цикады птицы колесницы

Впервые составляю вишлист на день рождения. Факт того, что у меня было несколько курсов по этике, и мы не читали ни одного текста о том, как составлять вишлисты, доказывает, что сова Минервы что-то совсем засиделась, а пора бы уже и об этом написать

сегодня была моя первая смена в пекарне

Оказывается, у люблянской школы психоанализа (это которая с Жижеком, Доларом и Зупанчич) есть целое второе поколение. Что ещё более неожиданно, два челика из него — это Дуэйн Руссель и Тодд МакГауэн. Неожиданно совсем не то, что опять одни пацаны в команде, а что оба товарищи — американцы.

Последние сорок лет был довольно чёткий вектор на восток в психоанализе, всё большее влияние получали товарищи вне запада (включая ту же люблянскую школу). Психоанализ куда больше был в ходу в России, Пакистане и Турции, чем во Франции и США. Получается, камбек наметился.

Хотя, конечно, пишу и думаю, что и ульмская школа была и нейропсихоанализ был в ЮАР и где только ещё. Но всё равно, ездить из Канады учиться в Любляну — это казалось бы что-то из Гашека, а вот и нет

пупсики+кексики! (простите оч давно хочу всех так называть)

я думаю, что канал потихоньку буду реинкарнировать, но тематику слегка подвинем в сторону политфилософии и фантастики. ридинги скорее всего скоро начнём опять, но пока не онлайн, там ещё не очень понятно, что делать, ну и по темам оттуда тоже будут штуки-штучки сюда падать.

лучшая аннотация, что мне встречалась за долгое время:

This chapter explores the identity of the “bro” as a disingenuous scientist citizen who leverages masculinity, clout, and economic success to weigh in on scientific issues such as technology, climate change, human biology, and COVID-19. By analyzing the digital and mediated rhetoric of Elon Musk (the tech bro), Jordan Peterson (the academic bro), and Andrew Tate (the gym bro), I argue that bros appeal to what I call “brothos” to legitimize their expertise regarding a variety of scientific and technical topics. I demonstrate how the three values of the scientist citizen (goodwill, moral virtue, and practical judgment) are corrupted by appeals to traditional masculinity that confer the semblance of credibility while amplifying harmful ideologies and scientific misinformation.

Источник: Bloomfield, E. F. (2025). The Bro as Disingenuous Scientist Citizen. In Scientists, Politics, and the Rhetoric of Public Controversy (pp. 205-230). Cham: Springer Nature Switzerland.

а тут пять книг, которые пугают женщину, которая больше всех пугает меня

Читаю книгу про философию Средней Азии, а там в числе авторов, разбиравших тему до автора (кто-то помнит, как такие списки-сноски называли в советской науке? а то я уже давно не могу вспомнить слово), упоминается Борис Заходер. Почему-то постоянно забываю о его востоковедческих ипостасях

новый любимый гномус.

обложку сделала Джанин Агро (но я не могу сказать с точностью, пишут, interior design by Janine Agro, а про обложку отдельно нигде не пишут)

Стихи после 68

Сначала поэзию объявили невозможной в ответ на ужасы концлагерей, потом — в ходе протестов шестьдесят восьмого. Тогда от поэзии ждали критической силы и социального действия.

Соединяет два этих момента Бертольт Брехт:

Что это за времена такие, что
Разговор о деревьях — почти преступление
Потому что ведётся на фоне молчания о столь многих ужасах!

У Хильды Домин, по-моему, нет такого же убедительного ответа шестидесятникам, как тот, что она дала Адорно. Она говорит, что мы в корне ошибаемся, если перестаём писать стихи в ответ на несправедливость. В каком-то смысле, мы отдаём победу тем, кто несёт эти несправедливости:

Мы заразили земли, она забирает
теперь свои чудеса

Мы, одно из этих
чудес

Это стихотворение Райнера Кунце («Под умирающими деревьями») отражает её позицию по этому поводу. И если я сомневаюсь в её убедительности, то Домин и Ингеборге Бахман говорят: «Поэзия выстоит».

Стихи после Асвеницма

Герберт Маркузе на экземпляре «Эроса и цивилизации», который он подарил Хильде Домин, моей любимой поэтессе, написал:

«той, которая пишет и должна писать стихи после Асвенцима»

Домин оспаривает известный афоризм Адорно не только своими текстами, но и работами других поэтов. Так, например, нобелевская лауреатка Нелли Закс написала стихотворения из своего первого сборника именно в 43 году.

Наверно самые главные работы о холокосте в немецкой поэзии — «Фуга смерти» Пауля Целана и «Инвентаризация» Гюнтера Айха. Целан в переводе Седаковой, а Айха на русском, кажется, нет. По ссылке есть несколько переводов, а тут ещё болгарский.

Ну и, наконец, Домин говорит, что и сам Адорно от своих слов о невозможности поэзии впоследствии уже отказался.

Теперь условия конфиденциальности можно слушать на ютубе (правда там в основном про ллмки есть видео).

Я люблю этих гномусов.

Нидерландское издание «Хоббита» — первое в мире в мягкой обложке. В зелёном капюшоне, судя по отсутствию бороды — Бильбо.

Забавно, но обложка всплыла в посте англофонного блогера о том, как не надо изображать мир Толкина. Ругали там в основном трилогию Джексона, хвалили — самого Толкина и Мэри Фейрбёрн.

Автор обложки — Кейс Келефкенс (Cees Kelfkens).

Смотреть в зеркало и не видеть себя

На «Горьком» отрывок из книги про темных философов — хороший повод напомнить, что эта темнота для них значит.

Тёмная философия начинается с тёмного просвещения Ланда. В чём там тема? В том, что просвещение провалилось и надо искать альтернативные варианты. Мир необъясним, одолеть его человеческими силами невозможно, давайте искать другие пути.

Какие пути находит компания вокруг Ланда? Надо ускорять движение в тартарары, а там за пределами всех ужасов нынешнего мира, наверно, найдётся жизнь получше. Жизнь, например, где нет никакого равноправия, нет прав человека, нет демократии, нет ограничений действиям корпораций — всем правят демоны из машин, нам ничего уже не остаётся.

Тёмные теории глубоко реакционны. Все эти философы радикально правые и привержены целям правых. Все они так или иначе (в основном так) локальные/глобальные версии Дугина.

Обычно перечисляя тёмных мыслителей называют Ланда, Нагерестани, Такера, Харманна, Мортона. Об этих людях никому знать совершенно не за чем, это слабые и неоригинальные мыслители, дающие консервативные вариации на Бодрийяра и Делёза для нефранкофонных аудиторий.

Кого знать совершенно принципиально — это Кёртиса Ярвина. Не потому что он представляет из себя что-то более оригинальное или интересное, чем упомянутые выше. Этот товарищ — один из главных тёмных просветителей, а ещё вдохновитель документа Project 2025, по которому ориентируются две ключевые фигуры в администрации Трампа — вице-президент Вэнс и советник по безопасости Стивен Миллер.

В тексте тёмных философов называют визионерами. Важно понимать, что это неправильно. Они не предвидели мир, в котором мы живём, они его активно помогли создать. Обсуждать их идеи в отрыве от этой реальности — всё равно, что рассуждать о пользе идей Эмилио Джентилле, Чезаре Ломброзо или Артюра Гобино.

пс: Брассье или Такер — возможно две фигуры, которые, насколько я могу судить, не разделяют правых взглядов, но обычно называются в ряду тёмных философов

Первый том семитомного словаря основных понятий эстетики немецкого издания начинается с понятия Absenz, отсутствие, и заканчивается понятием Darstellung, отображение. Красиво.

ребятки, я начну сюда кидать просто всякие приколюхи, которые нахожу, потому что с ридингами всё ещё пока что не понимаю, в каком формате их организовать! считаю, что вы предупреждены

пупсы, попробовала собрать введение в и цзин в формат пьесы, которую можно поставить самостоятельно. пользуемся! +увидимся завтра на ридинге чжуанцзы!!

Если вы не в квире, заходите сюда, будем читать вместе!

никогда не попадались фото канетти, а он оказывается оч смешной дедуля

«Комедийные чтения: Об остроумии. Фрейд»

В пятницу вечером приглашаем вас на старт нового формата мероприятий.

Зигмунд Фрейд — фигура иконическая, но вы его читали?

Мы приготовили для вас кое-что необычное. Комикесса и философ решили прочесть трактат Фрейда об остроумии и разобрать со зрителями самые интересные отрывки. Это знаменитая работа о том, как связаны юмор и бессознательное. Остроумие здесь рассматривается под разными углами: описываются приёмы остроумия, его виды, механизм удовольствия и психогенез.

Будет и познавательно, и смешно!

Обязательно приходите с друзьями и с важным видом!

Вести вечер будут Василиса Никольская, комикесса и создательница стендап-объединения «Уютный стендап», и Алекс Кочкина, магистр философии из ЕУ СПб, ведущая канала «цикады, птицы, колесницы».

🗓 21 ноября, 21:00.
📍 Бетлеми, 23.

Вход — свободный.

Зарегистрироваться в боте.

Поддержать нас

Ребятки, в эту субботу мы не встречаемся читать Бурдьё, но в пятницу будем читать Фрейда об остроумии во Фрейме!

Приходите, будет моё краткое вступление и потом разбор фрагментов (и анекдотов). Вполне подойдёт как самое первое знакомство с психоанализом!