Выборы в Государственную думу закончились, и оказалось, что закончились они ровно так, как и должны были закончиться. «Единая Россия» получила триста пятьдесят пять мест из четырёхсот пятидесяти, набрав по партийным спискам 57,96 процента голосов. КПРФ досталось сорок мест, ЛДПР — двадцать пять, «Новым людям» — двадцать. По одномандатным округам «Единая Россия» с самого начала лидировала минимум в двухстах восьми округах из двухсот двадцати пяти, и никто этому особенно не удивился. Депутатами стали сорок девять участников войны, поддержанных партией, — цифра, которую сообщили с той же интонацией, с какой сообщают о новом асфальте на площади. А граничащие с Украиной области — Брянская, Белгородская, Воронежская, Курская, Ростовская — показали поддержку выше, чем регионы, до которых война далека, и там же, как известно, было устроено особенно широкое досрочное голосование, с участками, которые в последний момент меняли адрес.

Избирательный участок номер девять в Белгородской области переехал за три дня до голосования из школы в бывшее помещение почты, и заведующий этим участком, некто Перхоткин, человек тщательный и слабонервный, целую неделю ходил и переклеивал объявления с новым адресом. Он расставил стрелочки на каждом заборе от старой школы до почты — восемь стрелочек, он их сам считал, — и был очень горд, что ни один избиратель не заблудился. Когда стало известно, что явка и поддержка в его районе оказались выше средней по стране, Перхоткин слегка покраснел и сказал жене: «Вот, значит, не зря стрелочки клеил». Жена ничего не ответила, потому что была занята другим — она перебирала старые бланки от школы, которые теперь стало некуда девать.

Всего в стране нашлись сорок девять человек, о которых сказали, что они пришли с войны и стали депутатами, и это, вероятно, самая честная цифра из всех, что были в этот день названы, — потому что её хотя бы можно было пощупать.

Перхоткин же свои стрелочки не снял до сих пор — говорит, вдруг ещё кому пригодятся, мало ли какой адрес завтра сменится.

Стрелочки эти простоят, наверное, долго — дольше, чем то, что они указывали.