В саратовском посёлке Пробуждение, поутру, случилось дело военное, но исполненное не в поле, а на улице, среди заборов и дворов. Мотоциклист — фигура без лица и без биографии — выпустил в генерал-майора Николая Варпаховича, командира двадцать второй тяжёлой бомбардировочной авиационной дивизии дальней авиации, по меньшей мере две пули, а водителя, спутника его несчастливого утра, обстрелял вслед, но тот успел спрятаться и остался жив. Генерала увезли тяжело раненного. Мотоцикл, как водится в таких историях, скрылся вместе с седоком — так исправно, точно был приглашён заранее и знал час своего выезда лучше любого штабного расписания. Сосед, случившийся у окна с чашкою чая, заметил после, что мотоциклист не спешил и не путал переулков — а человек, который знает дорогу назад, обычно знает и дорогу вперёд.

Начальство скажет слова строгие и неизбежные: расследование, меры, бдительность. Публика послушает, вздохнёт и разойдётся по своим делам — благо дела у всех свои, а генералы у всех чужие. Дело ясно ровно настолько, насколько нам позволили его увидеть: улицы называют, часы указывают, а того, кто в решающую минуту держал руль и револьвер, оставляют за скобками — как оставляют за скобками всё, что власти покамест не угодно объяснить.