Вчера я была в Кремле, говорила с одним из членов ЦИК о тебе…
История отечественной журналистики куда богаче, чем иногда считают. В ней есть не только искатель приключений Гиляровский или ругавшийся с Пушкиным Булгарин. Недавно случайно узнал абсолютно невероятную историю.
Ее главную героиню звали Мария Горячковская. Мы точно не знаем, когда она родилась: в 1879 или в 1883-м. Ее отцом был врач Исаак Шафир. Еще в юности девушка крестилась и вышла замуж (по некоторым данным дважды). От мужа она и получила фамилию Горячковская. В районе 1905-го Мария жила в Париже и Женеве, где оказалась в среде русской политической эмиграции. После этого перебралась в США.
Ближе к 1910-му Горячковская переходит на радикально консервативные позиции. "Новое время", некогда либеральную, но к тому времени уже немало испортившую свою репутацию (в том числе антисемитизмом своего автора Виктора Буренина).
Вернувшись в Россию Горячковская берет интервью у Столыпина. Тогда же все отчетливее проявляется ментальная нестабильность женщины. Она была одержима идеей мирового еврейского заговора и глобального педофильского лобби. В итоге в 1910-м, возвращаясь из очередной заграничной поездки (на этот раз в Англию) она задушила своего малолетнего ребенка, убежденная что спасает его от педофилов. Суд отправил ее на принудительное лечение.
Во время Первой мировой, Марии покинула клинику и перебралась в Туркестан, где под именем Элеоноры Диксон. Там она писала о сексуализированной эксплуатации детей и положении восточных женщин. А заодно еще сочиняла стихи и прозу.
После Февральской революции Горячковская под очередным псевдонимом «Мария Евгеньева» публиковала в Москве историческую беллетристику. Ее сочинение «Любовники Екатерины» активно издавалось в Перестройку.
После Октябрьской революции женщина добивалась личных встреч с Лениным и Луначарским. Тем временем ее ментальное состояние ухудшалось. Она вела активную переписку с бывшим агентом царской охранки Евгением Азефом, хотя тот не получил ни одного его письма, так как сначала находился в заключении в Германии, а потом и вовсе умер.
Затем была еще одна госпитализация и отъезд в Европу, где она намеревалась убить Леонида Красина и Альберта Эйнштейна. В конце концов, Мария вновь попала в лечебницу. Следы женщины теряются в конце 1920-х.
Что меня удивляет — откровенные издевательства, которые до сих пор можно прочитать в текстах о Горячковской. Даже в "Горьком" есть пассажи наподобие:
Закончила свои дни она, кажется, там, где ей всю жизнь и полагалось находиться, — в психиатрической больнице…
Дело тут не только в том, что мания Марии мало отличалась от того, что сейчас рассказывают некоторые консервативные блогеры. Болезнь Горячковской вызывает сочувствие. Убийство ребенка — гнев или непонимание. Кипучая энергия и биография восхищают. Но уж чего она точно не заслужила, так это издевок, да и в принципе их мало кто заслуживает...