Теперь, когда мы знаем, что это никто не читает, мы понимаем, что, возможно, нет необходимости вообще [это писать]...
На прошлой неделе я в той или иной степени имел отношение к подготовке 8 текстов. Не статей, не постов, а именно текстов, которые я писал по заданию редакции. Наше общение здесь все же для души и поэтому в счет не идет. Иначе пришлось бы признать, что имел я отношение уже к 14 публикациям за неделю, а сейчас делаю 15-ю.
Мы вообще слишком много пишем. Эту мысль я слышу везде, где общаюсь с журналистами. Копаясь в данном вопросе, я нашел статью Chartbeat. В ней утверждается — до 80% внимания аудитории может привлекать всего 6% публикаций. Во всяком случае так было в первых трех кварталах 2022 года.
Проще говоря, большую часть того, что мы героически производим, преодолевая снег, ветер, жару и мрак ночи, почти никто не читает. Если задуматься, это довольно удивительная история, ведь сегодня, в отличие от эпохи газет мы можем отслеживать метрики, читаемость, переходы на сайт, рециркуляцию. Думаю, сейчас есть техническая возможность собирать даже пульс читателя во время прочтения статьи, чтобы оценивать эмоциональное воздействие. Странно, что никто до сих пор не предложил это производителям умных часов.
Тем не менее, мы продолжаем производить огромное количество контента, и самое главное новшество, которое стоит на повестке дня — передача "скучной работы" ИИ. Хотя я уже задавался вопросом, если новость не достойна времени журналиста-человека, почему на нее должен тратить время человек-читатель?
И это все при том, что человек — животное довольно рациональное. По идее мы не должны заниматься какими-то очевидно бессмысленными вещами. Значит какой-то смысл в этом есть, даже если он построен на ошибочной логике.
Размышляя над этим, я наткнулся на статью некоего Джеймса Робинсона в Columbia Journalism Review. Автор пишет, что несмотря на все новые инструменты изучения аудитории, представления о ней мало изменились со времен газет:
Хотя репортеры [в наш дни], казалось, более открыты к знаниям об аудитории, [чем раньше], их представления о ней были удивительно похожи на те, которые описывались в классических этнографических исследованиях [журналистов] 1970-х годов.
Автор добавляет:
одна из ироний цифровой эпохи заключается в том, что наиболее устойчивые и яркие представления о читателях по-прежнему основаны на личном контакте [журналистов]
Проще говоря, выбирая темы, мы ориентируемся главным образом на своих знакомых. Многие из которых, что логично, журналисты. То есть мы пишем друг для друга.
От себя добавлю, что сохранение этой ситуации еще и проще для руководителей редакций — не надо выдумывать новые системы оценок, kpi и прочие способы убедиться, что подчиненные все же занимаются делом. Привычный формат: текст в день, 5 новостей за смену, 18 публикаций в месяц — все это очень понятно и удобно. Вопрос в том, дает ли это нам то, чего мы реально хотим?