Импортозамещение в нефтехимии: от вторпереработки до сложных синтезов

Здесь, как обычно, фрагменты, за полным текстом прошу по ссылке.
В начале февраля вице-премьер Юрий Борисов сообщает о планах по импортозамещению в мало/среднетоннажной химии: почти 500 миллиардов рублей инвестиций, 73 проекта. Что изменилось за эти два месяца? С одной стороны, актуальность только возрастает. Но на реализацию всех проектов в любом случае уйдёт несколько лет. В тех случаях, где предполагалось использование западных технологий уже придётся искать какие-то альтернативные пути. Но часть усилий сейчас важнее перенаправить на более простые, но срочные задачи.

Почему мы здесь отстали? По большому счёту, причины едва ли отличаются от схожих проблем в других областях. Что-то забыто и упущено в 90-х, что-то проигнорировано по принципу «продадим нефть и купим, что надо». Но есть и объективные ограничения.
Нельзя импортозаместить абсолютно всё. Международное разделение труда никто не отменял. Проблема общая, но для нефтехимии появляется ещё один аспект.

Чем выше тоннажность химического производства, чем сильнее проявляется влияние стоимости сырья на конечную продукцию, и наоборот. То есть, сложная малотоннажная химия выпускается в объёмах на порядки меньше крупнотоннажного, но она и стоит на порядок-два дороже. В структуре себестоимости основной вклад уже не стоимость сырья, а НИОКР.
Поэтому развивались в первую очередь направления крупнотоннажной нефтехимии (полимеры). И не факт, что мы достигли бы такого же финансового результата (то есть, изменения сальдо внешней торговли по химическому сектору: снижение импорта, рост экспорта), если бы сконцентрировались изначально на сложной химии. Но с другой стороны, сложная химия — это высокая добавленная стоимость и развитие внутреннего научного и инженерного потенциала.

Сейчас эффект от импортозамещения в сегменте крупнотоннажных полимеров уже заметен и на внутреннем рынке. Глобальные цены вновь растут, но в условиях кризиса российские производители сдерживают внутренние цены.
И здесь виден контраст с другим полимером. Речь идёт о полиэтилентерефталате (ПЭТФ или ПЭТ): сырьё в первую очередь для пластиковых бутылок для напитков. Россия потребляет около 600 тыс.т бутылочного ПЭТ, при этом где-то на треть зависит от импорта. В 1 кв. цены на этот полимер выросли на 25%.

Но нужно ли дальше новыми производствами закрывать оставшийся дефицит по ПЭТ? Лучше сделать уклон на вторичную переработку бутылок. Сейчас вторичный ПЭТ бутылочного качества производит завод Пларус (около 20 тыс.т в год), а скоро будет запущено производство «Сибура» мощностью вторичной переработки в 30 тыс.т в год. В сумме — 8% от всего потребления. Но ещё несколько подобных проектов способны закрыть вопрос импорта ПЭТ, одновременно решая проблему утилизации отходов.

Следует отметить, что у нас и сейчас перерабатывается 25% пластиковых бутылок. Но большая их часть превращается в полиэфирное волокно и другие продукты непищевого назначения. Это направление переработки тоже очень востребовано.
Производство вторичного ПЭТ пищевого качества, конечно, оказывается дороже. В Европе, кстати, такой вторичный полимер часто уже дороже первичного — он оказывается в дефиците, так как стандарты требуют наращивать долю вторичного продукта в упаковке под угрозой штрафов.
В любом случае, для обоих типов производств (пищевого и непищевого применения) чистота сырья напрямую и сильно влияет на себестоимость конечного продукта. Сейчас большая часть сырья до сих пор идёт с мусорных полигонов. Любопытно, что ещё недавно часть бутылок для вторпереработки даже импортировалась из Европы. Причины понятны: раздельный сбор мусора в приоритете давно, сырьё чистое.

Так что импортозамещать можно по-разному. От проектов малотоннажной химии до банального, но не менее полезного раздельного сбора пластиков. Конечно хочется быть уверенным, что вторсырьё пойдёт по назначению, а не попадёт потом в общий мусоровоз. https://ria.ru/20220427/importozameschenie-1785605387.html