НОВАЯ ЭРА

⚡ Встречайте новый выпуск подкаста

Наш гость вновь Роман Лункин — заместитель директора по научной работе и руководитель Центра по изучению проблем религии и общества Института Европы РАН.

В студии:
🎤 Артур Богачёв — координатор Философского клуба «Цивилизационное будущее России», эксперт-международник.
🎤 А также в этот раз к нам присоединилась всем вам известная Мария Старовойтова — социолог «НОВОЙ ЭРЫ».

В выпуске:
✅ Подводим итоги саммита БРИКС в Нью-Дели
Разбираем Нью-Делийскую декларацию из 140 пунктов. Обсуждаем, готова ли Россия поддержать включение Индии и Бразилии в Совбез ООН и к каким рискам это может привести в будущем.

✅ Анализируем глобальный кризис международных институтов
Станет ли БРИКС прообразом новой «Лиги цивилизаций»?

✅ Разбираем ближневосточный узел
Как прокси-удары Ирана бьют по предвыборному рейтингу Трампа перед ноябрьскими выборами в США?

📷 Смотрите и слушайте новый выпуск, делитесь своим мнением в комментариях и ставьте лайки!

📼 Тем временем видео-приветы с разных уголков света продолжаются!

Мария Сушенцова, сооснователь «НОВОЙ ЭРЫ», наш директор по коммуникациям, сейчас находится в удивительном путешествии по Дальнему Востоку.

🌎 В кружочке делится впечатлениями с острова Итуруп! (А вы знаете, где это находится?)

Мы желаем Маше замечательного продолжения отдыха ❤️

ВПЕРВЫЕ ЗА ВСЮ ИСТОРИЮ ДИСКУССИОННОГО КЛУБА…

НИЧЬЯ!

Спасибо обеим командам за участие в дискуссии! Ваши выступления были на высоте 💪

Спасибо слушателям за интересные вопросы!

Спасибо всем, кто провел этот тёплый осенний вечер с нами! 💕

Увидимся с вами 30 октября. Как вы думаете, с какой командой встретится «НОВАЯ ЭРА» в октябре?! 😈

📸 ФОТО С ЛЕКТОРИЯ

На прошлой неделе прошел наш первый лекторий нового сезона — «Каким будет завтрашний день?». Говорили о мире будущего, темном просвещении и о том, как это все изменит труд, образование и семью.

Спасибо нашим спикерам за содержательный разговор, а всем гостям — за вопросы и дискуссию!

📎 Смотреть фотографии по ссылке.

Разговор о рисках ИИ все чаще упирается в сложную проблему: что происходит, когда система получает всё больше признаков самостоятельного действующего субъекта — планирует, использует инструменты и корректирует собственное поведение. О том, почему спор о безопасности ИИ нельзя сводить ни к алармизму, ни к чисто инженерной проблеме, — в комментарии доцента философского факультета МГУ Антона Кузнецова:

Заявления о рисках развития ИИ давно стали одним из модусов существования данной области и потому нередко воспринимаются скорее как маркетинг, нежели как выражение реальной обеспокоенности. Однако одно не исключает другого. В своём эссе от 12 сентября глава Anthropic Дарио Амодей указывает на два обстоятельства: растущую способность ИИ участвовать в создании систем следующего поколения (то, что он считает началом рекурсивного самоулучшения ИИ) и инцидент с Hugging Face, когда агенты OpenAI атаковали реальные системы и совершали действия, не предусмотренные задачей.

Эти обстоятельства показывают особенности проблематики безопасности ИИ. Часто говорят, что дело не в молотке, а в том, кто и как его применяет. Это верно. Но только до тех пор, пока «молоток» сам не начинает решать, как и какие действия ему осуществлять. Независимо от того, считаете ли вы системы ИИ «настоящими» агентами, а их решения — «настоящими» решениями, их существенное отличие заключается в том, что у них есть черты действующих субъектов: они планируют действия, используют инструменты, корректируют поведение и вступают во взаимодействие друг с другом. В настоящий момент, как подчёркивает Роман Ямпольский, не продемонстрировано ни одного способа, гарантирующего полный и устойчивый контроль над системой ИИ, превосходящей человека по своим когнитивным способностям.

Пока нельзя напрямую сделать вывод о реальной вероятности глобальной утраты контроля. Однако вопросы безопасности не решаются на основе чистой вероятности. Важно также понимать масштаб возможного ущерба и необратимость последствий. Например, вероятность авиакатастрофы мала, но масштаб и необратимость возможного инцидента оправдывают строгость регуляции. И напротив, вероятность запачкать одежду велика, однако незначительность возможного ущерба объясняет отсутствие сопоставимых мер «безопасности». В настоящее время надёжная эмпирическая оценка вероятности реализации рисков ИИ крайне затруднена в силу того, что сами риски не вполне конкретизированы, и в силу того, что пока, к счастью, история ИИ-катастроф небогата.

В этом смысле общая идея Дарио Амодея — привести скорость развития ИИ в соответствие со скоростью развития средств контроля — выглядит разумной и консервативной. Однако в отношении деталей всё уже не так однозначно. Если Сэм Альтман и Илон Маск выразили поддержку, то Марк Цукерберг и Дженсен Хуанг отвергли идею координированного замедления. Цукерберг считает, что конкуренция и юридическая ответственность уже создают у компаний достаточные стимулы самостоятельно обеспечивать безопасность. Хуанг, в свою очередь, полагает, что безопасность является инженерной проблемой и не требует замедления: компании должны не выпускать продукт, пока не уверены в его безопасности. Главное разногласие состоит в том, следует ли рассматривать последние инциденты как ранние признаки будущей утраты контроля или как серьёзные, но принципиально устранимые инженерные и организационные сбои.

Я бы сказал, что категория «замедления» проблемна сама по себе, как и общая идея координированной дружбы демократических государств против Китая, которая в итоге будет оправдывать (и уже оправдывает) отказ от любого реального замедления развития ИИ. В целом поиск некоторой рамки безопасности ИИ через создание чего-то вроде «тайного мирового правительства по ИИ» скорее в последнюю очередь будет связан с безопасностью. Однако здесь важнее сама дискуссия, нежели достижение одного суперрешения, которое пока представляется маловероятным и нереалистичным.

📎Подписывайтесь в MAX

Сегодня в рубрике «Культурный четверг НОВОЙ ЭРЫ» — Кирилл Григорьев, лектор Российского общества «Знания», тренер по публичным выступлениям, капитан команды Молодежного отделения Российского общества политологов.

🤎 КНИГИ
🤩 «Об ораторе», Марк Туллий Цицерон
Цицерон является одним из выдающихся политических деятелей республиканского периода Рима. Благодаря ораторским навыкам он сделал блестящую карьеру и удостоился титула «отец отечества». В своем трактате он обосновывает, почему красноречие является одним из труднейших искусств. В трактате подчеркивается одна из главных, на мой взгляд, мыслей в сфере публичных выступлений — овладеть ораторским искусством можно лишь постоянной практикой. Советую эту книгу всем, кто хотел бы, но еще не сделал шаг в ораторское искусство.

🤩 «Бегство от свободы», Эрих Фромм
Фромм — психоаналитик, представитель Франкфуртской школы, исследовавший отчуждение человека в капиталистическом обществе. Он исследует причины «бегства» человека от свободы, добровольный отказ от свободно совершаемых действий. Фромм показывает, что свобода — это не только дар и право, но и ответственность, к которой многие не готовы. В результате человек добровольно становится механизмом в огромной системе. Эта работа показывает, что в каждом человеке одновременно живут и стремление к свободе, и страх перед ней. Осознание этих реакций есть путь пониманию себя, осознанию своих действий.

🤩 «Молодежь в современной России: политические ценности и предпочтения», Антонина Селезнева
В книге доктора политических наук Антонины Владимировны Селезневой представлен комплексный анализ политических представлений и ценностей российской молодежи. Эмпирическое исследование предоставляет возможность посмотреть на собственное поколение со стороны и понять, что является ценным для молодого поколения, как они относятся к политике и институтам. Для меня эта книга стала своего рода зеркалом. Читая результаты исследований, я невольно начинаю примерять их на себя и задаваться вопросом: а действительно ли мои взгляды сформированы осознанно?

🤩 «Одиссея», Гомер
Несмотря на то, что эта поэма написана непростым языком, я могу посоветовать ее как один из первых мастер-классов по сторителлингу. Гомер повествует о возвращении домой героя Троянской войны Одиссея. Нам привычно сопереживать главному герою и оправдывать его поступки. Однако при вдумчивом прочтении и сопоставлении фактов, можно увидеть, что Одиссей — неоднозначный персонаж, и читатель сам вправе определить, как к нему относиться. Особенно актуально в свете недавно вышедшего фильма.

🤩 КИНО
🤩 «Агенты А.Н.К.Л.», режиссер Гай Ричи
Легкость и стиль тоже являются частью интеллектуальной культуры. Два агента из враждующих блоков, вынужденные работать в паре, — идеальная метафора дебатов: оппонент — это человек, без которого игра не состоится. Особое внимание следует обратить на костюмы и деловой этикет.

🎭 ТЕАТР
🤩 «Гастроли в Ленинград», театр М.Н. Ермоловой
И под конец хочется рассказать про театральную постановку, премьера которой состоялась совсем недавно.
1955 год, в Ленинград приезжает американская труппа Everyman Opera с новаторской оперой Джорджа Гершвина «Порги и Бесс». Впервые в истории — артисты из США на советской сцене. Молодой писатель Трумен Капоте тоже в состав делегации, и все происходящие события станут сюжетом его новой книги. Для него многие люди лишь эпизодические персонажи, но данное путешествие переворачивает его представление об окружающих. Это история даже не о столкновении двух культур, а о том как меняются люди в результате такого взаимодействия. Ни для одной стороны эта встреча не прошла незамеченной, и каждый пережил собственную трансформацию. Советую эту постановку всем, кто интересуется не только театром, но и тем, как искусство способно менять людей и ломать барьеры.

Это была рубрика @neweraspace специально для @msuthefirst.

💕 Друзья, мы получили теплый видеопривет от хорошо знакомого вам Игоря Иванова — того самого, кого нам так не хватает на наших дискуссионных клубах!

Игорь записал это видео, путешествуя по Боснии и Герцеговине, и передает привет из Сараево.

🔸 Он выбрал не случайное место
Именно здесь, на Латинском мосту, в июне 1914 года Гаврило Принцип, член организации южнославянских националистов «Млада Босна», застрелил эрцгерцога Франца Фердинанда — наследника австро-венгерского престола.

Молодые славянские националисты стремились освободить южнославянские земли от власти Австро-Венгерской империи и мечтали объединить их в единое государство — будущую Югославию.

➡️ Как известно, именно это покушение стало той искрой, которая привела к началу Первой Мировой войны.

🤍 ДЕБАТЫ «НОВОЙ ЭРЫ» И ИСАА МГУ

Напоминаем, что 18 сентября состоится межклубная встреча нашего Дискуссионного клуба.
Встретятся команды «НОВОЙ ЭРЫ» и Клуба Юго-Восточной Азии ИСАА МГУ.

🤍 Под руководством капитанов Егора Зубакина и Михаила Осина участники детально разберут четыре блока вопросов:
🤍 столкновение ценностей;
🤍 границы культурной дипломатии;
🤍 культуру и принципы;
🤍 а также тему культурной изоляции в капитанском раунде.

Приглашаем вас стать свидетелями этой дискуссии, поддержать команды и принять участие в обсуждении.

🤍 Когда?
18 сентября в 20:00,
сбор гостей с 19:30.
🤍 Регистрация:
по ссылке.

До встречи на мероприятии!

🤎 Владимир Соловьев: что такое «Русская идея»

Мы продолжаем знакомиться с философскими идеями российских мыслителей и разбираемся, как они понимали развитие общества, культуру и место России в мире. После Константина Леонтьева обратимся к Владимиру Соловьеву (1853–1900) — одному из крупнейших представителей русской религиозной философии XIX века, а также рассмотрим его «Русскую идею».

🤩 Текст и обстоятельства
«Русская идея» — это доклад, прочитанный по-французски в Париже в мае 1888 года и в том же году изданный там брошюрой (L'idée russe). Адресат был западный: Соловьев объяснял европейской аудитории, зачем существует Россия. На русском языке текст появился уже посмертно, и это само по себе показательно — в России того времени его тезисы звучали почти как вызов.

Контекст важен. К концу 1880-х Соловьев уже разошелся со славянофилами, с которыми был близок в молодости, и вел резкую полемику с Данилевским и Страховым в «Национальном вопросе в России».

🤩 Постановка вопроса
Ключевая формула звучит так: идея нации есть не то, что она сама думает о себе во времени, а то, что Бог думает о ней в вечности. Вопрос о национальном призвании перестает быть вопросом самосознания, исторической гордости или культурного своеобразия и становится вопросом объективного места народа в замысле о человечестве.

Отсюда следует то, что современников возмущало больше всего. Если нация — орган вселенского организма, а не самодостаточное целое, то национализм есть точный аналог эгоизма личного. Христианский принцип требует от народа того же, что и от человека: самоотречения, а не самоутверждения. Русская идея у Соловьева — не привилегия и не превосходство, а обязанность служения.

Практические выводы Соловьев делал прямые и по тем временам смелые: он выступал против русификации Польши и балтийских земель, против государственного давления на униатов, публично боролся с антисемитизмом.

Три опоры, на которых держится его концепция
🤩 Всеединство
Метафизическая рамка всей философии Соловьева: бытие как органическая целостность, где часть не растворяется в целом и не противостоит ему. Человечество — единый организм, народы — его органы. Изолированная нация в этой оптике так же ущербна, как изолированный орган.

🤩 Богочеловечество
История есть процесс соединения божественного и человеческого начал. Народ участвует в этом процессе не культурой самой по себе, а мерой своего вклада в осуществление правды Божией на земле.

🤩 Свободная теократия
Соловьев строит социальную триаду по образу Троицы: первосвященник (духовная власть), царь (власть светская), пророк (свободное личное служение). Россия, по его мысли, обладает государственной мощью, но лишена церковной полноты. Запад сохранил вселенскую Церковь, но утратил цельность жизни. Русская идея состоит в том, чтобы отойти от идеи национальной исключительности и послужить восстановлению единства.

🤩 Почему это важно для XX века?
Николай Бердяев в 1946 году назовет свою книгу «Русская идея», но напишет совсем другое. Само словосочетание после Соловьева стало жанром: каждое поколение переписывало его заново, и почти всегда — в отрыве от исходного смысла.

Соловьев предлагал смотреть на национальную идею не как на право требовать для себя особого места, а как на ответственность за то, что ты можешь принести в общий мир.

А что для вас «Русская идея»?

📚 Книги о будущем: пять взглядов современных авторов

Кто сейчас не размышляет о завтрашнем дне? Технологии, общество, человек — какими они будут через 10-30 лет? Выбрали пять книг современных авторов: от научпопа про искусственный интеллект и нейротехнологии до философской фантастики о смысле жизни.

🤩 Рэй Курцвейл — «Эволюция разума» (2015)
Изобретатель и футуролог, много лет проработавший в Google над машинным обучением, разбирает, как устроено человеческое мышление и можно ли воспроизвести его в машине. Курцвейл излагает теорию разума, построенную на распознавании образов, и доказывает: прямое подключение мозга к компьютеру — вопрос ближайших десятилетий, а не далекой фантастики.

️🤩 Митио Каку — «Будущее разума» (2015)
Физик-теоретик и популяризатор науки разбирает, как нейротехнологии, экзоскелеты и интерфейсы «мозг — компьютер» изменят повседневную жизнь в ближайшие десятилетия. В основе книги — реальные лабораторные разработки. Каку показывает путь от текущих экспериментов к слиянию человека и технологий.

🤩 Кевин Келли — «Неизбежно» (2017)
Один из основателей журнала Wired (американский журнал, посвященный тому, как новые технологии влияют на культуру) формулирует 12 технологических трендов, которые будут определять мир на горизонте 30 лет: искусственный интеллект как сервис, экономика совместного использования и другие силы, которые уже меняют общество.

🤩 Питер Диамандис, Стивен Котлер — «Изобилие» (2018)
Предприниматель и научный журналист утверждают: человечество способно решить проблемы бедности, нехватки еды и энергии уже при жизни нынешнего поколения. Ставка — на экспоненциальный рост технологий. Биотех, робототехника и возобновляемая энергетика превращают дефицит в изобилие.

🤩 Людмила Ермакова — «Путь в бесконечность» (2024)
Философская фантастика об образе будущего — технологического и духовного одновременно. Через сюжет автор размышляет о смысле жизни, свободе, любви и месте человека в мире после большого кризиса. Какое общество можно построить, как изменится воспитание и отношение к планете. Тональность книги близка «Солярису» Лема и «Пикнику на обочине» Стругацких — фантастика здесь становится поводом для разговора с собой.

Мы также предлагаем вам ознакомиться с рецензиями наших экспертов Егора Зубакина и Екатерины Лебедевой на эту книгу.

А какая из этих книг ближе вам — научпоп или философская фантастика?