь пробралась в прихожую. Делает ли запах вещи грязными? Мне лень стирать второй раз. Думаю, пахнет бытовым газом. Которую неделю выключаю котел и пытаюсь по счетчику обнаружить утечку.

Запахи, которые доносятся издалека. Запахи, которые приятны, но быстро надоедают. Запахи, от которых чихаешь.

Запахи, сообщающие об отсутствующих предметах. Роза не пахнет розой. Роза не есть роза, не есть роза, не есть роза, но розовый запах есть розовый запах, трудно спорить. Возможно, пахнет вовсе не бытовым газом, а потекшей от соседей канализацией. Запах указывает, но мы не знаем, на что именно. В лифте кто-то ехал перед нами, говорим мы.

В конце позапрошлого века считали, что прямоходящий человек не способен различать запахи, поскольку нос его болтается высоко над землей. То ли дело собачий нос, вдыхающий у самой земли. Наверное, они представляли, как мир устелен запахами. Поверх внутреннего и внешнего ядра расположилась внутренняя и внешняя мантия, покрытая земной корой, завернутой в запаховую перину. Такова структура Земли. Разгоряченное ядро выталкивает запахи вовне, и вот они покидают пределы коры, повисают над ней, тихо колышутся, когда собаки виляют хвостами.

Совершенно неважно, имелись ли у Адама и Евы пупки. Куда важнее, носил ли кто-то из них усы. Если да, они могли унести с собой запахи Рая.

Запах всегда возникает в связи с огнем и никогда — с водой. Запах извлекается из предметов посредством огня. Хочешь унюхать дьявола — поджарь ведьму. Но свеча пахнет сильнее, если не горит. Парадоксально.

Младенцы и сновидцы не чувствуют запахов. Думаю, Адам и Ева носили пышные усы.

Свет разворачивается во времени. Запах — в пространстве. Он приближается и отдаляется, поднимается, опускается, проникает, прерывается, стелится и заползает, петляет, вырывается. Горящая свеча пахнет вверх, а нюхаем мы со стороны, иначе нос подгорит. Потому кажется, что горящая свеча не пахнет.